В последние выходные ноября Евгений Цыганов и Мария Смольникова сыграли спектакль «Всё тут» – постановку-перфоманс, которая стала воспоминанием о спектакле-воспоминании и потянула за собой другие воспоминания. Показы состоялись в необычной локации – на крытой парковке крупного торгового центра на северо-востоке Москвы.
Связана ли постановка «Всё тут» со спектаклем Дмитрия Крымова «Все тут»? Связана. «Всё тут» – это фрагменты памяти о том спектакле, выпущенном в 2020-м году в одном из столичных театров. «Через два года его сняли с репертуара, еще через три – декорации увезли на свалку, потому что незачем хранить декорации от спектакля, которого уже нет», – рассказывает со сцены Евгений Цыганов. Но нашелся человек, чьими стараниями декорации сохранились, и теперь находятся позади актера, в больших зеленых контейнерах, где белыми буквами выведено «Всё тут».
С началом спектакля декорации достают и монтируют прямо на глазах зрителей, пока артисты играют. Того, что находится «тут», в контейнерах (кроме декораций это костюмы и кое-какой реквизит), Цыганову и Смольниковой достаточно, чтобы перевоплощаться в героев крымовских спектаклей, от которых сейчас остались только воспоминания, и поделать с этим ничего нельзя. Актеры ныряют в эти вагончики памяти и переносят себя и нас на несколько лет назад, когда, кажется, и дышалось легче, и солнце светило ярче, и в театрах можно было увидеть Нину Заречную, разъезжающую между рядами зрительских кресел на огромном волке, Соньку Золотую Ручку, обсыпанную с головы до ног мукой, и эксцентричного, изнуренного режиссера, который требует еще десять минут жизни...
«Всё тут» – это воспоминания не только о спектаклях Дмитрия Крымова, но и о его родителях – театральном критике Наталье Крымовой и режиссере Анатолии Эфросе, чье 100-летие отмечали в июле. В этой части спектакля к актерскому дуэту Цыганова и Смольниковой присоединяются актриса Светлана Кузянина (она играет Наталью Крымову) и артистка музыкального театра Ольга Надеждина, которая пела во многих спектаклях Дмитрия Крымова. В сцене прощания с Нонной Скегиной – бессменным завлитом Анатолия Эфроса – голос певицы звучит а капелла и исполняет Miserere. Нонна Скегина, какой ее играет Мария Смольникова, – маленькая сильная женщина с непростым характером; уникальная личность, которая в то же время так похожа на всех помощников великих советских режиссеров; воплощение верности Театру и своему Мастеру. По просьбе Нонны Скегиной ее прах – в спектакле превратившийся в мерцающее золотое конфетти – развеяли над могилой Анатолия Эфроса.
Постановка «Всё тут» оказалась возможна благодаря продюсерской компании Ануки Алексидзе и Музею Бродского «Полторы комнаты». «Это спектакль про память. И про родителей. Важные темы и для Иосифа Бродского, и для Дмитрия Крымова. У Бродского есть эссе “Полторы комнаты”, у Крымова – серия работ с зеркалами. Да и этот спектакль вырос из посвящения отцу Дмитрия Анатольевича – Анатолию Эфросу. Бродский говорил, что память – это “единственное имеющееся в распоряжении человека средство, чтобы справляться со временем”. Дмитрий Анатольевич на одной из репетиций сказал, что “у каждого из нас есть свой контейнер”. И мы никогда не знаем, в какой момент оттуда вылезет какой-нибудь условный волк. Более того, воспоминания часто застигают нас врасплох в самых неожиданных местах. Поэтому пространством для “Всё тут” стала парковка торгового центра, - рассказал генпродюссер постановки Максим Левченко.
Когда спектакль начинается, быстро забываешь, что находишься не в театральном зале. Об этом не напоминают ни пальто, ни шарф, в который укутываешься, садясь на обычные стулья, а не в мягкие театральные кресла. Номера рядов и мест написаны простым черным маркером, а неподалеку развернута небольшая барахолка с личными вещами постановочной команды, милыми безделушками и мерчем спектакля. Во всем этом есть атмосфера уютной простоты и еще одно подтверждение того, что за настоящим театром зрители готовы приходить в самые неожиданные места, а сам театр можно творить на любых подмостках, если есть большое желание и талант.
