21 октября Театру им. Пушкина исполнится 75 лет. К юбилею худрук Евгений Писарев вместе с актером и молодым режиссером Александром Дмитриевым готовят большой праздничный вечер-спектакль «И будет театр!..», который планируют показать еще ни раз в этом сезоне. В интервью «Театралу» режиссеры рассказали, как идут репетиции, почему они работают вместе и чего ждать от масштабного юбилейного вечера, где задействуют всю труппу Пушкинского театра.
– Евгений Александрович, начать хотелось бы с вопроса вам. Праздничному спектаклю предшествовал проект «Пять вечеров в Театре Пушкина», который шел в течение 75-го сезона в Филиале. Это необычный способ отмечать юбилей почти весь театральный год. Расскажите, как вы придумали «Пять вечеров» и почему решили остановиться именно на таком формате?
Евгений Писарев: Юбилеи всегда связаны с торжествами, поздравлениями, званиями... Это все здорово и приятно, но мне захотелось провести наш праздник еще и с пользой. Чтобы молодежь, работающая сегодня в Театре Пушкина, и зрители могли вспомнить или узнать что-то о тех, кто на протяжении 75 лет создавал наш театр.
За эти годы у Театра Пушкина сменилось десять художественных руководителей. У каждого из них было свое видение того, как должен развиваться театр, поэтому в художественном смысле у нас очень пестрая история. Часто для больших художников Театр Пушкина был, как это ни печально признать, перевалочным пунктом. Многие замечательные артисты и режиссеры, успешно дебютировав здесь, в полной мере реализовывались уже в других театрах. Тем не менее все потратили на Пушкинский свои годы, свои силы. И в юбилейном спектакле мы постараемся вспомнить всех, хотя сейчас перечеркивать прошлое – обычное дело.
Моя позиция всегда была другой. Десять лет назад я сделал спектакль «Камерный театр. 100 лет», посвященный Таирову и Коонен. Он прозвучал и стал посвящением людям, благодаря которым и возник театр на Тверском бульваре. Но те, кто пришел после Таирова, в этом спектакле предстали в какой-то степени разрушителями. Сейчас захотелось взглянуть на историю и с другой стороны: ведь в Театр Пушкина пришли молодые художники – да, другого дарования и других художественных взглядов, нежели Таиров, – но это были искренние люди, и они тоже пытались работать. Им партия сказала, что нужно сохранить театр, и они старались.
У Театра Пушкина изначально не очень счастливая судьба: он возник на обломках Камерного театра. В некотором смысле это искусственно созданный театр. Те же Московский Художественный, «Современник» и Таганка выросли из компании единомышленников. «Пять вечеров» – наша попытка всерьез разобраться в многослойной истории Театра Пушкина. Почему у него, если не принимать во внимание мистическое проклятие Коонен, не складывалось успешной судьбы? Мне хотелось, чтобы этой исследовательской работой занялись не те, кто еще что-то помнит, а наши молодые артисты, которые застали только новейшую историю Театра Пушкина. Такая вот моя педагогическая задача.
– Режиссеров, которые ставили вечера, вы сами выбирали или они приходили с инициативой?
Евгений Писарев: Честно скажу, я сам назначал. Потому что для них имена Василия Ванина, Бориса Равенских, Бориса Морозова, Юрия Еремина и даже Романа Козака мало что значат, к сожалению. Я доверил все постановки из цикла «Пять вечеров в Театре Пушкина» молодым артистам, которые активно заняты в репертуаре – это и Саша Дмитриев, и Володя Зиберев, и Никита Пирожков, и Игорь Теплов. Мне хотелось, чтобы они – и мы вместе с ними – не были Иванами Непомнящими.
Наши молодые режиссеры очень увлеклись «Пятью вечерами», подошли к спектаклям творчески и проявили себя как очень талантливые авторы и постановщики. Я сразу им сказал, что это должна быть документальная фантастика. Они ничего не знали о людях, составивших историю Театра Пушкина, не видели их спектакли, поэтому вольны были нафантазировать их, основываясь на документах, придумать и оживить. И я рад, что это удалось.
