Премьера спектакля «Господа Головлёвы» состоится в Малом театре 31 октября, и режиссер Андрей Прикотенко с утра до вечера проходит с актерами сцену за сценой. После одной из репетиций нам удалось побеседовать с исполнителями центральных ролей.
Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин, чье 200-летие мы отметили в январе этого года, планировал ограничиться серией самостоятельных новелл в рамках сатирического цикла «Благонамеренные речи». Позже он решил собрать рассказы о жизни семейства Головлёвых в отдельную книгу и опубликовал еt в 1880 году. Несмотря на то, что произведению без малого 150 лет, оно все также актуально, потому что в нем затронуты важные темы: распад семейных связей, равнодушие, лицемерие и пустословие.
Роль Арины Петровны Головлёвой, женщины властной и деспотичной исполняет очаровательная и очень женственная Алла Юганова. Интересно, как актрисе удается такое перевоплощение?
– В процессе мы выявляем, что не всё так однозначно, – объясняет актриса. – За жесткостью скрывается очень ранимая и нежная женская натура. Возможно даже, что жестокость – на самом деле прикрытие слабости. Мы ищем точки соприкосновения Арины Петровны со мной. Она не такая, как я представляла себе, когда читала роман. И это очень интересно, потому что образ получается многогранным. В процессе работы над ролью произошло много открытий. Это не будет однозначно деспотичный персонаж. И я ее люблю. Наверное, если бы она была исключительно деспотичная, я бы не смогла ее так приблизить к себе.
– В романе описан большой временной промежуток. Вы будете как-то меняться внешне – походка, речь?
– Я думаю, что изменения коснутся больше не внешней стороны, а внутреннего состояния. Не могу сказать, что мы будем использовать грим или очень сильные внешние выразительные средства. Во всяком случае, пока об этом речи нет.
– Вам приходилось раньше работать с режиссером Андреем Прикотенко?
– Я видела его две работы, которые он сделал в Ленкоме. Они пользовались большим успехом. Но это совершенно другой материал, нежели «Головлевы», – комедия, праздник, летели блестки, все пели, танцевали. А здесь абсолютно иная история.
– Как вам работается с Андреем Михайловичем?
– Иногда, мне кажется, что я его поняла, но Андрей Михайлович говорит: «Всё не так». Сейчас, наверное, мы уже приблизились к взаимопониманию. Он изучил мою природу, мы приняли друг друга. Темп работы над спектаклем увеличился, что дало свои результаты. Всё, что предлагает режиссер, очень интересно. Надеюсь, получится это воплотить.
– А вам приходилось раньше играть в пьесах по Салтыкову-Щедрину?
– Нет, никогда не приходилось. Для меня автор открылся именно в этой работе. Всё лето, куда бы ни поехала, я оказывалась в краях, где жил или бывал Салтыков-Щедрин, всюду видела мемориальные таблички, напоминающие о его пребывании в тех местах.
Степана, старшего сына в семье Головлёвых играет статный с запоминающейся внешностью актер Станислав Сошников. Глядя на него, возникает вопрос – как с такой фактурой играть безвольного и легкомысленного человека, каким его описывает Салтыков-Щедрин?
– Не могу сказать, что у нас есть легкомысленные или нелегкомысленные персонажи, – говорит Станислав. – Вообще в спектакле отсутствуют какие-либо ярлыки и шаблонные трактовки, связанные со стереотипным восприятием классического текста. На протяжении всего действия ведется серьезное исследование причин, приводящих к тому, что древний и богатый дворянский род исчезает. В этом, мне кажется, заключена суть нашего рождающегося спектакля. Поэтому, возвращаясь к вопросу, хочется отметить, что мой персонаж лишен таких красок, как безвольность, легкомыслие. На репетициях мы с коллегами досконально и непредвзято изучаем сложный внутренний мир героев семейной хроники.
– Текст Салтыкова-Щедрина вам легко давался или сложно?
– Да тексты вообще легко учить. А присваивать прозу, отражающую уникальность авторского стиля, – невероятно захватывающий процесс. Текст, написанный блестящим слогом, не вызывает никаких затруднений. К тому же он оказался неожиданно сценичным, и в структуре диалогов заключены яркие черты живой разговорной речи.
– Алла сказала, что в процессе работы над ролью полюбила Арину Петровну. А как вы относитесь к своему Степану?
