Победу в номинации «Лучший музыкальный спектакль» на «Звезде Театрала-2025» одержала постановка «Вертинский» с Александром Домогаровым в главной роли. Режиссер спектакля Нина Чусова после церемонии рассказала о том, что притягивает умного зрителя в театр и как на стыке трех искусств рождалась эта премьера.
— Поздравляем с победой! Ваш Вертинский, настоящий «Белый Пьеро» поразил зрителя. И победу вы одержали именно в номинации «Лучший музыкальный спектакль»: живая музыка и джазовые аранжировки квартета Евгения Борца однозначно повлияли на впечатление зрителей. Что для вас значит эта высокая зрительская оценка вашей работы?
— Мы любим зрителей, зрители любят нас, у нас все искренне, взаимно! Мы разговариваем с сердцами, не через ум, а сразу через эмоции, чувства. Поэтому очень важно, когда зрители находят в постановках что-то свое, плачут… К нам в залы приходят и подростки, для которых в спектакле раскрывается часть истории, которую они не знают: через судьбу человека мы показываем огромный исторический пласт. Мы рассказываем, что происходило тогда, как это похоже на сегодняшний день, и пытаемся найти ответ на вопрос: почему мы не выносим никакие уроки?
Мне кажется, Бог послал решение соединить три жанра: пластическое искусство, песни и джазовый живой оркестр. Мы одновременно разговариваем тремя разными языками. Это очень искренний спектакль. Благодаря этой искренности мы постепенно поняли, что можем выходить на большую сцену с такими текстами, а люди тянутся к постановке! Я очень благодарна: чувствую, как умный зритель притягивается и хочет слушать и слышать! Они хотят прочувствовать, хотят проболеть. Потому что проблемы в спектакле очень актуальны.
— Вы говорили, что главной задачей было представление настоящего смысла стихов Вертинского и диалога артиста с самим собой. Как Александр Домогаров перевоплощался в образ?
— Я его даже отговаривала! Говорила: «Как же? Где ты, а где Вертинский?». Хотя он давно поет его песни. «Ну, Саша, песни одно, а тут спектакль… Ты вроде не похож!» Но мы пришли к выводу, что сделаем Вертинского в разных ипостасях. У нас появляется артист визуального жанра Андрей Кислицин, Домогаров проявляет сущность, основу самого Вертинского, а также картину дополняет музыка Евгения Борца. И, знаете, к нам на спектакль пришла Анастасия Вертинская и сказала: «Я вижу своего папу. Александр Юрьевич — прямо как мой папа». Мы показали не его сценический образ, а настоящего человека. И мне кажется, это вот очень правильно.
Конечно, личность Александра Домогарова – это что-то невероятное. Это человек без кожи, артист, который через себя абсолютно проживает всю историю героя. Иногда обращается к нему: «Саша…» И не знаешь, какой перед тобой Саша – сам Домогаров или уже Вертинский. Я таких людей называю артистами-медиумами. Как будто в актера реально вселяется этот Александр Вертинский и рассказывает через него всю свою жизнь.
— Что важно было выразить в этой работе о великом шансонье?
— Театр помогает жить! Сейчас жить не так просто. И зрители приходят к нам не только отвлечься от проблем, а их решить. Мне кажется, в нашем спектакле именно это и происходит. Через биографию великого актера мы пытаемся это донести.
Также, здесь раскрывается тема эмиграции – тема творцов, гениев, которые эмигрировали, и их дальнейшая судьба. А в ней – тоска по родине, необходимость вдыхать родной воздух, чтобы творить. Мы просто поймали время.
— Что бы вы пожелали зрителями в Новом году?
— Я желаю всем одного – чтобы как можно больше было света, побольше радости. Потому что радость – это источник наших сил. Когда приходит уныние, становится тяжеловато, поэтому негатив надо мимо пропускать, не впускать его глубоко в сердце. И надо помнить, что весна все равно придет! Обязательно. Да, листики, цветочки расцветут, и все станет вновь прекрасно.
— Поздравляем с победой! Ваш Вертинский, настоящий «Белый Пьеро» поразил зрителя. И победу вы одержали именно в номинации «Лучший музыкальный спектакль»: живая музыка и джазовые аранжировки квартета Евгения Борца однозначно повлияли на впечатление зрителей. Что для вас значит эта высокая зрительская оценка вашей работы?
— Мы любим зрителей, зрители любят нас, у нас все искренне, взаимно! Мы разговариваем с сердцами, не через ум, а сразу через эмоции, чувства. Поэтому очень важно, когда зрители находят в постановках что-то свое, плачут… К нам в залы приходят и подростки, для которых в спектакле раскрывается часть истории, которую они не знают: через судьбу человека мы показываем огромный исторический пласт. Мы рассказываем, что происходило тогда, как это похоже на сегодняшний день, и пытаемся найти ответ на вопрос: почему мы не выносим никакие уроки?
Мне кажется, Бог послал решение соединить три жанра: пластическое искусство, песни и джазовый живой оркестр. Мы одновременно разговариваем тремя разными языками. Это очень искренний спектакль. Благодаря этой искренности мы постепенно поняли, что можем выходить на большую сцену с такими текстами, а люди тянутся к постановке! Я очень благодарна: чувствую, как умный зритель притягивается и хочет слушать и слышать! Они хотят прочувствовать, хотят проболеть. Потому что проблемы в спектакле очень актуальны.
— Вы говорили, что главной задачей было представление настоящего смысла стихов Вертинского и диалога артиста с самим собой. Как Александр Домогаров перевоплощался в образ?
— Я его даже отговаривала! Говорила: «Как же? Где ты, а где Вертинский?». Хотя он давно поет его песни. «Ну, Саша, песни одно, а тут спектакль… Ты вроде не похож!» Но мы пришли к выводу, что сделаем Вертинского в разных ипостасях. У нас появляется артист визуального жанра Андрей Кислицин, Домогаров проявляет сущность, основу самого Вертинского, а также картину дополняет музыка Евгения Борца. И, знаете, к нам на спектакль пришла Анастасия Вертинская и сказала: «Я вижу своего папу. Александр Юрьевич — прямо как мой папа». Мы показали не его сценический образ, а настоящего человека. И мне кажется, это вот очень правильно.
Конечно, личность Александра Домогарова – это что-то невероятное. Это человек без кожи, артист, который через себя абсолютно проживает всю историю героя. Иногда обращается к нему: «Саша…» И не знаешь, какой перед тобой Саша – сам Домогаров или уже Вертинский. Я таких людей называю артистами-медиумами. Как будто в актера реально вселяется этот Александр Вертинский и рассказывает через него всю свою жизнь.
— Что важно было выразить в этой работе о великом шансонье?
— Театр помогает жить! Сейчас жить не так просто. И зрители приходят к нам не только отвлечься от проблем, а их решить. Мне кажется, в нашем спектакле именно это и происходит. Через биографию великого актера мы пытаемся это донести.
Также, здесь раскрывается тема эмиграции – тема творцов, гениев, которые эмигрировали, и их дальнейшая судьба. А в ней – тоска по родине, необходимость вдыхать родной воздух, чтобы творить. Мы просто поймали время.
— Что бы вы пожелали зрителями в Новом году?
— Я желаю всем одного – чтобы как можно больше было света, побольше радости. Потому что радость – это источник наших сил. Когда приходит уныние, становится тяжеловато, поэтому негатив надо мимо пропускать, не впускать его глубоко в сердце. И надо помнить, что весна все равно придет! Обязательно. Да, листики, цветочки расцветут, и все станет вновь прекрасно.
