Сегодня, 25 марта, проходит церемония прощания с народной артисткой России Ларисой Ивановной Голубкиной. «Театрал» попросил коллег и друзей Ларисы Ивановны поделится воспоминаниями об актрисе.
Валентина Талызина, народная артистка России:
«В Театре Советской армии (ныне — Театр Российской армии) работал мой друг Федя Чеханков. Они дружили с Ларисой. Пели вместе, потому что тот и другой были очень музыкальны.
Я общалась с Ларисой, с Андреем <Мироновым> в их доме. Все было весело, очень здорово, очень хорошо. Лариса была очень открытым, добрым человеком. Добрым. Всегда была готова помочь. Она была в этом плане очень-очень симпатична. И она очень любила петь. Хорошо пела, не отказывая. Понимаете, она пела сразу с желанием. Только можно было у неё попросить, она сразу пела.
Валентина Талызина, народная артистка России:
«В Театре Советской армии (ныне — Театр Российской армии) работал мой друг Федя Чеханков. Они дружили с Ларисой. Пели вместе, потому что тот и другой были очень музыкальны.
Я общалась с Ларисой, с Андреем <Мироновым> в их доме. Все было весело, очень здорово, очень хорошо. Лариса была очень открытым, добрым человеком. Добрым. Всегда была готова помочь. Она была в этом плане очень-очень симпатична. И она очень любила петь. Хорошо пела, не отказывая. Понимаете, она пела сразу с желанием. Только можно было у неё попросить, она сразу пела.
Она была очень хорошей хозяйкой. Всегда был чистый дом, и всегда было очень вкусно.
Любила свой театр. Хорошо относилась и была очень благодарна Эльдару Александровичу Рязанову. Мы встречались на бытовом уровне. Никогда не встречались ни по работе, ни на съёмках. Она очень тяжело переживала уход Андрея <Миронова>. Но пережила».
Ольга Богданова, народная артистка России, актриса Театра Российской армии:
«Огромная потеря для нашего театра, огромная боль. Лариса Ивановна была очень щедро одарена природой, богом. Она была красавицей с большим талантом и огромным обаянием. И, конечно, это великолепный, очень выразительный, нежный голос. Кстати, голос не подвёл никогда. Голос не менялся никогда. И даже в последнее время, когда она реже играла спектакль «Заплатки», голос оставался чистым и прекрасным. И люди приходили, чтобы насладиться этим и классическим, и современным голосом. Удивительно и игриво она пела, как настоящая драматическая актриса и общалась со зрительным залом! Это было прекрасное пение, мне кажется, до последнего вздоха.
Она прожила очень яркую, интересную и, конечно, богатую событиями жизнь. Сколько бы много лет она ни работала в театре, она ничем себя не запятнала. Она была абсолютно безупречно воспитанной, никогда не повышала ни на кого голос, никого не обидела, ничего не отняла. Она была очень деликатным и хорошо воспитанным человеком. Но, конечно, не открытым. Её душа и личная жизнь остались её душой и её личной жизнью. И до последнего дня она никого лишнего туда не впустила точно. Её душа и личная жизнь остались её душой и её личной жизнью. И до последнего дня она никого лишнего туда не впустила точно. При этом, внешне была очень коммуникабельная, обаятельная, с прекрасной улыбкой и смехом. Я не думаю, что в театре кто-нибудь бы сказал: «Я хорошо её знал». Но, при этом, мы все её очень любили, уважали, восхищались её талантом и поведением. Для нас она была абсолютной эмблемой театра.
Я хорошо помню, когда только пришла в Театр Российской армии, как мои однокурсники спрашивали, где я работаю. И когда я отвечала, то все говорили: «Там, где Голубкина». Все безудержно знали Голубкину, потому что гремел фильм «Гусарская баллада». И Лариса Ивановна всегда говорила: «Это моя роль, моя путеводная звезда». Она очень ценила роль Шурочки Азаровой, своё искромётное начало. У Ларисы Ивановны было не так много ролей, но они были все значимы, значительны и интересны. Мы её запомним героической Шурочкой Азаровой на лихом, белом коне. Символом смелого, красивого, яркого, эффектного и, в то же время, русского и родного. Светлая память!»
