Фестиваль студенческих спектаклей «Неформат», организованный театром «Современник» — одно из уникальных событий в мире театрального студенчества. 8 апреля на Другой сцене театра на Чистых прудах студенты курса народного артиста Владимира Сулимова в ВТУ имени Щепкина представили зрителям свое переосмысление драматического эпоса Бертольта Брехта «Кавказский меловой круг».
Постановка профессора Наталии Петровой, заслуженного деятеля искусств — это своеобразное доказательство спорной брехтовской теории «эпического театра». Принципы, утвержденные немецким драматургом, в совокупности с традициями русского психологического театра, демонстрируют новый порядок вещей, и хотя сюжет переносит зрителя в годы Второй мировой, проблематика произведения остается созвучной сегодняшнему дню. Созвучной, как в прямом, так и в переносном смысле слова: постановка играет звуками, танцует и постоянно трансформируется вместе с актёрами, которые сумели перевести целые сцены на язык музыки и движения. Такая форма выбрана неспроста: действие пьесы происходит в Грузии, а грузинский народ, как известно, особенно отличается своей музыкальностью. Все зонги — едкие обличительные баллады, сопровождающие повествование — написаны и исполнены студентами.
«Кавказский меловой круг» — это непростая история борьбы. Борьбы за свободу, равенство, любовь, справедливость, за стакан молока, за чужого ребёнка. Главная героиня — судомойка Груша (Полина Калёнова) являет собой самую настоящую фигуру матери-спасительницы, сумевшей доказать, что чужих детей все-таки не бывает, и воспитать мальчика из знатного рода, как своего родного сына. Её жизнь и жизнь всех тех, кто её окружает — это совокупность постоянных попыток вырваться за пределы воображаемого круга, сравнимого с линией баррикад или тесными, губительными объятиями. Одна проблема сменяет другую, и в невозможности их решить, молодая девушка вынуждена постоянно идти наперекор своим желаниям во имя спасения мальчика, которого как бы ни пыталась бросить, всё равно не смогла. Даже когда родная мать решила отсудить у Груши сына, она пожертвовала всем, лишь бы оставить его. Но почему? Ведь грань мелового круга можно стереть, смыть, сковырнуть с асфальта, подобно присохшим к тарелке остатками пищи, и в конце концов выйти за его пределы. Всё дело в том, что это не просто меловой круг, а самый настоящий уроборос, разорвать тело которого способна лишь истинная любовь, а она, как известно, побеждает любое зло.
Постановка профессора Наталии Петровой, заслуженного деятеля искусств — это своеобразное доказательство спорной брехтовской теории «эпического театра». Принципы, утвержденные немецким драматургом, в совокупности с традициями русского психологического театра, демонстрируют новый порядок вещей, и хотя сюжет переносит зрителя в годы Второй мировой, проблематика произведения остается созвучной сегодняшнему дню. Созвучной, как в прямом, так и в переносном смысле слова: постановка играет звуками, танцует и постоянно трансформируется вместе с актёрами, которые сумели перевести целые сцены на язык музыки и движения. Такая форма выбрана неспроста: действие пьесы происходит в Грузии, а грузинский народ, как известно, особенно отличается своей музыкальностью. Все зонги — едкие обличительные баллады, сопровождающие повествование — написаны и исполнены студентами.
«Кавказский меловой круг» — это непростая история борьбы. Борьбы за свободу, равенство, любовь, справедливость, за стакан молока, за чужого ребёнка. Главная героиня — судомойка Груша (Полина Калёнова) являет собой самую настоящую фигуру матери-спасительницы, сумевшей доказать, что чужих детей все-таки не бывает, и воспитать мальчика из знатного рода, как своего родного сына. Её жизнь и жизнь всех тех, кто её окружает — это совокупность постоянных попыток вырваться за пределы воображаемого круга, сравнимого с линией баррикад или тесными, губительными объятиями. Одна проблема сменяет другую, и в невозможности их решить, молодая девушка вынуждена постоянно идти наперекор своим желаниям во имя спасения мальчика, которого как бы ни пыталась бросить, всё равно не смогла. Даже когда родная мать решила отсудить у Груши сына, она пожертвовала всем, лишь бы оставить его. Но почему? Ведь грань мелового круга можно стереть, смыть, сковырнуть с асфальта, подобно присохшим к тарелке остатками пищи, и в конце концов выйти за его пределы. Всё дело в том, что это не просто меловой круг, а самый настоящий уроборос, разорвать тело которого способна лишь истинная любовь, а она, как известно, побеждает любое зло. 