– «И будет театр!..» – ваша совместная работа с Александром Дмитриевым, который до «Пяти вечеров» в режиссуре замечен не был. Почему решили работать не один и выбрали в соавторы Александра?
Евгений Писарев: Саша сделал два успешных вечера. Он сразу задал высокую планку, и мне стало интересно с ним поработать. Когда-то мне, человеку без режиссерского образования, тоже многое доверяли. После первого успешного спектакля Олег Павлович Табаков пригласил в Московский Художественный театр и дал карт-бланш. Он поверил в меня. Я этого никогда не забуду не только из-за огромной благодарности, но и потому что это был важный урок. Думаю, интуиция меня не обманывает, и у Саши есть режиссерский потенциал. Возможно, мое доверие придаст ему веры в себя как в режиссера. Он очень талантливый артист, интеллигентный и начитанный человек, но будучи очень скромным, себя не продвигает. Этим Саша напоминает мне меня. Если бы рядом со мной не оказалось людей, которые не просто в меня поверили, но и подтолкнули к активным действиям, я бы до сих пор ходил в ассистентах. Молодые артисты Театра Пушкина должны обретать вес и уверенность в себе, чтобы было на кого оставить театр. Я пока никуда не собираюсь, но человек предполагает, а Бог располагает.
– Александр, вы когда-нибудь рассматривали для себя режиссуру как профессию? Предполагали, что Евгений Александрович предложит вместе ставить спектакль?
Александр Дмитриев: Это было неожиданно, но я с радостью согласился! История Театра Пушкина благодаря «Пяти вечерам» стала близка мне, а режиссерская работа дала простор для абсолютной фантазии. Это хорошо сказалось на моем актерском существовании, в каком-то смысле освободило. У меня появилось еще одно средство выражения себя. Теперь я могу и здесь, и там быть самозванцем! В хорошем смысле слова.
Уже много лет в театре я занимаюсь капустниками, поэтому придумывать что-то, организовать – привычно для меня. Думаю, капустники сподвигли Евгения Александровича спровоцировать меня на более серьезные постановки. Еще у меня есть не очень хороший для артиста навык – я пытаюсь все понять рационально, а не чувственно. Многие намекали, что мне стоит задуматься о другой профессии, но я эти мысли отодвигал и пытался развивать в себе чувственное восприятие. Сейчас понимаю: здорово, когда работают оба уровня понимания.
– Расскажите, что войдет в большой юбилейный спектакль из «Пяти вечеров», а что будет совершенно новым?
Евгений Писарев: Сейчас сложно сказать… Конечно, войдут самые яркие и интересные актерские работы. Молодой артист Александр Кубанин, который не был знаком с одним из наших худруков и моим учителем Юрием Ереминым и не видел ни одного его спектакля, сыграл его так, что все были поражены. Артисты старшего поколения, как правило, не участвовали в «Пяти вечерах», но без них мы не обойдемся. Не обойдемся и без наших ведущих артистов – Виктории Исаковой, Александра Арсентьева, Александры Урсуляк и так далее. Наши замечательные народные артистки Вера Алентова и Тамара Лякина, которые работают в театре 60 и 65 лет соответственно, тоже примут участие в юбилейном вечере, в каком-то смысле сверяя наши фантазии с реальностью.
– В праздничном вечере будет больше фантазии или документальности?
Александр Дмитриев: Текст пьесы построен на документах. Мы с нашим прекрасным драматургом, завлитом Театра Пушкина, Анастасией Гайдуковой изучили много архивных материалов. Среди самых ценных «экспонатов» – стенограммы заседаний худсовета, который практически руководил театром в определенный период. В архиве сохранилось много публицистических текстов и рецензий, но о людях Театра Пушкина хочется рассказывать не кондово, а по-человечески: о чем они думали, в какой эпохе жили. Создавая юбилейный вечер, мы стремимся к тому, чтобы зритель на сцене увидел живых людей, поэтому фантазийного тоже будет немало.
– В каком пространстве развернется действие, которое охватывает несколько эпох? В чем будет масштабность постановки? Кто входит в постановочную команду?
