Директор Московского драматического театра им. Гоголя ответил на наши вопросы о переменах в Театре Гоголя, о космических ценах и опасностях профессии. Интервью было записано в Томске в рамках гастролей Школы-студии МХАТ.
– Константин Витальевич, вы молодой директор театра имени Гоголя, но опыта театрального администрирования вам не занимать. За плечами 13 лет в Театре Маяковского, 19 лет в Театре на Малой Бронной, где вы работали директором больше 10 лет. Это устоявшиеся театры, а вы пришли в новый для себя театр в период слома…
– В период слома пришел Антон Юрьевич Яковлев, художественный руководитель театра имени Гоголя. После того, как Гоголь-центр прекратил свое существование в 2022-м году, Антон Юрьевич получил в наследство, практически, только здание. Без репертуара и, отчасти, артистов. Вместе с прошлым руководством ушла и значительная доля оборудования, которое приобреталось последние 10 лет. То есть, театр, как таковой, фактически, не существовал.
А я пришел в прошлом году, когда в театре все-таки уже был наработан серьезный собственный репертуар. Конечно, он еще не достаточен, чтобы закрыть полностью календарный месяц, но мы работаем, помогают антрепризы. Идет возрождение репертуарного театра, и Антон Юрьевич много для этого уже сделал до моего прихода.
– Директор театра сегодня – это опасная профессия, учитывая недавние громкие, в том числе уголовные, дела?
– Человек может сделать опасной любую профессию. Это его личный профессиональный выбор. Все зависит от самого человека. А театр – это публичное пространство и надо отдавать себе отчет: как ты ведешь себя в этом пространстве.
– Актерский состав театра имени Гоголя сильно обновился, начиная с 2022-го года?
– Антон Юрьевич достаточно серьезно обновил состав труппы, но в ней есть прекрасные опытные артисты, которые работали еще с Сергеем Ивановичем Яшиным (худрук театра до 2012 года, проработавший в театре 30 лет – Т.), а есть и такие, кто помнит Бориса Гавриловича Голубовского, главного режиссера театра в 1965 –1987 годах. Эти актеры транзитом прошли через «Гоголь-центр», остались в труппе, работают.
– Скажите, как член ревизионной комиссии Союза театральных деятелей, театры сейчас переживают лучшую пору своей жизни с материальной точки зрения?
– Не могу сказать за все театры. Но, судя по ценам на билеты, которые кусаются, и, тем не менее, не пустым залам, столичные театры сейчас пользуются спросом у зрителя – скажу, как выпускник отделения планирования и организации театрального дела Театроведческого факультета ГИТИСа.
Что касается региональных театров, которых я повидал немало, как член ревизионной комиссии СТД, то могу сказать, что в регионах очень много интересных коллективов, и очень жаль, что они известны зачастую только в пределах своей области, края, республики. И поэтому в провинции театральные залы тоже редко пустуют. Я не видел театров с пустыми залами, не видел театров, где показывают откровенную халтуру. Другое дело, что уровень оснащённости театров в регионах, конечно, оставляет желать лучшего.
Конечно, когда ты видишь, что руководству театра приходится перекраивать декорации уходящих из репертуара спектаклей для новых постановок, потому что нет денег на новые декорации, костюмы, то это – беда.
Но с творческой точки зрения, я уверяю вас, театры практически везде держат марку, как бы не было сложно, не хватало кадров, современного оборудования – а это космические цены просто потому что в России его не производят. Хороший проектор, например, без которого сегодня трудно представить современную театральную постановку – это 6-7 млн рублей. Постановка полноформатного, полноценного, рассчитанного на зрительский успех спектакля в Москве, в зале емкостью 500-1000 мест, обойдется в сумму не менее 10 млн рублей. Зрителя надо удивлять, а это обходится всё дороже и дороже, не потому что творцы стали очень много получать, а потому что подорожало театральное оборудование и материалы.
Ну и конечно, некоторым провинциальным театрам не помешал бы ремонт, потому что все мы помним, – это аксиома, – «театр начинается с вешалки». В любом театральном помещении должно быть комфортно, приятно находиться: в гардеробе, буфете, туалете… Если красиво только на сцене, а в фойе пахнет не очень, картинка у зрителя начинает ломаться, возникает диссонанс. Об этом, как мастер курса, я всегда рассказываю студентам Продюсерского факультета Школы-студии МХАТ.
– А кто приходит учиться на Продюсерский факультет?
– Приходят молодые люди, которые влюблены в театр, но при этом отдают себе отчет в том, что актерского или режиссерского дарования им, может быть, немного не достает. А служить театру хочется.
– А вы тоже хотели служить театру как творец?
– Никогда не думал о творческой карьере. Хотел после школы поступать на Экономический факультет МГУ. Но в ГИТИСе на Отделении планирования и организации театрального дела экзамены начинались на месяц раньше. Решил попробовать свои силы. Поступил. Это и решило всю дальнейшую судьбу.
