В Новосибирском театре оперы и балета (НОВАТ) состоялась премьера «Травиаты» Джузеппе Верди в постановке Сергея Новикова. «Театрал» побывал на премьерных показах.
Осенью 1852 года Джузеппе Верди посетил представление в парижском театре «Водевиль». Давали «Даму с камелиями» Александра Дюма-сына. История куртизанки Маргариты Готье и ее возлюбленного Армана Дюваля настолько потрясла композитора, что он тут же заказал либретто Франческо Марии Пьяве, обсудив с ним сокращение необязательных для оперы сюжетных линий и новые имена персонажей. Куртуазный роман обратился в психологическую оперу с социальным подтекстом. Маргарита стала Виолеттой Валери. Арман — Альфредом Жермоном. Действие, ранее сосредоточенное на переживаниях героя, сместило акцент на героиню. Появилось и новое интригующее название — «Травиата», что в переводе с итальянского означает «сбившаяся с пути».
Первые ноты нового произведения Верди написал в конце декабря, а через 40 дней закончил партитуру. Премьера состоялась 6 марта 1853 года в венецианском театре «Ла Фениче» и была освистана. Причиной театрального скандала очевидцы называли исполнительницу заглавной роли Фанни Сальвини?Донателли. Превосходная певица обладала пышными формами, и зрители не поверили, что её героиня умирает от чахотки. Упоминалось также, что опера была сыграна в интерьерах 1850-х, и привязку сюжета к современности, как и профессию героини, публика сочла аморальными. «Вчера вечером провалилась «Травиата», – написал Джузеппе Верди. Я ли повинен в этом или певцы? Будущее покажет».
Будущее оказалось триумфальным. Через год «Травиата» начала шествие по сценам мира и продолжает его по сей день. В России она впервые прозвучала 20 октября 1856 года в петербургском Большом (Каменном) театре. В Новосибирском театре оперы и балета, открывшемся для публики 12 мая 1945 года, премьера самого репертуарного произведения Верди состоялась в первый же сезон. Нынешняя постановка в истории местной «Травиаты» стала седьмой. Творческую команду возглавили два Сергея Новикова (первый — режиссер-постановщик, второй — художник постановщик). Музыкальным руководителем выступил главный дирижер НОВАТа Михаил Татарников. Над спектаклем также работали хормейстер Мария Моисеенко, хореограф Александр Омар художники Руслан Майоров (свет) и Дмитрий Иванченко (видео).
Режиссер Сергей Новиков давно зарекомендовал себя сторонником «честной» оперы. Композиторский замысел он уважает. Декорации и костюмы соотносит с указанными в либретто временем и местом действия. Статус персонажей не меняет. Установки автора оригинала для режиссера не пустой звук, и новосибирская «Травиата» продолжает эту линию. Девизом художественной концепции стал красочный историзм. Фраки, корсажи, воланы, шали, кофры, люстры, светильники, драпировки, лепнина, мебель с инкрустацией и позолотой, ванна на резных ножках, портрет героини и прочие аксессуары, в изобилии представленные на сцене, отсылают к стилю «ампир». В эпоху «Травиаты» именно он царил в архитектуре и интерьерах. Имперский облик НОВАТа, самого большого театрального здания страны, как нельзя лучше ему соответствует.
Масштабом постановочных решений отмечена каждая из четырех картин. В первой (салон Виолетты Валери) огромная сцена позволяет объединить бальную залу, буфетную и будуар. Пространство зонируется выдвижными ширмами, нерабочие локации затемняются, нужные высвечиваются. Вторая картина (загородный дом) выводит действие на простор плэнера. В третьей (дворец Флоры Бервуа) в глубину сцены уходит монументальный помост, на котором солисты, кордебалет и хор исполняют маскарадный балет пикадоров. Четвертая картина представляет последнюю квартиру Виолетты, почти лишенную обстановки, и выставку ампирной моды. Прощаясь с прошлым, героиня открывает опечатанные шифоньеры с платьями.
Правду эпохи постановщики совместили с индивидуальным видением. Авторский взгляд сфокусирован на роскошном лепном потолке, прикрывающем колосники. В плэнерной картине потолок дарит героине надежду. Створки его раздвигаются, открывая небо и листву. В финале тот же потолок обнаруживает роковую сущность. Тяжелая конструкция с многоярусной люстрой в центре угрожающе снижается и останавливается в опасной близости от Альфреда, оплакивающего Виолетту. На освободившемся месте, а высота сцены без малого 30 метров, возникает гигантский 3D-макет освещенных парижских улиц. Виолетта умерла, жизнь продолжается.