Евгений Писарев: Я задумал юбилейный вечер как спектакль, который мы покажем не один раз, поэтому пригласил одного из самых талантливых и востребованных художников Максима Обрезкова сделать специальную декорацию. Он придумывает пространство Театра Пушкина в Театре Пушкина, а также занимается костюмами. Музыку пишет композитор Родион Аверьянов, с которым мы работали над спектаклем «Завтра была война» и многими другими.
Александр Дмитриев: Масштабность, прежде всего, в том, что на сцену выйдет вся труппа театра, потому что для каждого из нас этот спектакль важен. Но главным действующим лицом будет, конечно, сам театр. Мы хотим проследить его историю полностью – от Ванина до Писарева. Включим в действие отрывки из самых знаковых спектаклей – в том числе из постановки о молодости Сталина «Из искры», которой в 1950 году открылся театр, и спектакля «Деревья умирают стоя», где играла Фаина Раневская. Мало кто знает, но и молодой Высоцкий служил в Театре Пушкина. Хочется вписать в наш большой миф каждого, кто был частью этого театра.
– Александр, насколько я знаю, пока Евгений Александрович ставил спектакль в Питере, первый этап репетиций проводили вы. Расскажите, каково было работать со всей труппой?
Александр Дмитриев: Я не подозревал, что самое страшное в этой работе – составить расписание репетиций. Это просто ночной кошмар! Но артисты, как только их удается выхватить из плотного графика, очень творчески подходят к своим ролям, чувствуют особенность этого спектакля, что очень объединяет. Мне кажется, мы уже прониклись какими-то новыми смыслами, важными для нас сегодняшних.
– Какой период из истории Театра Пушкина наиболее интересен для каждого из вас?
Александр Дмитриев: Мне безумно нравится, как мыслил в начале пути Василий Ванин – режиссер, который реорганизовал театр. Он был поклонником Таирова и не хотел приходить на руины, поэтому по-человечески отнесся к таировским артистам, старался сохранить их в труппе нового театра. Удивительно, как жена Ванина, Ольга Викландт, встретившая в эвакуации в Чимкенте Михаила Названова и полюбившая его, сумела подружить двух своих мужей и вместе с ними создать удивительный заряд, на котором театр существовал еще долгое время, даже после смерти Ванина. Сама Викландт вообще была одной из звезд Театра Пушкина вплоть до 1990-х!
Эстетически мне ближе Юрий Еремин. Я был поражен, когда увидел его режиссерские эскизы. Их сохранилось мало, потому что Юрий Иванович был скрытным человеком. Он, например, придумал свою «Палату №6» так, что зрители на протяжении всего спектакля будто подглядывают за героями в небольшие щелочки в декорации. Эта постановка настолько современна, что если бы она вышла сейчас, то прозвучала бы намного громче, чем тогда, в 1990-е. Юрий Еремин совершенно точно опередил свое время, был удивительным, но непонятым новатором. Его одержимость театром меня заразила. Я мало что знал о Юрии Ивановиче, но когда мы начали собирать истории, которые легли в основу вечера о нем, увидел в этом человеке Творца с большой буквы.
Евгений Писарев: Мне интересен сегодняшний и завтрашний день Театра Пушкина. В «Пяти вечерах» мы коснулись всех периодов истории театра, кроме последних 15 лет, когда театром руковожу я, оценивать пока рано, и делать это должны не мы. Тем не менее, в нашем юбилейном спектакле и этому периоду найдется место.
– Мы увидим кого-то из артистов в роли Евгения Писарева?
Евгений Писарев: У моего сорежиссера Александра Дмитриева была идея, чтобы кто-то из артистов сыграл меня, как и девятерых моих предшественников. Но, пока я работаю в театре, на сцену в роли себя выйду сам!
– Вы оба заявлены режиссерами спектакля «И будет театр!..». Как строится ваша совместная работа?
Александр Дмитриев: Евгений Александрович дает очень точные советы, опускающие с небес на землю. Мы же порой придумываем то, что нереально воплотить на сцене. Евгений Александрович – наш камертон, если так можно сказать, с точки зрения вкуса и уместности фантазий. Я прекрасно себя ощущаю в сотрудничестве с ним.