Связана ли постановка «Всё тут» со спектаклем Дмитрия Крымова «Все тут»? Связана. «Всё тут» – это фрагменты памяти о том спектакле, выпущенном в 2020-м году в одном из столичных театров. «Через два года его сняли с репертуара, еще через три – декорации увезли на свалку, потому что незачем хранить декорации от спектакля, которого уже нет», – рассказывает со сцены Евгений Цыганов. Но нашелся человек, чьими стараниями декорации сохранились, и теперь находятся позади актера, в больших зеленых контейнерах, где белыми буквами выведено «Всё тут».
С началом спектакля декорации достают и монтируют прямо на глазах зрителей, пока артисты играют. Того, что находится «тут», в контейнерах (кроме декораций это костюмы и кое-какой реквизит), Цыганову и Смольниковой достаточно, чтобы перевоплощаться в героев крымовских спектаклей, от которых сейчас остались только воспоминания, и поделать с этим ничего нельзя. Актеры ныряют в эти вагончики памяти и переносят себя и нас на несколько лет назад, когда, кажется, и дышалось легче, и солнце светило ярче, и в театрах можно было увидеть Нину Заречную, разъезжающую между рядами зрительских кресел на огромном волке, Соньку Золотую Ручку, обсыпанную с головы до ног мукой, и эксцентричного, изнуренного режиссера, который требует еще десять минут жизни...«Всё тут» – это воспоминания не только о спектаклях Дмитрия Крымова, но и о его родителях – театральном критике Наталье Крымовой и режиссере Анатолии Эфросе, чье 100-летие отмечали в июле. В этой части спектакля к актерскому дуэту Цыганова и Смольниковой присоединяются актриса Светлана Кузянина (она играет Наталью Крымову) и артистка музыкального театра Ольга Надеждина, которая пела во многих спектаклях Дмитрия Крымова. В сцене прощания с Нонной Скегиной – бессменным завлитом Анатолия Эфроса – голос певицы звучит а капелла и исполняет Miserere. Нонна Скегина, какой ее играет Мария Смольникова, – маленькая сильная женщина с непростым характером; уникальная личность, которая в то же время так похожа на всех помощников великих советских режиссеров; воплощение верности Театру и своему Мастеру. По просьбе Нонны Скегиной ее прах – в спектакле превратившийся в мерцающее золотое конфетти – развеяли над могилой Анатолия Эфроса.
Постановка «Всё тут» оказалась возможна благодаря продюсерской компании Ануки Алексидзе и Музею Бродского «Полторы комнаты». «Это спектакль про память. И про родителей. Важные темы и для Иосифа Бродского, и для Дмитрия Крымова. У Бродского есть эссе “Полторы комнаты”, у Крымова – серия работ с зеркалами. Да и этот спектакль вырос из посвящения отцу Дмитрия Анатольевича – Анатолию Эфросу. Бродский говорил, что память – это “единственное имеющееся в распоряжении человека средство, чтобы справляться со временем”. Дмитрий Анатольевич на одной из репетиций сказал, что “у каждого из нас есть свой контейнер”. И мы никогда не знаем, в какой момент оттуда вылезет какой-нибудь условный волк. Более того, воспоминания часто застигают нас врасплох в самых неожиданных местах. Поэтому пространством для “Всё тут” стала парковка торгового центра, - рассказал генпродюссер постановки Максим Левченко.Когда спектакль начинается, быстро забываешь, что находишься не в театральном зале. Об этом не напоминают ни пальто, ни шарф, в который укутываешься, садясь на обычные стулья, а не в мягкие театральные кресла. Номера рядов и мест написаны простым черным маркером, а неподалеку развернута небольшая барахолка с личными вещами постановочной команды, милыми безделушками и мерчем спектакля. Во всем этом есть атмосфера уютной простоты и еще одно подтверждение того, что за настоящим театром зрители готовы приходить в самые неожиданные места, а сам театр можно творить на любых подмостках, если есть большое желание и талант.
