16 и 17 июня на Камерной сцене МДТ-Театра Европы сыграют премьеру – «Счастливые дни» Беккета в постановке Дмитрия Волкострелова.
Сэмюэль Беккет считается одним из отцов «театра абсурда», а его «Счастливые дни» (наряду с «Ожиданием Годо») – манифестом абсурдистской драматургии, где звучат «темы отчаяния и воли к жизни, трагического одиночества современного человека и его мужества жить».
Начинается пьеса с метафоры жизни как постепенного умирания: немолодая женщина закопана по пояс и на протяжении всего действия, которого, собственно, и нет, уходит в землю всё глубже, пока не исчезает совсем. На безнадежность и необратимость она смотрит с мужеством и «открытым забралом». Несмотря на вездесущую бессмысленность, находит в себе силы шутить: в конце концов, «нет ничего смешнее, чем несчастье». И болтает без умолку.
В роли очаровательной и неутомимой оптимистки Винни – Ирина Тычинина, а в роли её мужа Вилли, который в основном молчит, – Александр Кошкарёв.
Для Дмитрия Волкострелова это вторая постановка в МДТ (после спектакля «Горький аэропорт» на Камерной сцене), а для театра – первое обращение к Беккету.
Сэмюэль Беккет считается одним из отцов «театра абсурда», а его «Счастливые дни» (наряду с «Ожиданием Годо») – манифестом абсурдистской драматургии, где звучат «темы отчаяния и воли к жизни, трагического одиночества современного человека и его мужества жить».
Начинается пьеса с метафоры жизни как постепенного умирания: немолодая женщина закопана по пояс и на протяжении всего действия, которого, собственно, и нет, уходит в землю всё глубже, пока не исчезает совсем. На безнадежность и необратимость она смотрит с мужеством и «открытым забралом». Несмотря на вездесущую бессмысленность, находит в себе силы шутить: в конце концов, «нет ничего смешнее, чем несчастье». И болтает без умолку.
В роли очаровательной и неутомимой оптимистки Винни – Ирина Тычинина, а в роли её мужа Вилли, который в основном молчит, – Александр Кошкарёв.
Для Дмитрия Волкострелова это вторая постановка в МДТ (после спектакля «Горький аэропорт» на Камерной сцене), а для театра – первое обращение к Беккету.