Евгений Писарев: Мы с Сашей и драматургом Настей Гайдуковой все лето подробно прописывали сценарий того, что будет происходить. С Максимом Обрезковым работали над сценографией. Пока я в сентябре-октябре выпускал спектакль в Санкт-Петербурге, куда уехал после первой читки нашего вечера, Саша вел первый этап репетиций. Сейчас я рукой мастера что-то правлю, но в целом очень доволен тем, что получается. Правда, и волнуюсь очень, потому что делать юбилей театра не одноразовой акцией, а полноценным спектаклем – рискованная затея. Хочется, чтобы судьбы тех, кто работал в Театре Пушкина были интересны не только театралам, но и обычным зрителям.
– Евгений Александрович, со спектаклем к 100-летию Камерного театра вы какие-то параллели сейчас проводите? Накладывает ли успех того вечера на вас дополнительную ответственность?
Евгений Писарев: Отзвук столетия Камерного театра, который взял важную внутрицеховую ноту в театре, действительно существует, поэтому сейчас, рассказывая о людях из истории Театра Пушкина, я чувствую особую ответственность. Тогда что случилось? Тогда мы вернули на сцену на Тверском бульваре Коонен и Таирова. Сейчас стоит задача еще более сложная: оживить тех, кто был после Таирова и Коонен, и познакомить сегодняшних зрителей с ними. Все они – люди с очень интересными судьбами: и Василий Ванин, и его супруга Ольга Викландт, и ее второй муж Михаил Названов, и звезда советского театра и кино Борис Бабочкин, и выдающийся режиссер Борис Равенских, который значительно обновил Театр Пушкина и привел сюда замечательных артистов: Валерия Носика, Юрия Горобца, Алексея Локтева, Тамару Лякину, Веру Алентову, Нину Попову. После восьми успешных спектаклей Равенских пригласили в Малый театр, где у него не так счастливо сложилась судьба. Дальше годы застоя: Борис Толмазов, Алексей Говорухо и время, когда театром практически руководил худсовет. Потом появились Борис Морозов, Юрий Еремин, Роман Козак. Вот эта пестрая история, которую хочется сделать интересной, познавательной и про сегодняшний день, как получилось тогда с Камерным театром.
– Александр, а вы довольны тем, что получается на репетициях?
Александр Дмитриев: Меня поражает включенность всех актеров, их желание создать вместе что-то удивительное. Это просто детский восторг – люди приходят на репетиции и уже знают текст, опережают мои просьбы к ним. Когда мы выйдем на сцену и начнут поджимать сроки, все может поменяться, но в данный момент я счастлив, что все складывается, как надо.
– Как юбилейный спектакль будет жить дальше?
Евгений Писарев: Мы планируем сыграть его в день рождения Камерного театра 25 декабря, в День театра 27 марта и еще в какие-то знаковые даты.
– Кроме праздничного «И будет театр!..», чем завершится юбилейный год Театра Пушкина?
Евгений Писарев: Есть еще три важные вещи, которые мы не успеем сделать до 21 октября, но, надеюсь, их получится осуществить до конца этого года. Первое: выпустить книгу о Театре Пушкина. Готовясь к «Пяти вечерам», мы собрали много материалов, которые включим в иллюстрированный альбом об истории нашего театра.
Второе, самое главное, к чему мы идем вот уже 10 лет: установить памятник Таирову и Коонен рядом с театром. Все разрешения мы получили, а скульптор Филипп Трушин уже создал замечательный монумент.
Третье: сделать новую редакцию одного из первых спектаклей Театра Пушкина – легендарного «Аленького цветочка». Это наша «Синяя птица», которая давно нуждалась в капитальном ремонте. Сейчас идет очень дорогостоящая и кропотливая работа по восстановлению спектакля согласно эскизам 1950 года. Художники – Мария Рыбасова и Виктория Севрюкова. Премьеру представим в декабре, когда исполнится ровно 75 лет с первого показа «Аленького цветочка».
– Инсценировка будет новая?
Евгений Писарев: Нет. Мы вообще хотим сделать винтажный спектакль: со старыми-добрыми чудесами, светящимися красками, вылетающими из темноты кувшинами, рисованными задниками, писанными декорациями и черными людьми, которые работают как заправские кукольники. Так сейчас уже не ставят, но соревноваться с современными технологиями – тоже заранее проигранная история.
