О том, как говорить с новым зрителем, не забывая о традициях, как привлечь молодежь к театру, избегая формализма и не подавляя инициативу, как внедрять инновации, не изменяя вкусу и художественным ценностям – эти и многие другие вопросы обсуждались на питч-сессии «Театральный код: сцена инноваций» в рамках ПМЭФ-2026. В центре внимания – поиск решений и языка, на котором театр будущего сможет говорить с обществом. Модератором выступила Елизавета Кочеткова, начальник управления молодежных и специальных программ СТД РФ.
– Елизавета, в этом году Союз театральных деятелей отмечает 150-летие. Как юбилейная дата соотносится с темой молодежи и будущего театра?
– 150-летие Союза – это повод смотреть в будущее на основе опыта. Юбилей становится точкой перезагрузки и особое внимание по поручению Председателя Союза Владимира Машкова мы уделяем работе с молодыми театральными деятелями. Главное в нашем подходе: не «учить жизни», максимально развивать горизонтальные связи, не заковывать в рамки, а направлять. Настоящее время требует не вертикальной трансляции опыта, а горизонтального межпоколенческогопартнерства. Экономика будущего – это конкуренция не только искусственных, но и эмоциональных интеллектов. Во многом у молодых эмоциональный интеллект острее, тоньше, адаптивнее. Наша задача – создать условия, где ребята максимально раскроются.
– Как сделать так, чтобы новые формы не исказили суть традиций и были интересны современному зрителю?
– Будущее театра — не в отказе от прошлого, а в его переводе на современный язык. Наши участники не ломают и не отказываются от традиции – они находят способ преподнести её так, чтобы она зазвучала для нового зрителя. Возьмём dark-folk «Василису» или поморскую «Паужну»: это не фольклорная стилизация, а глубокая работа с архаикой через эстетику, близкую современному зрителю. Чтобы познакомить с комедией дель-арте как можно больше людей, молодые продюсеры – участники питч-сессии – переносят ее в формат развлекательного видеошоу в жанре actual play. На мой взгляд, суть театра – в диалоге со зрителем. Если диалог происходит, театр жив и актуален.
– Какие темы, важные для подрастающего поколения, поднимают молодые творцы в своих работах?
– Из питч-сессии на ПМЭФе я бы хотела отметить два важных проекта: первый – это вербатим «Прием», где документальный театр работает не с фактами, а с переживанием, с живыми эмоциями людей. Вербатим про врачей – это история, рассказанная их словами, их интонациями. Когда зритель слышит: «Я устал, но не могу уйти», – это не статистика выгорания, это человеческий голос. Такой театр становится пространством эмпатии: для медиков – это возможность быть услышанными, для общества – это шанс понять. Второй проект – «Арктика. Высшая точка» – про роль России в освоении Северного полюса. Спектакль основан на документальных источниках и исторических фактах и популяризирует науку и арктические профессии среди молодежи, обращая внимание на нашу национальную идентичность, на проявление благородных человеческих качеств на примере критических переломных событий в жизни первооткрывателей, изобретателей и исследователей русского Севера. Такое искусство помогает молодым людям найти своё место в жизни общества и страны.
– Что такое акционерный краудфандинг спектаклей, проект которого был заявлен на питч-сессии? В чем принципиальное отличие от классической модели?
– В акционерном краудфандинге человек не столько жертвует, сколько инвестирует, рассчитывая на определенную возвратность средств и сопричастность к высокому искусству. Возможность потенциальной финансовой отдачи отличает его от стандартного краудфандинга, где на самой популярной в России профильной платформе годовой сбор сопоставим с годовым бюджетом одного ведущего театра в городе-миллионнике. Приживется ли у нас акционерный краудфандинг – большой вопрос. Думаю, в данный момент общество к такой модели еще не готово. Наш зритель привык, что театр финансируется государством. Однако о таких моделях финансирования, как инвестиционный краудфандинг, все же стоит говорить, Союз поддерживает инициативы привнесения нового в индустрию.
– Что вы ожидали от питч-сессии на ПМЭФ? Какой результат может считаться успехом?
