В Московском Губернском театре состоялась премьера спектакля «Лягушки», созданного по мотивам комедии Аристофана. Этот автор не так часто ставится на сцене, в отличие от трагедий Эсхила, Софокла и Еврипида. Режиссер Василиос Самуркас уверен, что этот материал ставить нужно: «Россия – страна с огромной театральной культурой. Плохо, когда такого материала нет в репертуарах – это развивает любой театр».
Сюжет комедии таков: Бог Дионис разочарован состоянием театра в Афинах – кажется, все великие поэты уже умерли. Тогда Дионис вместе со своим рабом Ксанфием отправляется прямиком в Аид, чтобы вернуть лучшего поэта в мир живых. Там он проводит состязания между Эсхилом и Еврипидом, в котором в оригинальном произведении побеждает Эсхил, но в этой постановке выбрать победителя зритель должен самостоятельно.
Режиссер спектакля Василиос Самуркас, выпускник режиссерского факультета ГИТИСа (мастерская Каменьковича и Крымова), и, что важно, грек. На сцене древнегреческая комедия, которая в постановке Самуркаса приобрела совершенно новые черты. Василиос уже ставил «Одиссей спускается в Аид» Гомера в МХТ имени Чехова, «Медею» Еврипида в Театре Ермоловой, «Агамемнона» Эсхила в Рязанском театре драмы. В основе всех этих постановок лежит одна важнейшая для режиссера идея – познакомить с греческой культурой русского зрителя. Постановка дает возможность неискушенному зрителю погрузиться в новый для себя слой греческой культуры. Погружение начинается еще до начала спектакля, когда просьба отключить мобильные телефоны превращается в диалог Сергея Безрукова и Василиоса Самуркаса на русском и греческом языках. Прием с греческим языком далее повторяется неоднократно – режиссер, который сам играет в своем спектакле, периодически говорит на греческом, а некоторые сцены вообще дублируются на обоих языках. Язык здесь прочно связывает две культуры, что отметил и худрук театра Сергей Безруков: «Схожесть русского и греческого языков, проблемы, волнующие греческих и русских режиссеров, очень похожи. Это и хотел запечатлеть Василиос – мы очень похожи».
Спектакль «Лягушки» – эксперимент, форма, ставшая основной в МГТ в этом сезоне. В комедию Аристофана добавляются новые герои и сцены: разговор с мамами, героиня Марии Каллас, голос Гомера (Сергей Безруков) и… Александр Сергеевич Пушкин.
Экспериментально и само пространство сцены, довольно лиминальное, черное-красное, в котором практически отсутствуют декорации. На сцене есть два неработающих эскалатора («Аид не создан для удобства»), а тему задают неоновые лампы, меняющие свой свет в зависимости от задачи.
Актеры много поют, и если хор Лягушек обусловлен своей литературной основой, то хор мертвых вдов (поющих и на русском, и на греческом) и Мария Каллас – чистая выдумка режиссера. Музыку, которая исполняется прямо на сцене, написал Теодор Абазис, который когда-то был преподавателем Василиоса Самуркаса, а теперь создает спектакль уже вместе с ним.
Отдельно стоит сказать про костюмы – Дионис облачен в ярко-желтый халат, как бы львиную шкуру Геракла, Лягушки прыгают в цветных колготках и зеленых юбках, а служанка Персефоны танцует на каблуках и в мини. Однако, при всей экспериментальности, Василиос не забывает и про древнегреческую «классику», как в костюмах (Эсхил и Еврипид одеты в белые греческие хитоны), так и в самой структуре спектакля.
Сюжет комедии таков: Бог Дионис разочарован состоянием театра в Афинах – кажется, все великие поэты уже умерли. Тогда Дионис вместе со своим рабом Ксанфием отправляется прямиком в Аид, чтобы вернуть лучшего поэта в мир живых. Там он проводит состязания между Эсхилом и Еврипидом, в котором в оригинальном произведении побеждает Эсхил, но в этой постановке выбрать победителя зритель должен самостоятельно.
Режиссер спектакля Василиос Самуркас, выпускник режиссерского факультета ГИТИСа (мастерская Каменьковича и Крымова), и, что важно, грек. На сцене древнегреческая комедия, которая в постановке Самуркаса приобрела совершенно новые черты. Василиос уже ставил «Одиссей спускается в Аид» Гомера в МХТ имени Чехова, «Медею» Еврипида в Театре Ермоловой, «Агамемнона» Эсхила в Рязанском театре драмы. В основе всех этих постановок лежит одна важнейшая для режиссера идея – познакомить с греческой культурой русского зрителя. Постановка дает возможность неискушенному зрителю погрузиться в новый для себя слой греческой культуры. Погружение начинается еще до начала спектакля, когда просьба отключить мобильные телефоны превращается в диалог Сергея Безрукова и Василиоса Самуркаса на русском и греческом языках. Прием с греческим языком далее повторяется неоднократно – режиссер, который сам играет в своем спектакле, периодически говорит на греческом, а некоторые сцены вообще дублируются на обоих языках. Язык здесь прочно связывает две культуры, что отметил и худрук театра Сергей Безруков: «Схожесть русского и греческого языков, проблемы, волнующие греческих и русских режиссеров, очень похожи. Это и хотел запечатлеть Василиос – мы очень похожи».
Спектакль «Лягушки» – эксперимент, форма, ставшая основной в МГТ в этом сезоне. В комедию Аристофана добавляются новые герои и сцены: разговор с мамами, героиня Марии Каллас, голос Гомера (Сергей Безруков) и… Александр Сергеевич Пушкин.
Экспериментально и само пространство сцены, довольно лиминальное, черное-красное, в котором практически отсутствуют декорации. На сцене есть два неработающих эскалатора («Аид не создан для удобства»), а тему задают неоновые лампы, меняющие свой свет в зависимости от задачи.
Актеры много поют, и если хор Лягушек обусловлен своей литературной основой, то хор мертвых вдов (поющих и на русском, и на греческом) и Мария Каллас – чистая выдумка режиссера. Музыку, которая исполняется прямо на сцене, написал Теодор Абазис, который когда-то был преподавателем Василиоса Самуркаса, а теперь создает спектакль уже вместе с ним.
Отдельно стоит сказать про костюмы – Дионис облачен в ярко-желтый халат, как бы львиную шкуру Геракла, Лягушки прыгают в цветных колготках и зеленых юбках, а служанка Персефоны танцует на каблуках и в мини. Однако, при всей экспериментальности, Василиос не забывает и про древнегреческую «классику», как в костюмах (Эсхил и Еврипид одеты в белые греческие хитоны), так и в самой структуре спектакля.