– Есть планы занять в обновленном «Аленьком цветочке» семерых артистов, которых приняли в труппу в этом сезоне?
Евгений Писарев: Да, конечно. Там будут заняты и они, и артисты среднего поколения: Александр Матросов занят в роли купца, Сергей Миллер в роли Бабы-Яги. Не буду открывать все тайны, но скажу, что по актерским силам хочется сделать спектакль не по остаточному принципу. Знаете, как обычно: в сказках играют те, кто мало занят в основном репертуаре. Совсем нет! У нас будут ведущие артисты, которые чему-то научат молодых. Когда я только пришел в Театр Пушкина, сам играл Кикимору в «Аленьком цветочке».
– Через этот спектакль, кажется, прошли почти все артисты Театра Пушкина.
Евгений Писарев: Да. Этот спектакль внесен в Книгу рекордов России и идет в репертуаре уже 75 лет. В нем играли и Вера Алентова, и Инна Кара-Моско. Все наши народные и заслуженные через «Аленький цветочек» проходили!
– Евгений Александрович, начать хотелось бы с вопроса вам. Праздничному спектаклю предшествовал проект «Пять вечеров в Театре Пушкина», который шел в течение 75-го сезона в Филиале. Это необычный способ отмечать юбилей почти весь театральный год. Расскажите, как вы придумали «Пять вечеров» и почему решили остановиться именно на таком формате?
Евгений Писарев: Юбилеи всегда связаны с торжествами, поздравлениями, званиями... Это все здорово и приятно, но мне захотелось провести наш праздник еще и с пользой. Чтобы молодежь, работающая сегодня в Театре Пушкина, и зрители могли вспомнить или узнать что-то о тех, кто на протяжении 75 лет создавал наш театр.
За эти годы у Театра Пушкина сменилось десять художественных руководителей. У каждого из них было свое видение того, как должен развиваться театр, поэтому в художественном смысле у нас очень пестрая история. Часто для больших художников Театр Пушкина был, как это ни печально признать, перевалочным пунктом. Многие замечательные артисты и режиссеры, успешно дебютировав здесь, в полной мере реализовывались уже в других театрах. Тем не менее все потратили на Пушкинский свои годы, свои силы. И в юбилейном спектакле мы постараемся вспомнить всех, хотя сейчас перечеркивать прошлое – обычное дело.
Моя позиция всегда была другой. Десять лет назад я сделал спектакль «Камерный театр. 100 лет», посвященный Таирову и Коонен. Он прозвучал и стал посвящением людям, благодаря которым и возник театр на Тверском бульваре. Но те, кто пришел после Таирова, в этом спектакле предстали в какой-то степени разрушителями. Сейчас захотелось взглянуть на историю и с другой стороны: ведь в Театр Пушкина пришли молодые художники – да, другого дарования и других художественных взглядов, нежели Таиров, – но это были искренние люди, и они тоже пытались работать. Им партия сказала, что нужно сохранить театр, и они старались.
У Театра Пушкина изначально не очень счастливая судьба: он возник на обломках Камерного театра. В некотором смысле это искусственно созданный театр. Те же Московский Художественный, «Современник» и Таганка выросли из компании единомышленников. «Пять вечеров» – наша попытка всерьез разобраться в многослойной истории Театра Пушкина. Почему у него, если не принимать во внимание мистическое проклятие Коонен, не складывалось успешной судьбы? Мне хотелось, чтобы этой исследовательской работой занялись не те, кто еще что-то помнит, а наши молодые артисты, которые застали только новейшую историю Театра Пушкина. Такая вот моя педагогическая задача.
– Режиссеров, которые ставили вечера, вы сами выбирали или они приходили с инициативой? Евгений Писарев: Честно скажу, я сам назначал. Потому что для них имена Василия Ванина, Бориса Равенских, Бориса Морозова, Юрия Еремина и даже Романа Козака мало что значат, к сожалению. Я доверил все постановки из цикла «Пять вечеров в Театре Пушкина» молодым артистам, которые активно заняты в репертуаре – это и Саша Дмитриев, и Володя Зиберев, и Никита Пирожков, и Игорь Теплов. Мне хотелось, чтобы они – и мы вместе с ними – не были Иванами Непомнящими.