Еще одну концептуальную деталь подсказала авторам флористика. В первой картине сцена уставлена вазами с красными камелиями, в последней — с белыми. Красно-белый венок фигурирует и на опускном занавесе. Это, безусловно, красиво и освежает колористику, но с замыслом Верди не стыкуется. Да, Виолетта дарит Альфреду цветок, но в либретто не упомянуты ни его название, ни цвет. В «Даме с камелиями» Александра Дюма-сына цвет камелий служил шифром, позволявшим поклонникам Маргариты Готье планировать свои визиты. Верди убрал из сюжета многочисленную клиентуру героини, в связи с чем отпала и надобность шифроваться. Желание режиссера отдать дань уважения литературному оригиналу можно только приветствовать, но со смыслами здесь получилась накладка.
Впрочем, победителей не судят, а в плане «картинки» создатели спектакля — победители. Не подкачала и организация действия. Режиссер хорошо слышит музыку и создает максимум комфорта для певцов. Все мизансцены просты, удобны, понятны.
Располагайся и пой в свое удовольствие. Так и преподнес партию Жермона Павел Анциферов, обладатель благородного баритона и изящных манер. Проникновенной интонацией отличился Гурий Гурьев, второй исполнитель этой роли. Из двух Альфредов на высоте в прямом (удачно брал высокие ноты) и переносном смысле (фактически спас финальный дуэт) оказался Константин Захаров. Гамед Абдулов, увы, был не в лучшей вокальной форме.
Несмотря на удачи певцов, музыкальная сторона спектакля пока не достигла уровня изобразительной, чему есть объективные причины. Во-первых, дирижер Филипп Селиванов, заменивший заболевшего Михаила Татарникова, успел провести лишь пару репетиций, что не могло не сказаться на качестве звучания. Во-вторых, в двух премьерных составах не случилось действительно яркой Виолетты, титульной героини не только по статусу, но и по присутствию. Со сцены она почти не сходит, совершая путь от беззаботной любительницы сладкой жизни до умудренной опытом женщины, способной на самопожертвование.
Екатерина Бегунович, обладательница нежного сопрано, была хороша на первом этапе, продемонстрировав кантилену, лирическую мягкость и легкую колоратуру. В энергозатратных сценах с Жермоном певица уже явно устала, а к финальной арии Addio, del passato, где голос должен прорезать плотную оркестровку, и вовсе лишилась сил. Диана Белозор уверенно провела драматические кульминации, блеснув мощью верхнего регистра и динамическими нюансами, но заглушила лирические эпизоды, лишив их прозрачности и подвижности. Кроме упомянутых исполнительниц в списке Виолетт числятся Дарья Шувалова, Василиса Бержанская и Кристина Калинина. Если кто-то из них сумеет найти баланс между лирической красотой и драматической силой, то "сбившаяся с пути" обретет себя и в Сибири.
Осенью 1852 года Джузеппе Верди посетил представление в парижском театре «Водевиль». Давали «Даму с камелиями» Александра Дюма-сына. История куртизанки Маргариты Готье и ее возлюбленного Армана Дюваля настолько потрясла композитора, что он тут же заказал либретто Франческо Марии Пьяве, обсудив с ним сокращение необязательных для оперы сюжетных линий и новые имена персонажей. Куртуазный роман обратился в психологическую оперу с социальным подтекстом. Маргарита стала Виолеттой Валери. Арман — Альфредом Жермоном. Действие, ранее сосредоточенное на переживаниях героя, сместило акцент на героиню. Появилось и новое интригующее название — «Травиата», что в переводе с итальянского означает «сбившаяся с пути».
Первые ноты нового произведения Верди написал в конце декабря, а через 40 дней закончил партитуру. Премьера состоялась 6 марта 1853 года в венецианском театре «Ла Фениче» и была освистана. Причиной театрального скандала очевидцы называли исполнительницу заглавной роли Фанни Сальвини?Донателли. Превосходная певица обладала пышными формами, и зрители не поверили, что её героиня умирает от чахотки. Упоминалось также, что опера была сыграна в интерьерах 1850-х, и привязку сюжета к современности, как и профессию героини, публика сочла аморальными. «Вчера вечером провалилась «Травиата», – написал Джузеппе Верди. Я ли повинен в этом или певцы? Будущее покажет».
Будущее оказалось триумфальным. Через год «Травиата» начала шествие по сценам мира и продолжает его по сей день. В России она впервые прозвучала 20 октября 1856 года в петербургском Большом (Каменном) театре. В Новосибирском театре оперы и балета, открывшемся для публики 12 мая 1945 года, премьера самого репертуарного произведения Верди состоялась в первый же сезон. Нынешняя постановка в истории местной «Травиаты» стала седьмой. Творческую команду возглавили два Сергея Новикова (первый — режиссер-постановщик, второй — художник постановщик). Музыкальным руководителем выступил главный дирижер НОВАТа Михаил Татарников. Над спектаклем также работали хормейстер Мария Моисеенко, хореограф Александр Омар художники Руслан Майоров (свет) и Дмитрий Иванченко (видео).