– Константин Витальевич, вы молодой директор театра имени Гоголя, но опыта театрального администрирования вам не занимать. За плечами 13 лет в Театре Маяковского, 19 лет в Театре на Малой Бронной, где вы работали директором больше 10 лет. Это устоявшиеся театры, а вы пришли в новый для себя театр в период слома…
– В период слома пришел Антон Юрьевич Яковлев, художественный руководитель театра имени Гоголя. После того, как Гоголь-центр прекратил свое существование в 2022-м году, Антон Юрьевич получил в наследство, практически, только здание. Без репертуара и, отчасти, артистов. Вместе с прошлым руководством ушла и значительная доля оборудования, которое приобреталось последние 10 лет. То есть, театр, как таковой, фактически, не существовал.
А я пришел в прошлом году, когда в театре все-таки уже был наработан серьезный собственный репертуар. Конечно, он еще не достаточен, чтобы закрыть полностью календарный месяц, но мы работаем, помогают антрепризы. Идет возрождение репертуарного театра, и Антон Юрьевич много для этого уже сделал до моего прихода.
– Директор театра сегодня – это опасная профессия, учитывая недавние громкие, в том числе уголовные, дела?
– Человек может сделать опасной любую профессию. Это его личный профессиональный выбор. Все зависит от самого человека. А театр – это публичное пространство и надо отдавать себе отчет: как ты ведешь себя в этом пространстве.
– Актерский состав театра имени Гоголя сильно обновился, начиная с 2022-го года?
– Антон Юрьевич достаточно серьезно обновил состав труппы, но в ней есть прекрасные опытные артисты, которые работали еще с Сергеем Ивановичем Яшиным (худрук театра до 2012 года, проработавший в театре 30 лет – Т.), а есть и такие, кто помнит Бориса Гавриловича Голубовского, главного режиссера театра в 1965 –1987 годах. Эти актеры транзитом прошли через «Гоголь-центр», остались в труппе, работают.
– Скажите, как член ревизионной комиссии Союза театральных деятелей, театры сейчас переживают лучшую пору своей жизни с материальной точки зрения?
– Не могу сказать за все театры. Но, судя по ценам на билеты, которые кусаются, и, тем не менее, не пустым залам, столичные театры сейчас пользуются спросом у зрителя – скажу, как выпускник отделения планирования и организации театрального дела Театроведческого факультета ГИТИСа.
Что касается региональных театров, которых я повидал немало, как член ревизионной комиссии СТД, то могу сказать, что в регионах очень много интересных коллективов, и очень жаль, что они известны зачастую только в пределах своей области, края, республики. И поэтому в провинции театральные залы тоже редко пустуют. Я не видел театров с пустыми залами, не видел театров, где показывают откровенную халтуру. Другое дело, что уровень оснащённости театров в регионах, конечно, оставляет желать лучшего.
Конечно, когда ты видишь, что руководству театра приходится перекраивать декорации уходящих из репертуара спектаклей для новых постановок, потому что нет денег на новые декорации, костюмы, то это – беда.
Но с творческой точки зрения, я уверяю вас, театры практически везде держат марку, как бы не было сложно, не хватало кадров, современного оборудования – а это космические цены просто потому что в России его не производят. Хороший проектор, например, без которого сегодня трудно представить современную театральную постановку – это 6-7 млн рублей. Постановка полноформатного, полноценного, рассчитанного на зрительский успех спектакля в Москве, в зале емкостью 500-1000 мест, обойдется в сумму не менее 10 млн рублей. Зрителя надо удивлять, а это обходится всё дороже и дороже, не потому что творцы стали очень много получать, а потому что подорожало театральное оборудование и материалы.
Ну и конечно, некоторым провинциальным театрам не помешал бы ремонт, потому что все мы помним, – это аксиома, – «театр начинается с вешалки». В любом театральном помещении должно быть комфортно, приятно находиться: в гардеробе, буфете, туалете… Если красиво только на сцене, а в фойе пахнет не очень, картинка у зрителя начинает ломаться, возникает диссонанс. Об этом, как мастер курса, я всегда рассказываю студентам Продюсерского факультета Школы-студии МХАТ.
– А кто приходит учиться на Продюсерский факультет?
– Приходят молодые люди, которые влюблены в театр, но при этом отдают себе отчет в том, что актерского или режиссерского дарования им, может быть, немного не достает. А служить театру хочется.
– А вы тоже хотели служить театру как творец?
– Никогда не думал о творческой карьере. Хотел после школы поступать на Экономический факультет МГУ. Но в ГИТИСе на Отделении планирования и организации театрального дела экзамены начинались на месяц раньше. Решил попробовать свои силы. Поступил. Это и решило всю дальнейшую судьбу.