Наши молодые режиссеры очень увлеклись «Пятью вечерами», подошли к спектаклям творчески и проявили себя как очень талантливые авторы и постановщики. Я сразу им сказал, что это должна быть документальная фантастика. Они ничего не знали о людях, составивших историю Театра Пушкина, не видели их спектакли, поэтому вольны были нафантазировать их, основываясь на документах, придумать и оживить. И я рад, что это удалось.
– «И будет театр!..» – ваша совместная работа с Александром Дмитриевым, который до «Пяти вечеров» в режиссуре замечен не был. Почему решили работать не один и выбрали в соавторы Александра?
Евгений Писарев: Саша сделал два успешных вечера. Он сразу задал высокую планку, и мне стало интересно с ним поработать. Когда-то мне, человеку без режиссерского образования, тоже многое доверяли. После первого успешного спектакля Олег Павлович Табаков пригласил в Московский Художественный театр и дал карт-бланш. Он поверил в меня. Я этого никогда не забуду не только из-за огромной благодарности, но и потому что это был важный урок. Думаю, интуиция меня не обманывает, и у Саши есть режиссерский потенциал. Возможно, мое доверие придаст ему веры в себя как в режиссера. Он очень талантливый артист, интеллигентный и начитанный человек, но будучи очень скромным, себя не продвигает. Этим Саша напоминает мне меня. Если бы рядом со мной не оказалось людей, которые не просто в меня поверили, но и подтолкнули к активным действиям, я бы до сих пор ходил в ассистентах. Молодые артисты Театра Пушкина должны обретать вес и уверенность в себе, чтобы было на кого оставить театр. Я пока никуда не собираюсь, но человек предполагает, а Бог располагает.
– Александр, вы когда-нибудь рассматривали для себя режиссуру как профессию? Предполагали, что Евгений Александрович предложит вместе ставить спектакль?
Александр Дмитриев: Это было неожиданно, но я с радостью согласился! История Театра Пушкина благодаря «Пяти вечерам» стала близка мне, а режиссерская работа дала простор для абсолютной фантазии. Это хорошо сказалось на моем актерском существовании, в каком-то смысле освободило. У меня появилось еще одно средство выражения себя. Теперь я могу и здесь, и там быть самозванцем! В хорошем смысле слова.
Уже много лет в театре я занимаюсь капустниками, поэтому придумывать что-то, организовать – привычно для меня. Думаю, капустники сподвигли Евгения Александровича спровоцировать меня на более серьезные постановки. Еще у меня есть не очень хороший для артиста навык – я пытаюсь все понять рационально, а не чувственно. Многие намекали, что мне стоит задуматься о другой профессии, но я эти мысли отодвигал и пытался развивать в себе чувственное восприятие. Сейчас понимаю: здорово, когда работают оба уровня понимания.
– Расскажите, что войдет в большой юбилейный спектакль из «Пяти вечеров», а что будет совершенно новым? Евгений Писарев: Сейчас сложно сказать… Конечно, войдут самые яркие и интересные актерские работы. Молодой артист Александр Кубанин, который не был знаком с одним из наших худруков и моим учителем Юрием Ереминым и не видел ни одного его спектакля, сыграл его так, что все были поражены. Артисты старшего поколения, как правило, не участвовали в «Пяти вечерах», но без них мы не обойдемся. Не обойдемся и без наших ведущих артистов – Виктории Исаковой, Александра Арсентьева, Александры Урсуляк и так далее. Наши замечательные народные артистки Вера Алентова и Тамара Лякина, которые работают в театре 60 и 65 лет соответственно, тоже примут участие в юбилейном вечере, в каком-то смысле сверяя наши фантазии с реальностью.
– В праздничном вечере будет больше фантазии или документальности?
