В связи с тяжелой утратой, постигшей коллектив Театра им. Вахтангова, корреспондент «Театрала» Татьяна Петренко поговорила с коллегами Владимира Симонова и поделилась своими воспоминаниями об актере.
Мы познакомились 35 лет назад. Это было одно из первых больших его интервью для газеты «Культура», и он очень волновался. Потом были интервью для других изданий. Он пришёл в театр, когда ещё были живы корифеи, выходил с ними на сцену и знал много смешных историй, театральных баек.
Рассказывал, что в училище у него была кличка «Перочинный ножик» – при росте 195 см он мог поместиться в чемодан, который закрывался. Шли годы. Он сам стал корифеем, но так, как он умел держать зал – не умел никто. Зрители, затаив дыхание, следили за его Минетти. Казалось бы – стоит человек на сцене и говорит, а глаз оторвать невозможно.
Он сыграл и трогательного дядю Ваню, и несчастного профессора Серебрякова, и неистового Отелло, и смешного полковника Шато-Жибюса. Римас Туминас ценил Симонова, приглашал его во все свои спектакли.
Владимир Александрович много сыграл, ещё больше не успел. Он – вахтанговец по своей сути. Более полувека верой и правдой служил Театру Вахтангова, даже, когда уходил во МХАТ к Ефремову, который обещал ему роли Треплева и царя Фёдора, когда играл в только, что созданном Александром Калягиным театре Et Cetera, в театре Станиславского. Он всегда возвращался. Теперь уже не вернётся…
Остались его сыновья, очень похожие на него, талантливые актёры Вахтанговского театра: Василий Симонов и Владимир Симонов-мл.
Коллеги по Театру Вахтангова вспоминают великого артиста Владимира Симонова.
Евгений Князев, актёр Театра Вахтангова:
– Пришло такое трагическое известие. Володя был не просто артист, а человек, который определял лицо театра, и вот он ушёл… Нам людям его поколения это больнее всего ощущать, потому что мы фактически учились в одно время – он был на два курса старше. Мы гордились, когда вся Москва сбегалась на спектакль, где замечательно играл Володя Симонов и уже тогда о нём говорили, как о талантливом артисте. Потом он пришёл в Театр Вахтангова. Артист он уникальный, он много играл. Сейчас поймал себя на мысли, что говорю о том, что было, хотя осознать, что он ушёл, что его нет – не могу.
Не так давно полгода назад, до отпуска, мы виделись в буфете. Он горевал, говорил, о проблемах с сердцем. Ну, в таких случаях, как бывает – ты не понимаешь, насколько это серьёзно, поэтому стареешься подбодрить. Начинаешь советовать: «Володя, ну ты подлечишься, тебе надо играть, это твоё дело – единственное дело всей твоей жизни!». В ответ: «Да, конечно, мне надо подлечиться». Потом случились гастроли спектакля «Улыбнись нам господи», когда он не смог поехать. Мы не стали никого вводить на его роль – играли концерт. Мы ждали, не сомневались, что он вернётся и снова станет играть спектакль, но не дождались…
Так устроен мир, уходят большие артисты, а жизнь продолжается. Сегодня в Театре Вахтангова будут идти спектакли, и я сегодня играю концерт «Казанова». Я буду стоять на сцене и думать о Володе.
Володя ушёл, но он остаётся в истории Театра Вахтангова легендой, яркой его страницей. Он останется и в наших сердцах, и в сердцах зрителей.
Юрий Шлыков, актёр Театра Вахтангова:
– Мы с Володей знакомы с давних пор. Уже на втором курсе, где в спектакле он играл одну из центральных ролей было понятно, что появился очень хороший артист. С того самого времени мы общались. Это долгая история, рассказывать всё – времени не хватит. В театре мы встретились в спектакле «Роза и крест», он играл Гаэтана, а я Бертрана. Потом мы играли и в других спектаклях. Мы с ним дружили. Встречаясь в театре, разговаривали обо всём. Он обладал необыкновенным чувством юмора. Это было так смешно, так заразительно, но повторить было невозможно.