Режиссер Сергей Новиков давно зарекомендовал себя сторонником «честной» оперы. Композиторский замысел он уважает. Декорации и костюмы соотносит с указанными в либретто временем и местом действия. Статус персонажей не меняет. Установки автора оригинала для режиссера не пустой звук, и новосибирская «Травиата» продолжает эту линию. Девизом художественной концепции стал красочный историзм. Фраки, корсажи, воланы, шали, кофры, люстры, светильники, драпировки, лепнина, мебель с инкрустацией и позолотой, ванна на резных ножках, портрет героини и прочие аксессуары, в изобилии представленные на сцене, отсылают к стилю «ампир». В эпоху «Травиаты» именно он царил в архитектуре и интерьерах. Имперский облик НОВАТа, самого большого театрального здания страны, как нельзя лучше ему соответствует.Масштабом постановочных решений отмечена каждая из четырех картин. В первой (салон Виолетты Валери) огромная сцена позволяет объединить бальную залу, буфетную и будуар. Пространство зонируется выдвижными ширмами, нерабочие локации затемняются, нужные высвечиваются. Вторая картина (загородный дом) выводит действие на простор плэнера. В третьей (дворец Флоры Бервуа) в глубину сцены уходит монументальный помост, на котором солисты, кордебалет и хор исполняют маскарадный балет пикадоров. Четвертая картина представляет последнюю квартиру Виолетты, почти лишенную обстановки, и выставку ампирной моды. Прощаясь с прошлым, героиня открывает опечатанные шифоньеры с платьями.
Правду эпохи постановщики совместили с индивидуальным видением. Авторский взгляд сфокусирован на роскошном лепном потолке, прикрывающем колосники. В плэнерной картине потолок дарит героине надежду. Створки его раздвигаются, открывая небо и листву. В финале тот же потолок обнаруживает роковую сущность. Тяжелая конструкция с многоярусной люстрой в центре угрожающе снижается и останавливается в опасной близости от Альфреда, оплакивающего Виолетту. На освободившемся месте, а высота сцены без малого 30 метров, возникает гигантский 3D-макет освещенных парижских улиц. Виолетта умерла, жизнь продолжается.
Еще одну концептуальную деталь подсказала авторам флористика. В первой картине сцена уставлена вазами с красными камелиями, в последней — с белыми. Красно-белый венок фигурирует и на опускном занавесе. Это, безусловно, красиво и освежает колористику, но с замыслом Верди не стыкуется. Да, Виолетта дарит Альфреду цветок, но в либретто не упомянуты ни его название, ни цвет. В «Даме с камелиями» Александра Дюма-сына цвет камелий служил шифром, позволявшим поклонникам Маргариты Готье планировать свои визиты. Верди убрал из сюжета многочисленную клиентуру героини, в связи с чем отпала и надобность шифроваться. Желание режиссера отдать дань уважения литературному оригиналу можно только приветствовать, но со смыслами здесь получилась накладка.
Впрочем, победителей не судят, а в плане «картинки» создатели спектакля — победители. Не подкачала и организация действия. Режиссер хорошо слышит музыку и создает максимум комфорта для певцов. Все мизансцены просты, удобны, понятны.
Располагайся и пой в свое удовольствие. Так и преподнес партию Жермона Павел Анциферов, обладатель благородного баритона и изящных манер. Проникновенной интонацией отличился Гурий Гурьев, второй исполнитель этой роли. Из двух Альфредов на высоте в прямом (удачно брал высокие ноты) и переносном смысле (фактически спас финальный дуэт) оказался Константин Захаров. Гамед Абдулов, увы, был не в лучшей вокальной форме.
Несмотря на удачи певцов, музыкальная сторона спектакля пока не достигла уровня изобразительной, чему есть объективные причины. Во-первых, дирижер Филипп Селиванов, заменивший заболевшего Михаила Татарникова, успел провести лишь пару репетиций, что не могло не сказаться на качестве звучания. Во-вторых, в двух премьерных составах не случилось действительно яркой Виолетты, титульной героини не только по статусу, но и по присутствию. Со сцены она почти не сходит, совершая путь от беззаботной любительницы сладкой жизни до умудренной опытом женщины, способной на самопожертвование.Екатерина Бегунович, обладательница нежного сопрано, была хороша на первом этапе, продемонстрировав кантилену, лирическую мягкость и легкую колоратуру. В энергозатратных сценах с Жермоном певица уже явно устала, а к финальной арии Addio, del passato, где голос должен прорезать плотную оркестровку, и вовсе лишилась сил. Диана Белозор уверенно провела драматические кульминации, блеснув мощью верхнего регистра и динамическими нюансами, но заглушила лирические эпизоды, лишив их прозрачности и подвижности. Кроме упомянутых исполнительниц в списке Виолетт числятся Дарья Шувалова, Василиса Бержанская и Кристина Калинина. Если кто-то из них сумеет найти баланс между лирической красотой и драматической силой, то "сбившаяся с пути" обретет себя и в Сибири.