– Питч-сессия – это возможность понять, как мыслит, чем живет и как видит будущее театральная молодежь страны как с художественной, так и с экономической точки зрения. Для ребят присутствие на ПМЭФе – это, в первую очередь, возможность нарастить свой социальный капитал: познакомиться с потенциальными партнерами, единомышленниками, усилить свою команду. Заявить лидерам индустрии о своем проекте для привлечения дополнительных ресурсов и масштабирования.
– Елизавета, в этом году Союз театральных деятелей отмечает 150-летие. Как юбилейная дата соотносится с темой молодежи и будущего театра? – 150-летие Союза – это повод смотреть в будущее на основе опыта. Юбилей становится точкой перезагрузки и особое внимание по поручению Председателя Союза Владимира Машкова мы уделяем работе с молодыми театральными деятелями. Главное в нашем подходе: не «учить жизни», максимально развивать горизонтальные связи, не заковывать в рамки, а направлять. Настоящее время требует не вертикальной трансляции опыта, а горизонтального межпоколенческогопартнерства. Экономика будущего – это конкуренция не только искусственных, но и эмоциональных интеллектов. Во многом у молодых эмоциональный интеллект острее, тоньше, адаптивнее. Наша задача – создать условия, где ребята максимально раскроются.
– Как сделать так, чтобы новые формы не исказили суть традиций и были интересны современному зрителю?
– Будущее театра — не в отказе от прошлого, а в его переводе на современный язык. Наши участники не ломают и не отказываются от традиции – они находят способ преподнести её так, чтобы она зазвучала для нового зрителя. Возьмём dark-folk «Василису» или поморскую «Паужну»: это не фольклорная стилизация, а глубокая работа с архаикой через эстетику, близкую современному зрителю. Чтобы познакомить с комедией дель-арте как можно больше людей, молодые продюсеры – участники питч-сессии – переносят ее в формат развлекательного видеошоу в жанре actual play. На мой взгляд, суть театра – в диалоге со зрителем. Если диалог происходит, театр жив и актуален.
– Какие темы, важные для подрастающего поколения, поднимают молодые творцы в своих работах?
– Из питч-сессии на ПМЭФе я бы хотела отметить два важных проекта: первый – это вербатим «Прием», где документальный театр работает не с фактами, а с переживанием, с живыми эмоциями людей. Вербатим про врачей – это история, рассказанная их словами, их интонациями. Когда зритель слышит: «Я устал, но не могу уйти», – это не статистика выгорания, это человеческий голос. Такой театр становится пространством эмпатии: для медиков – это возможность быть услышанными, для общества – это шанс понять. Второй проект – «Арктика. Высшая точка» – про роль России в освоении Северного полюса. Спектакль основан на документальных источниках и исторических фактах и популяризирует науку и арктические профессии среди молодежи, обращая внимание на нашу национальную идентичность, на проявление благородных человеческих качеств на примере критических переломных событий в жизни первооткрывателей, изобретателей и исследователей русского Севера. Такое искусство помогает молодым людям найти своё место в жизни общества и страны.
– Что такое акционерный краудфандинг спектаклей, проект которого был заявлен на питч-сессии? В чем принципиальное отличие от классической модели?
– В акционерном краудфандинге человек не столько жертвует, сколько инвестирует, рассчитывая на определенную возвратность средств и сопричастность к высокому искусству. Возможность потенциальной финансовой отдачи отличает его от стандартного краудфандинга, где на самой популярной в России профильной платформе годовой сбор сопоставим с годовым бюджетом одного ведущего театра в городе-миллионнике. Приживется ли у нас акционерный краудфандинг – большой вопрос. Думаю, в данный момент общество к такой модели еще не готово. Наш зритель привык, что театр финансируется государством. Однако о таких моделях финансирования, как инвестиционный краудфандинг, все же стоит говорить, Союз поддерживает инициативы привнесения нового в индустрию.
– Что вы ожидали от питч-сессии на ПМЭФ? Какой результат может считаться успехом?
– Питч-сессия – это возможность понять, как мыслит, чем живет и как видит будущее театральная молодежь страны как с художественной, так и с экономической точки зрения. Для ребят присутствие на ПМЭФе – это, в первую очередь, возможность нарастить свой социальный капитал: познакомиться с потенциальными партнерами, единомышленниками, усилить свою команду. Заявить лидерам индустрии о своем проекте для привлечения дополнительных ресурсов и масштабирования.