Очень долгую жизнь мы прошли с ним бог о бок. Он мне говорил, что ему плохо, но то, что его болезнь приобрела такую тяжёлую форму, никто из нас даже представить себе не мог.
Я очень люблю Володю. Видите, даже сказать любил – не получается, язык не поворачивается, невозможно говорить о нём в прошедшем времени. Володя – добрый человек! Пусть ему там на небесах будет спокойно…
Анна Дубровская, актриса Театра Вахтангова:
– Это утрата не только для Театра Вахтангова, а для всей театральной культуры России. Он – великий русский артист. Он стоит в одном ряду с самыми значимыми именами артистов мирового уровня.
Это невероятная трагедия. Володя ушёл так рано, когда можно было ещё столько всего сыграть. Его участие – это всегда было событие и гарантия успеха!
С первого моего появления в театре, а это было больше 30 лет назад, мы с Володей во многих спектаклях играли вместе, начиная с «Принцессы Турандот». Если в составе спектакля был заявлен Владимир Симонов, то спектакль проходил всегда блестяще. В нём было столько энергии, он использовал такие парадоксальные решения, что быть его партнёром было наслаждением.
С ним всегда было легко, интересно, смешно. Абсолютно свободно, как рыба воде, он ощущал себя на сцене. Мог пошутить во время спектакля, вообще «хулиган» был невероятный, любил «расколоть» партнёра, но делал это филигранно, тонко, изобретательно, остроумно. Сердиться на него было невозможно. Человеком он был неконфликтным, никогда не создавал дискомфорта, миротворчески влиял на атмосферу. Вообще он такой созидатель в профессии.
Отец он просто уникальный. У него четверо детей и о всех он заботился, гордился, переживал, если что-то в их жизни не складывалось. Много рассказывал о младшей дочке, он её обожал.
Спасибо, что у меня есть возможность рассказать о Володе, потому что огромная часть моей жизни связана с ним. Столько воспоминаний!
Мне ночью пришло сообщение о том, что произошло, и я пока не осознала и не приняла это. Мне очень тяжело, потому что я потеряла не только партнёра, коллегу, но ещё и товарища. Горько и больно...
Мы познакомились 35 лет назад. Это было одно из первых больших его интервью для газеты «Культура», и он очень волновался. Потом были интервью для других изданий. Он пришёл в театр, когда ещё были живы корифеи, выходил с ними на сцену и знал много смешных историй, театральных баек.
Рассказывал, что в училище у него была кличка «Перочинный ножик» – при росте 195 см он мог поместиться в чемодан, который закрывался. Шли годы. Он сам стал корифеем, но так, как он умел держать зал – не умел никто. Зрители, затаив дыхание, следили за его Минетти. Казалось бы – стоит человек на сцене и говорит, а глаз оторвать невозможно.
Он сыграл и трогательного дядю Ваню, и несчастного профессора Серебрякова, и неистового Отелло, и смешного полковника Шато-Жибюса. Римас Туминас ценил Симонова, приглашал его во все свои спектакли.
Владимир Александрович много сыграл, ещё больше не успел. Он – вахтанговец по своей сути. Более полувека верой и правдой служил Театру Вахтангова, даже, когда уходил во МХАТ к Ефремову, который обещал ему роли Треплева и царя Фёдора, когда играл в только, что созданном Александром Калягиным театре Et Cetera, в театре Станиславского. Он всегда возвращался. Теперь уже не вернётся…
Остались его сыновья, очень похожие на него, талантливые актёры Вахтанговского театра: Василий Симонов и Владимир Симонов-мл.
Коллеги по Театру Вахтангова вспоминают великого артиста Владимира Симонова.
Евгений Князев, актёр Театра Вахтангова: – Пришло такое трагическое известие. Володя был не просто артист, а человек, который определял лицо театра, и вот он ушёл… Нам людям его поколения это больнее всего ощущать, потому что мы фактически учились в одно время – он был на два курса старше. Мы гордились, когда вся Москва сбегалась на спектакль, где замечательно играл Володя Симонов и уже тогда о нём говорили, как о талантливом артисте. Потом он пришёл в Театр Вахтангова. Артист он уникальный, он много играл. Сейчас поймал себя на мысли, что говорю о том, что было, хотя осознать, что он ушёл, что его нет – не могу.
