Новая масштабная работа Бориса Юхананова «Пик Ник или Сказки Старого Ворона» – многослойное сочинение, «фэнтези», развернутое в трех спектаклях: «Город миражей», «Никогда» и «Прибытие».
Триптих рассказывает о том, как Творец поручил четырем ангелам спуститься на землю, принять облик актрис и разыграть пьесу Теннесси Уильямса, точнее – принять в себя текст «ангелической души» драматурга, который не справился с жизнью, не прошел «земной квест». Но в свои творения сумел вложить «мумиё любви» – то, что человек возвращает Творцу, когда завершает жизненный цикл, то, что здесь «распускается» как первое романтическое чувство, а потом только напоминает о себе в бесконечных проекциях и добывается теми, кто занят «созданием миров», в том числе, на территории театра.
Миссия четырех небесных посланниц (Мария Беляева, Екатерина Любимова, Ирина Савицкова, Мария Чиркова) – добыть это «мумиё», достать из пьесы «Прекрасное воскресенье для пикника», где сходятся четыре женщины: безнадежно влюбленная Дотти, переполненная ожиданием звонка и новой встречи; неуемная Боди, зацикленная на попытках свести её со своим братом Бади и кормить обоих жареными цыплятами; эстетствующая Элина, которой принципиально важно переманить Дотти и снять на двоих квартиру класса «люкс»; и странная, всегда неудобная мисс Глюк: «Не оставляйте меня одну…» В «Пик Нике» они придумывают вариации одного и того же разговора, «перезапускают» одни и те же слова о женском «allein» (по-немецки – «в одиночестве»), «сердечном расстройстве» и одержимости, а у каждой она – своя.
Три года актрисы Электротеатра штурмовали пьесу, сначала самостоятельно, потом призвали режиссера, а Борис Юхананов в итоге придумал свою «игру в бисер», куда взял разногласия, сомнения, претензии друг к другу участниц процесса – вынул из их переписки в мессенджере все признаки растерянности, «беспризорности», тупика и сочинил, по сути, свою версию «Шести персонажей в поисках автора», а рамочной конструкцией сделал комментарии Старого Ворона – демиурга театральной вселенной, того самого Творца, который «не любит скучать», а потому отправляет своих «марионеток» в мистическое путешествие.
Начинается оно с «Города миражей», который строится группой монтировщиков в режиме реального времени – чуть ли не полчаса. Шумы стройплощадки, «металлические» звуки идут фоном к «Реквиему» Моцарта, и, синхронизируясь с музыкой божественной красоты, сборка декораций на глазах меняет свой статус – делается актом творения, действом, которое может пройти сквозь время, как возведение Кёльнского собора... и не поставить точку.
Эта инсталляция – а театр в «Пик Нике» пускает на свою территорию современное искусство – говорит, что у художника нет цели, а есть только путь, мистериальное движение «через низ наверх», сам процесс, который может быть бесконечным поиском, набором множества вариаций и проб. Все части триптиха это по-своему транслируют и выхватывают из «потока» фрагменты разговоров без начала и конца. Это и несколько страниц «твердого текста» Теннесси, и общение трех режиссеров (Бориса Юхананова, Анатолия Васильева, Александра Велединского) на киноэкране, например, о том, чем манипулятор отличаются от экспериментатора, и диалог «рабочих сцены» о contemporary art. Монтажные работы продолжаются 9 часов чистого времени и собирают в одну грандиозную конструкцию мистерию, перформанс, кино, мистическую ораторию «Ворон» на стихи Эдгара По, рейв под EDM и даже лазерное шоу на границе между мирами, а заодно – образы из едва ли не всех театральных сериалов Бориса Юхананова в Электротеатре: дзанни, римские легионеры, медуза-горгона, пронзительно кричащая Изида на колеснице, запряженной скелетами кентавров – все они собираются на «Пик Ник»
Триптих рассказывает о том, как Творец поручил четырем ангелам спуститься на землю, принять облик актрис и разыграть пьесу Теннесси Уильямса, точнее – принять в себя текст «ангелической души» драматурга, который не справился с жизнью, не прошел «земной квест». Но в свои творения сумел вложить «мумиё любви» – то, что человек возвращает Творцу, когда завершает жизненный цикл, то, что здесь «распускается» как первое романтическое чувство, а потом только напоминает о себе в бесконечных проекциях и добывается теми, кто занят «созданием миров», в том числе, на территории театра.
Миссия четырех небесных посланниц (Мария Беляева, Екатерина Любимова, Ирина Савицкова, Мария Чиркова) – добыть это «мумиё», достать из пьесы «Прекрасное воскресенье для пикника», где сходятся четыре женщины: безнадежно влюбленная Дотти, переполненная ожиданием звонка и новой встречи; неуемная Боди, зацикленная на попытках свести её со своим братом Бади и кормить обоих жареными цыплятами; эстетствующая Элина, которой принципиально важно переманить Дотти и снять на двоих квартиру класса «люкс»; и странная, всегда неудобная мисс Глюк: «Не оставляйте меня одну…» В «Пик Нике» они придумывают вариации одного и того же разговора, «перезапускают» одни и те же слова о женском «allein» (по-немецки – «в одиночестве»), «сердечном расстройстве» и одержимости, а у каждой она – своя. Три года актрисы Электротеатра штурмовали пьесу, сначала самостоятельно, потом призвали режиссера, а Борис Юхананов в итоге придумал свою «игру в бисер», куда взял разногласия, сомнения, претензии друг к другу участниц процесса – вынул из их переписки в мессенджере все признаки растерянности, «беспризорности», тупика и сочинил, по сути, свою версию «Шести персонажей в поисках автора», а рамочной конструкцией сделал комментарии Старого Ворона – демиурга театральной вселенной, того самого Творца, который «не любит скучать», а потому отправляет своих «марионеток» в мистическое путешествие. Начинается оно с «Города миражей», который строится группой монтировщиков в режиме реального времени – чуть ли не полчаса. Шумы стройплощадки, «металлические» звуки идут фоном к «Реквиему» Моцарта, и, синхронизируясь с музыкой божественной красоты, сборка декораций на глазах меняет свой статус – делается актом творения, действом, которое может пройти сквозь время, как возведение Кёльнского собора... и не поставить точку. Эта инсталляция – а театр в «Пик Нике» пускает на свою территорию современное искусство – говорит, что у художника нет цели, а есть только путь, мистериальное движение «через низ наверх», сам процесс, который может быть бесконечным поиском, набором множества вариаций и проб. Все части триптиха это по-своему транслируют и выхватывают из «потока» фрагменты разговоров без начала и конца. Это и несколько страниц «твердого текста» Теннесси, и общение трех режиссеров (Бориса Юхананова, Анатолия Васильева, Александра Велединского) на киноэкране, например, о том, чем манипулятор отличаются от экспериментатора, и диалог «рабочих сцены» о contemporary art. Монтажные работы продолжаются 9 часов чистого времени и собирают в одну грандиозную конструкцию мистерию, перформанс, кино, мистическую ораторию «Ворон» на стихи Эдгара По, рейв под EDM и даже лазерное шоу на границе между мирами, а заодно – образы из едва ли не всех театральных сериалов Бориса Юхананова в Электротеатре: дзанни, римские легионеры, медуза-горгона, пронзительно кричащая Изида на колеснице, запряженной скелетами кентавров – все они собираются на «Пик Ник» 
