В гоголевском «Вие» можно находить разное. Советский кинематограф искал в нём редкий жанр ужастика, встречу с потусторонней силой, пусть и сказочной. В перестройку гоголевский Хома Брут говорил о нашем безверии и нищете духа. Каким может явиться современный «Вий» в Художественном театре? Наверное, ироничным, весёлым. Страшным, мистическим, жутким в той мере, какую может себе позволить театральная сцена. Человек, испытавший страх, становится стрессоустойчивым. Страхом проверяется крепость веры. 
Писатель Николай Гоголь мучился всю свою жизнь проблемами добра и зла, их перетеканием друг в друга. Весел, светел ли Хома Брут или дурачок бессмысленный, попавший в сети своей глупости и жадности? Жертва он или агрессор? Панночка является ему с какого света, во зло или во благо? Что дает нам всем эта неизбежная встреча с потусторонним?