Александр Дмитриев: Текст пьесы построен на документах. Мы с нашим прекрасным драматургом, завлитом Театра Пушкина, Анастасией Гайдуковой изучили много архивных материалов. Среди самых ценных «экспонатов» – стенограммы заседаний худсовета, который практически руководил театром в определенный период. В архиве сохранилось много публицистических текстов и рецензий, но о людях Театра Пушкина хочется рассказывать не кондово, а по-человечески: о чем они думали, в какой эпохе жили. Создавая юбилейный вечер, мы стремимся к тому, чтобы зритель на сцене увидел живых людей, поэтому фантазийного тоже будет немало.
– В каком пространстве развернется действие, которое охватывает несколько эпох? В чем будет масштабность постановки? Кто входит в постановочную команду?Евгений Писарев: Я задумал юбилейный вечер как спектакль, который мы покажем не один раз, поэтому пригласил одного из самых талантливых и востребованных художников Максима Обрезкова сделать специальную декорацию. Он придумывает пространство Театра Пушкина в Театре Пушкина, а также занимается костюмами. Музыку пишет композитор Родион Аверьянов, с которым мы работали над спектаклем «Завтра была война» и многими другими.
Александр Дмитриев: Масштабность, прежде всего, в том, что на сцену выйдет вся труппа театра, потому что для каждого из нас этот спектакль важен. Но главным действующим лицом будет, конечно, сам театр. Мы хотим проследить его историю полностью – от Ванина до Писарева. Включим в действие отрывки из самых знаковых спектаклей – в том числе из постановки о молодости Сталина «Из искры», которой в 1950 году открылся театр, и спектакля «Деревья умирают стоя», где играла Фаина Раневская. Мало кто знает, но и молодой Высоцкий служил в Театре Пушкина. Хочется вписать в наш большой миф каждого, кто был частью этого театра.
– Александр, насколько я знаю, пока Евгений Александрович ставил спектакль в Питере, первый этап репетиций проводили вы. Расскажите, каково было работать со всей труппой? Александр Дмитриев: Я не подозревал, что самое страшное в этой работе – составить расписание репетиций. Это просто ночной кошмар! Но артисты, как только их удается выхватить из плотного графика, очень творчески подходят к своим ролям, чувствуют особенность этого спектакля, что очень объединяет. Мне кажется, мы уже прониклись какими-то новыми смыслами, важными для нас сегодняшних.
– Какой период из истории Театра Пушкина наиболее интересен для каждого из вас?
Александр Дмитриев: Мне безумно нравится, как мыслил в начале пути Василий Ванин – режиссер, который реорганизовал театр. Он был поклонником Таирова и не хотел приходить на руины, поэтому по-человечески отнесся к таировским артистам, старался сохранить их в труппе нового театра. Удивительно, как жена Ванина, Ольга Викландт, встретившая в эвакуации в Чимкенте Михаила Названова и полюбившая его, сумела подружить двух своих мужей и вместе с ними создать удивительный заряд, на котором театр существовал еще долгое время, даже после смерти Ванина. Сама Викландт вообще была одной из звезд Театра Пушкина вплоть до 1990-х!
Эстетически мне ближе Юрий Еремин. Я был поражен, когда увидел его режиссерские эскизы. Их сохранилось мало, потому что Юрий Иванович был скрытным человеком. Он, например, придумал свою «Палату №6» так, что зрители на протяжении всего спектакля будто подглядывают за героями в небольшие щелочки в декорации. Эта постановка настолько современна, что если бы она вышла сейчас, то прозвучала бы намного громче, чем тогда, в 1990-е. Юрий Еремин совершенно точно опередил свое время, был удивительным, но непонятым новатором. Его одержимость театром меня заразила. Я мало что знал о Юрии Ивановиче, но когда мы начали собирать истории, которые легли в основу вечера о нем, увидел в этом человеке Творца с большой буквы.
Евгений Писарев: Мне интересен сегодняшний и завтрашний день Театра Пушкина. В «Пяти вечерах» мы коснулись всех периодов истории театра, кроме последних 15 лет, когда театром руковожу я, оценивать пока рано, и делать это должны не мы. Тем не менее, в нашем юбилейном спектакле и этому периоду найдется место.
– Мы увидим кого-то из артистов в роли Евгения Писарева?
