В начале сентября исполнилось 155 лет со дня рождения Александра Куприна. В честь этого события на родине писателя в Пензе на сцене Драматического театра с 17 по 23 октября состоится Шестой Международный театральный Фестиваль «МаскерадЪ», посвященный юбилею писателя. Согласие на участие в программе уже дали более десяти театров из разных регионов страны. О предстоящем событии «Театралу» рассказал основатель фестиваля – художественный руководитель Пензенского областного драматического театра им. Луначарского Сергей Казаков.
– Сергей Владимирович, расскажите, пожалуйста, какая программа в этом году ожидает театралов и поклонников творчества Куприна на фестивале «МаскерадЪ»?
– Фестиваль «МаскерадЪ» регулярно проводится на базе нашего театра начиная с 2014 года. По традиции основой фестиваля станет сценическое воплощение произведений русской классической литературы. Каждый год мы ориентируемся на юбилейные даты: 2014 год – 200-летие со дня рождения Лермонтова, 2019-й – 145-летие со дня рождения Мейерхольда, 2021-й – 130-летие со дня рождения Булгакова, а в этом году – 155-летие Куприна. Для участия в фестивале мы всегда приглашаем профессиональные коллективы из разных регионов России, ближнего и дальнего зарубежья, в репертуаре которых имеются спектакли, соответствующие теме фестиваля.
– Расскажите о вашей творческой судьбе, что вы считаете своей самой большой победой в театральном искусстве?
– Моя самая большая победа в искусстве – это роль Буратино, точнее Пинокикио. Первая моя роль в Смоленском драматическом театре, роль Пиноккио, а потом понеслось: Буратино, Труфальдино, Фигаро и прочие хитроумные, ловкие, простые ребятки. И так бы я всю жизнь это играл, если бы не Виталий Николаевич Иванов, режиссёр Малого театра, который предложил мне роль князя в «Касатке», и это был большой перелом в моей творческой жизни. Ну и, конечно же, Валерий Белякович, который, ставя «Ревизора», пригласил на роль Городничего.
– Потом у вас была очень яркая, знаковая роль Чичикова, как она повлияла на вас, как на артиста?
– Любая роль меняет артиста по одной простой причине – это поиск глубинных, скрытых явлений, которые даже ему самому неведомы. У Юнга есть такое понятие – «персона». Это то, чем мы обладаем во внешнем виде – наш образ, который отшлифован социумом, друзьями, родителями, педагогами. А есть тень – глубинное «я», которое является нашей индивидуальностью, это то, что мы глубоко скрываем. Так вот, театр – великое искусство, он помогает, не стесняясь, не скрывая, найти в себе те глубинные чувства, те глубинные черты, которые можно выразить с помощью того или иного персонажа. Чичиков раскрыл во мне определённые черты характера, так же, как и Городничий, так же, как и лермонтовский Печорин. Это был мощнейший образ человека, который ненавидел весь мир, и я, играя роль, освобождался от этого негатива, демонстрировал его на сцене и тем самым чистил себя в жизни.
– Что вы считаете собственным провалом?
– У меня было немало провалов, но если я буду не до конца выполненные задачи считать провалом, то это плохо. «Провал» – слово энергетически плохое, его надо заменить словом «невыполненная задача». Есть такое выражение: «Если ваша мечта распалась на маленькие кусочки, то нужно поднять любой уцелевший кусок и создать с ним новую мечту». То же самое и в жизни: если ваша работа, какая-то цель рассыпалась на маленькие кусочки, надо взять, поднять уцелевший кусочек и с его помощью достичь новой цели. Поэтому провалы нам помогают, а не разрушают, если к этому относиться правильно.
– Вы уже не один год преподаете в Московском театральном институте искусства им. Кобзона, чем для вас стала эта работа и почему вы решили заняться и преподавательской деятельностью?
– Это возможность осуществить свою мечту – воспитывать новых артистов. В Институте имени Иосифа Кобзона у меня состоялись уже два выпуска и сейчас я набираю третий свой курс. А в Пензе у меня уже более десяти лет существует театральная школа – лаборатория актёрского мастерства «Первая скрипка». Я благодарен моим педагогам, нашей команде за то, что огромное количество людей, благодаря школе, смогли осуществить мечту и стать артистами. Это я считаю своим предназначением.
– Чем сегодняшние молодые артисты отличаются от молодых артистов вашего поколения?
– Их объединяет одно – любовь к театру и желание быть артистом. В нынешние времена желание быть артистом гораздо ценнее, чем раньше, потому что в мире денег, в мире, когда профессия актёра считается недостаточно материально обеспеченной, пойти учиться на актёра, серьёзный поступок. Я спрашиваю абитуриентов: «Для чего вам это?». И когда мне отвечают: «Хочу стать звездой» или «Хочу сниматься в сериалах», я таких не беру. Зато тех, кто говорит: «Я вот учился в МГУ, почти закончил и понял, что без театра не могу!», таких людей я беру сразу, без экзамена.
– Актерство предполагает отречение и служение, как вы эти вещи взращивали в себе?
– Мне повезло, я ходил в театр-студию «Молодая гвардия» при Дворце пионеров, которой руководила Наталья Иосифовна Сухостав, великая женщина. И поэтому служение в театре мне привили там и тогда, так как я видел примеры самоотречения. Я помню, в этой студии мы играли все новогодние каникулы по три ёлки в день перед своими одногодками. И это было великое счастье – счастье трудиться.
– Какой вы видите сегодня миссию современного театра – развлекать или отображать происходящее?
