В конце марта Дмитрий Крымов побывал в Лондоне, где планирует открыть свою театральную лабораторию Krymov Lab London и провести кастинг среди британских актеров для будущего спектакля по Диккенсу. «Театрал» задал режиссеру несколько вопросов об этом.
– Дмитрий Анатольевич, я прочитала, что одна из организаторов лондонского проекта – ваша бывшая студентка?
– Да, Люси училась в Йеле в то время, когда я там преподавал. У меня в Лондоне есть несколько помощников. Это даже не помощники… Наверное, можно их назвать ангелами. Вот они-то все и делают. Пока у всего этого нет статуса, просто мы начали делать спектакль.
– А сценарий вы написали ещё до того, как решили, что это будет в Лондоне?
– Это мысли, а не сценарий. Так называемый «ход дела». Мысли у меня были давно, но сейчас я хочу попробовать это сделать с английскими актерами.
Тут дело не в написании, а дело в придумывании такой игры… Как когда-то у нас с папой был замысел... Вернее, у него был замысел, конечно: у Виктора Сергеевича Розова была пьеса, одна из последних, «Гнездо глухаря». Папа ее взял ставить, и мы с ним даже декорацию придумали, я сделал макет. И он говорит, давай повесим такой лозунг над декорацией и напишем там: «Играем Розова». Так и здесь.
– «Играем Диккенса»?
– В общем, да. Хотя два романа в основе – «Тяжёлые времена» и «Большие надежды». Но это не будет их «экранизация». Это должна быть игра…
– Отголосок?
– Ну да… Я попросил из Москвы привезти мне два томика из собрания сочинений Диккенса, которое у нас всю жизнь стояло на полке. Можно так и назвать: «Два тома из собрания сочинений».
– Когда начнутся репетиции?
– Если ничего не помешает, то в сентябре. А до сентября я ещё оперу должен сделать…
– Оперу? Где?
– В Италии, а где ещё можно оперу делать?
– А кто будет петь?
– Петь будут итальянцы, а кто еще может петь? Хотя автор – француз…
– Это будет прямо опера или «генеральная репетиция»?...
– Прямо опера, но не совсем… Когда-то она была адаптирована Питером Бруком. Был период, когда он поставил несколько опер в сокращенном виде. Так они и вошли в историю как версии Питера Брука. «Волшебная флейта», «Кармен»…
– У вас будет «Кармен»?
– Ну, да…
– Дмитрий Анатольевич, я прочитала, что одна из организаторов лондонского проекта – ваша бывшая студентка?
– Да, Люси училась в Йеле в то время, когда я там преподавал. У меня в Лондоне есть несколько помощников. Это даже не помощники… Наверное, можно их назвать ангелами. Вот они-то все и делают. Пока у всего этого нет статуса, просто мы начали делать спектакль.
– А сценарий вы написали ещё до того, как решили, что это будет в Лондоне?
– Это мысли, а не сценарий. Так называемый «ход дела». Мысли у меня были давно, но сейчас я хочу попробовать это сделать с английскими актерами.
Тут дело не в написании, а дело в придумывании такой игры… Как когда-то у нас с папой был замысел... Вернее, у него был замысел, конечно: у Виктора Сергеевича Розова была пьеса, одна из последних, «Гнездо глухаря». Папа ее взял ставить, и мы с ним даже декорацию придумали, я сделал макет. И он говорит, давай повесим такой лозунг над декорацией и напишем там: «Играем Розова». Так и здесь.
– «Играем Диккенса»?
– В общем, да. Хотя два романа в основе – «Тяжёлые времена» и «Большие надежды». Но это не будет их «экранизация». Это должна быть игра…
– Отголосок?
– Ну да… Я попросил из Москвы привезти мне два томика из собрания сочинений Диккенса, которое у нас всю жизнь стояло на полке. Можно так и назвать: «Два тома из собрания сочинений».
– Когда начнутся репетиции?
– Если ничего не помешает, то в сентябре. А до сентября я ещё оперу должен сделать…
– Оперу? Где?
– В Италии, а где ещё можно оперу делать?
– А кто будет петь?
– Петь будут итальянцы, а кто еще может петь? Хотя автор – француз…
– Это будет прямо опера или «генеральная репетиция»?...
– Прямо опера, но не совсем… Когда-то она была адаптирована Питером Бруком. Был период, когда он поставил несколько опер в сокращенном виде. Так они и вошли в историю как версии Питера Брука. «Волшебная флейта», «Кармен»…
– У вас будет «Кармен»?
– Ну, да…