– Мы все очень полюбили Арину Петровну. И Степана я тоже стараюсь оберегать. Сближение с персонажем происходит постепенно и по «вине» режиссера. Андрей Михайлович помогает обнаруживать в наших персонажах то, что мы самостоятельно не замечаем. Он смотрит на сюжет со стороны, открывает артистам нюансы, дополняющие образы и придающие им глубину. Постепенно мы начинаем любить и оберегать своих героев.
Еще до начала нашей беседы, пока актеры переодевались, я обратила внимание на Михаила Мартьянова, скромно сидевшего поодаль. Он что – всё еще в образе Павла, молчаливого, апатичного и лишенного воли человека?
– Ну да, наверное, я с ним склеиваюсь потихоньку, – сказал Михаил. – Возникает желание его поскорее показать, познакомить с ним зрителя. Хочется, чтобы он пожил, посуществовал. Надеюсь, совсем скоро случится рождение образа.
– Сейчас вы «склеиваетесь» с Павлом, а по своей природе вы какой?
– Я люблю и умею быть один, мне с собой нескучно. Павел тоже такой одиночка и, наверное, мизантроп. Тот факт, что у всех персонажей нелегкая судьба, конечно, усложняет нашу работу и в то же время делает ее очень интересной.
– В романе Салтыкова-Щедрина все персонажи погибают. Как ваш Павел подходит к этому ужасному финалу?
– Финал ужасен, но персонажи Салтыкова-Щедрина этого не осознают, как и люди в реальной жизни они не могут предвидеть свое будущее. Поэтому мы задаем вопросы, а зрители вправе решать, искать ли им ответы или нет, радоваться, грустить или горевать вместе с нами.
– Думаю, что большинство зрителей не очень подробно помнят это произведение. И ваш спектакль станет для них неожиданным открытием.
– Хочется, чтобы после спектакля у зрителя было ощущение ценности каждой минуты жизни, – добавила Алла Юганова, – понимание, что всё бренно. И чтобы захотелось побыть вместе с близкими людьми, семьёй. Мне кажется, сейчас это очень актуальная тема – близости родных людей.
До премьеры остались считанные дни, но уже сейчас очевидно, что этот спектакль не пройдет незамеченным. Он затронет души зрителей и поможет взглянуть на семью другими глазами, понять, принять и простить своих родных.
Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин, чье 200-летие мы отметили в январе этого года, планировал ограничиться серией самостоятельных новелл в рамках сатирического цикла «Благонамеренные речи». Позже он решил собрать рассказы о жизни семейства Головлёвых в отдельную книгу и опубликовал еt в 1880 году. Несмотря на то, что произведению без малого 150 лет, оно все также актуально, потому что в нем затронуты важные темы: распад семейных связей, равнодушие, лицемерие и пустословие.
Роль Арины Петровны Головлёвой, женщины властной и деспотичной исполняет очаровательная и очень женственная Алла Юганова. Интересно, как актрисе удается такое перевоплощение? – В процессе мы выявляем, что не всё так однозначно, – объясняет актриса. – За жесткостью скрывается очень ранимая и нежная женская натура. Возможно даже, что жестокость – на самом деле прикрытие слабости. Мы ищем точки соприкосновения Арины Петровны со мной. Она не такая, как я представляла себе, когда читала роман. И это очень интересно, потому что образ получается многогранным. В процессе работы над ролью произошло много открытий. Это не будет однозначно деспотичный персонаж. И я ее люблю. Наверное, если бы она была исключительно деспотичная, я бы не смогла ее так приблизить к себе.
– В романе описан большой временной промежуток. Вы будете как-то меняться внешне – походка, речь?
– Я думаю, что изменения коснутся больше не внешней стороны, а внутреннего состояния. Не могу сказать, что мы будем использовать грим или очень сильные внешние выразительные средства. Во всяком случае, пока об этом речи нет.
– Вам приходилось раньше работать с режиссером Андреем Прикотенко?
– Я видела его две работы, которые он сделал в Ленкоме. Они пользовались большим успехом. Но это совершенно другой материал, нежели «Головлевы», – комедия, праздник, летели блестки, все пели, танцевали. А здесь абсолютно иная история.
– Как вам работается с Андреем Михайловичем?