– Театр призван учить, доносить мысли, а это можно делать по-разному: можно через юмор, можно через слёзы, а можно через какие-то глобальные мыслительные процессы. Театр должен созидать, а не разрушать. Вот это главный критерий. А созидать можно развлекая, поучая, убеждая. И разрушать можно, развлекая, убеждая. Театр должен нести главную миссию – созидать.
– Сергей Владимирович, расскажите, пожалуйста, какая программа в этом году ожидает театралов и поклонников творчества Куприна на фестивале «МаскерадЪ»?
– Фестиваль «МаскерадЪ» регулярно проводится на базе нашего театра начиная с 2014 года. По традиции основой фестиваля станет сценическое воплощение произведений русской классической литературы. Каждый год мы ориентируемся на юбилейные даты: 2014 год – 200-летие со дня рождения Лермонтова, 2019-й – 145-летие со дня рождения Мейерхольда, 2021-й – 130-летие со дня рождения Булгакова, а в этом году – 155-летие Куприна. Для участия в фестивале мы всегда приглашаем профессиональные коллективы из разных регионов России, ближнего и дальнего зарубежья, в репертуаре которых имеются спектакли, соответствующие теме фестиваля.
– Расскажите о вашей творческой судьбе, что вы считаете своей самой большой победой в театральном искусстве?
– Моя самая большая победа в искусстве – это роль Буратино, точнее Пинокикио. Первая моя роль в Смоленском драматическом театре, роль Пиноккио, а потом понеслось: Буратино, Труфальдино, Фигаро и прочие хитроумные, ловкие, простые ребятки. И так бы я всю жизнь это играл, если бы не Виталий Николаевич Иванов, режиссёр Малого театра, который предложил мне роль князя в «Касатке», и это был большой перелом в моей творческой жизни. Ну и, конечно же, Валерий Белякович, который, ставя «Ревизора», пригласил на роль Городничего.
– Потом у вас была очень яркая, знаковая роль Чичикова, как она повлияла на вас, как на артиста?
– Любая роль меняет артиста по одной простой причине – это поиск глубинных, скрытых явлений, которые даже ему самому неведомы. У Юнга есть такое понятие – «персона». Это то, чем мы обладаем во внешнем виде – наш образ, который отшлифован социумом, друзьями, родителями, педагогами. А есть тень – глубинное «я», которое является нашей индивидуальностью, это то, что мы глубоко скрываем. Так вот, театр – великое искусство, он помогает, не стесняясь, не скрывая, найти в себе те глубинные чувства, те глубинные черты, которые можно выразить с помощью того или иного персонажа. Чичиков раскрыл во мне определённые черты характера, так же, как и Городничий, так же, как и лермонтовский Печорин. Это был мощнейший образ человека, который ненавидел весь мир, и я, играя роль, освобождался от этого негатива, демонстрировал его на сцене и тем самым чистил себя в жизни.
– Что вы считаете собственным провалом? – У меня было немало провалов, но если я буду не до конца выполненные задачи считать провалом, то это плохо. «Провал» – слово энергетически плохое, его надо заменить словом «невыполненная задача». Есть такое выражение: «Если ваша мечта распалась на маленькие кусочки, то нужно поднять любой уцелевший кусок и создать с ним новую мечту». То же самое и в жизни: если ваша работа, какая-то цель рассыпалась на маленькие кусочки, надо взять, поднять уцелевший кусочек и с его помощью достичь новой цели. Поэтому провалы нам помогают, а не разрушают, если к этому относиться правильно.
– Вы уже не один год преподаете в Московском театральном институте искусства им. Кобзона, чем для вас стала эта работа и почему вы решили заняться и преподавательской деятельностью?
– Это возможность осуществить свою мечту – воспитывать новых артистов. В Институте имени Иосифа Кобзона у меня состоялись уже два выпуска и сейчас я набираю третий свой курс. А в Пензе у меня уже более десяти лет существует театральная школа – лаборатория актёрского мастерства «Первая скрипка». Я благодарен моим педагогам, нашей команде за то, что огромное количество людей, благодаря школе, смогли осуществить мечту и стать артистами. Это я считаю своим предназначением.
– Чем сегодняшние молодые артисты отличаются от молодых артистов вашего поколения?
– Их объединяет одно – любовь к театру и желание быть артистом. В нынешние времена желание быть артистом гораздо ценнее, чем раньше, потому что в мире денег, в мире, когда профессия актёра считается недостаточно материально обеспеченной, пойти учиться на актёра, серьёзный поступок. Я спрашиваю абитуриентов: «Для чего вам это?». И когда мне отвечают: «Хочу стать звездой» или «Хочу сниматься в сериалах», я таких не беру. Зато тех, кто говорит: «Я вот учился в МГУ, почти закончил и понял, что без театра не могу!», таких людей я беру сразу, без экзамена.
– Актерство предполагает отречение и служение, как вы эти вещи взращивали в себе?
– Мне повезло, я ходил в театр-студию «Молодая гвардия» при Дворце пионеров, которой руководила Наталья Иосифовна Сухостав, великая женщина. И поэтому служение в театре мне привили там и тогда, так как я видел примеры самоотречения. Я помню, в этой студии мы играли все новогодние каникулы по три ёлки в день перед своими одногодками. И это было великое счастье – счастье трудиться.
– Какой вы видите сегодня миссию современного театра – развлекать или отображать происходящее?
– Театр призван учить, доносить мысли, а это можно делать по-разному: можно через юмор, можно через слёзы, а можно через какие-то глобальные мыслительные процессы. Театр должен созидать, а не разрушать. Вот это главный критерий. А созидать можно развлекая, поучая, убеждая. И разрушать можно, развлекая, убеждая. Театр должен нести главную миссию – созидать.