Не так давно полгода назад, до отпуска, мы виделись в буфете. Он горевал, говорил, о проблемах с сердцем. Ну, в таких случаях, как бывает – ты не понимаешь, насколько это серьёзно, поэтому стареешься подбодрить. Начинаешь советовать: «Володя, ну ты подлечишься, тебе надо играть, это твоё дело – единственное дело всей твоей жизни!». В ответ: «Да, конечно, мне надо подлечиться». Потом случились гастроли спектакля «Улыбнись нам господи», когда он не смог поехать. Мы не стали никого вводить на его роль – играли концерт. Мы ждали, не сомневались, что он вернётся и снова станет играть спектакль, но не дождались…
Так устроен мир, уходят большие артисты, а жизнь продолжается. Сегодня в Театре Вахтангова будут идти спектакли, и я сегодня играю концерт «Казанова». Я буду стоять на сцене и думать о Володе.
Володя ушёл, но он остаётся в истории Театра Вахтангова легендой, яркой его страницей. Он останется и в наших сердцах, и в сердцах зрителей.
Юрий Шлыков, актёр Театра Вахтангова: – Мы с Володей знакомы с давних пор. Уже на втором курсе, где в спектакле он играл одну из центральных ролей было понятно, что появился очень хороший артист. С того самого времени мы общались. Это долгая история, рассказывать всё – времени не хватит. В театре мы встретились в спектакле «Роза и крест», он играл Гаэтана, а я Бертрана. Потом мы играли и в других спектаклях. Мы с ним дружили. Встречаясь в театре, разговаривали обо всём. Он обладал необыкновенным чувством юмора. Это было так смешно, так заразительно, но повторить было невозможно.
Очень долгую жизнь мы прошли с ним бог о бок. Он мне говорил, что ему плохо, но то, что его болезнь приобрела такую тяжёлую форму, никто из нас даже представить себе не мог.
Я очень люблю Володю. Видите, даже сказать любил – не получается, язык не поворачивается, невозможно говорить о нём в прошедшем времени. Володя – добрый человек! Пусть ему там на небесах будет спокойно…
Анна Дубровская, актриса Театра Вахтангова:– Это утрата не только для Театра Вахтангова, а для всей театральной культуры России. Он – великий русский артист. Он стоит в одном ряду с самыми значимыми именами артистов мирового уровня.
Это невероятная трагедия. Володя ушёл так рано, когда можно было ещё столько всего сыграть. Его участие – это всегда было событие и гарантия успеха!
С первого моего появления в театре, а это было больше 30 лет назад, мы с Володей во многих спектаклях играли вместе, начиная с «Принцессы Турандот». Если в составе спектакля был заявлен Владимир Симонов, то спектакль проходил всегда блестяще. В нём было столько энергии, он использовал такие парадоксальные решения, что быть его партнёром было наслаждением.
С ним всегда было легко, интересно, смешно. Абсолютно свободно, как рыба воде, он ощущал себя на сцене. Мог пошутить во время спектакля, вообще «хулиган» был невероятный, любил «расколоть» партнёра, но делал это филигранно, тонко, изобретательно, остроумно. Сердиться на него было невозможно. Человеком он был неконфликтным, никогда не создавал дискомфорта, миротворчески влиял на атмосферу. Вообще он такой созидатель в профессии.
Отец он просто уникальный. У него четверо детей и о всех он заботился, гордился, переживал, если что-то в их жизни не складывалось. Много рассказывал о младшей дочке, он её обожал.
Спасибо, что у меня есть возможность рассказать о Володе, потому что огромная часть моей жизни связана с ним. Столько воспоминаний!
Мне ночью пришло сообщение о том, что произошло, и я пока не осознала и не приняла это. Мне очень тяжело, потому что я потеряла не только партнёра, коллегу, но ещё и товарища. Горько и больно...