– Иногда, мне кажется, что я его поняла, но Андрей Михайлович говорит: «Всё не так». Сейчас, наверное, мы уже приблизились к взаимопониманию. Он изучил мою природу, мы приняли друг друга. Темп работы над спектаклем увеличился, что дало свои результаты. Всё, что предлагает режиссер, очень интересно. Надеюсь, получится это воплотить.
– А вам приходилось раньше играть в пьесах по Салтыкову-Щедрину?
– Нет, никогда не приходилось. Для меня автор открылся именно в этой работе. Всё лето, куда бы ни поехала, я оказывалась в краях, где жил или бывал Салтыков-Щедрин, всюду видела мемориальные таблички, напоминающие о его пребывании в тех местах.
Степана, старшего сына в семье Головлёвых играет статный с запоминающейся внешностью актер Станислав Сошников. Глядя на него, возникает вопрос – как с такой фактурой играть безвольного и легкомысленного человека, каким его описывает Салтыков-Щедрин? – Не могу сказать, что у нас есть легкомысленные или нелегкомысленные персонажи, – говорит Станислав. – Вообще в спектакле отсутствуют какие-либо ярлыки и шаблонные трактовки, связанные со стереотипным восприятием классического текста. На протяжении всего действия ведется серьезное исследование причин, приводящих к тому, что древний и богатый дворянский род исчезает. В этом, мне кажется, заключена суть нашего рождающегося спектакля. Поэтому, возвращаясь к вопросу, хочется отметить, что мой персонаж лишен таких красок, как безвольность, легкомыслие. На репетициях мы с коллегами досконально и непредвзято изучаем сложный внутренний мир героев семейной хроники.
– Текст Салтыкова-Щедрина вам легко давался или сложно?
– Да тексты вообще легко учить. А присваивать прозу, отражающую уникальность авторского стиля, – невероятно захватывающий процесс. Текст, написанный блестящим слогом, не вызывает никаких затруднений. К тому же он оказался неожиданно сценичным, и в структуре диалогов заключены яркие черты живой разговорной речи.
– Алла сказала, что в процессе работы над ролью полюбила Арину Петровну. А как вы относитесь к своему Степану?
– Мы все очень полюбили Арину Петровну. И Степана я тоже стараюсь оберегать. Сближение с персонажем происходит постепенно и по «вине» режиссера. Андрей Михайлович помогает обнаруживать в наших персонажах то, что мы самостоятельно не замечаем. Он смотрит на сюжет со стороны, открывает артистам нюансы, дополняющие образы и придающие им глубину. Постепенно мы начинаем любить и оберегать своих героев.
Еще до начала нашей беседы, пока актеры переодевались, я обратила внимание на Михаила Мартьянова, скромно сидевшего поодаль. Он что – всё еще в образе Павла, молчаливого, апатичного и лишенного воли человека?
– Ну да, наверное, я с ним склеиваюсь потихоньку, – сказал Михаил. – Возникает желание его поскорее показать, познакомить с ним зрителя. Хочется, чтобы он пожил, посуществовал. Надеюсь, совсем скоро случится рождение образа.
– Сейчас вы «склеиваетесь» с Павлом, а по своей природе вы какой?
– Я люблю и умею быть один, мне с собой нескучно. Павел тоже такой одиночка и, наверное, мизантроп. Тот факт, что у всех персонажей нелегкая судьба, конечно, усложняет нашу работу и в то же время делает ее очень интересной.
– В романе Салтыкова-Щедрина все персонажи погибают. Как ваш Павел подходит к этому ужасному финалу?
– Финал ужасен, но персонажи Салтыкова-Щедрина этого не осознают, как и люди в реальной жизни они не могут предвидеть свое будущее. Поэтому мы задаем вопросы, а зрители вправе решать, искать ли им ответы или нет, радоваться, грустить или горевать вместе с нами.
– Думаю, что большинство зрителей не очень подробно помнят это произведение. И ваш спектакль станет для них неожиданным открытием.
– Хочется, чтобы после спектакля у зрителя было ощущение ценности каждой минуты жизни, – добавила Алла Юганова, – понимание, что всё бренно. И чтобы захотелось побыть вместе с близкими людьми, семьёй. Мне кажется, сейчас это очень актуальная тема – близости родных людей.
До премьеры остались считанные дни, но уже сейчас очевидно, что этот спектакль не пройдет незамеченным. Он затронет души зрителей и поможет взглянуть на семью другими глазами, понять, принять и простить своих родных.