Евгений Писарев: У моего сорежиссера Александра Дмитриева была идея, чтобы кто-то из артистов сыграл меня, как и девятерых моих предшественников. Но, пока я работаю в театре, на сцену в роли себя выйду сам!
– Вы оба заявлены режиссерами спектакля «И будет театр!..». Как строится ваша совместная работа?
Александр Дмитриев: Евгений Александрович дает очень точные советы, опускающие с небес на землю. Мы же порой придумываем то, что нереально воплотить на сцене. Евгений Александрович – наш камертон, если так можно сказать, с точки зрения вкуса и уместности фантазий. Я прекрасно себя ощущаю в сотрудничестве с ним.
Евгений Писарев: Мы с Сашей и драматургом Настей Гайдуковой все лето подробно прописывали сценарий того, что будет происходить. С Максимом Обрезковым работали над сценографией. Пока я в сентябре-октябре выпускал спектакль в Санкт-Петербурге, куда уехал после первой читки нашего вечера, Саша вел первый этап репетиций. Сейчас я рукой мастера что-то правлю, но в целом очень доволен тем, что получается. Правда, и волнуюсь очень, потому что делать юбилей театра не одноразовой акцией, а полноценным спектаклем – рискованная затея. Хочется, чтобы судьбы тех, кто работал в Театре Пушкина были интересны не только театралам, но и обычным зрителям.
– Евгений Александрович, со спектаклем к 100-летию Камерного театра вы какие-то параллели сейчас проводите? Накладывает ли успех того вечера на вас дополнительную ответственность?Евгений Писарев: Отзвук столетия Камерного театра, который взял важную внутрицеховую ноту в театре, действительно существует, поэтому сейчас, рассказывая о людях из истории Театра Пушкина, я чувствую особую ответственность. Тогда что случилось? Тогда мы вернули на сцену на Тверском бульваре Коонен и Таирова. Сейчас стоит задача еще более сложная: оживить тех, кто был после Таирова и Коонен, и познакомить сегодняшних зрителей с ними. Все они – люди с очень интересными судьбами: и Василий Ванин, и его супруга Ольга Викландт, и ее второй муж Михаил Названов, и звезда советского театра и кино Борис Бабочкин, и выдающийся режиссер Борис Равенских, который значительно обновил Театр Пушкина и привел сюда замечательных артистов: Валерия Носика, Юрия Горобца, Алексея Локтева, Тамару Лякину, Веру Алентову, Нину Попову. После восьми успешных спектаклей Равенских пригласили в Малый театр, где у него не так счастливо сложилась судьба. Дальше годы застоя: Борис Толмазов, Алексей Говорухо и время, когда театром практически руководил худсовет. Потом появились Борис Морозов, Юрий Еремин, Роман Козак. Вот эта пестрая история, которую хочется сделать интересной, познавательной и про сегодняшний день, как получилось тогда с Камерным театром.
– Александр, а вы довольны тем, что получается на репетициях?
Александр Дмитриев: Меня поражает включенность всех актеров, их желание создать вместе что-то удивительное. Это просто детский восторг – люди приходят на репетиции и уже знают текст, опережают мои просьбы к ним. Когда мы выйдем на сцену и начнут поджимать сроки, все может поменяться, но в данный момент я счастлив, что все складывается, как надо.
– Как юбилейный спектакль будет жить дальше?
Евгений Писарев: Мы планируем сыграть его в день рождения Камерного театра 25 декабря, в День театра 27 марта и еще в какие-то знаковые даты.
– Кроме праздничного «И будет театр!..», чем завершится юбилейный год Театра Пушкина?
Евгений Писарев: Есть еще три важные вещи, которые мы не успеем сделать до 21 октября, но, надеюсь, их получится осуществить до конца этого года. Первое: выпустить книгу о Театре Пушкина. Готовясь к «Пяти вечерам», мы собрали много материалов, которые включим в иллюстрированный альбом об истории нашего театра.
Второе, самое главное, к чему мы идем вот уже 10 лет: установить памятник Таирову и Коонен рядом с театром. Все разрешения мы получили, а скульптор Филипп Трушин уже создал замечательный монумент.
Третье: сделать новую редакцию одного из первых спектаклей Театра Пушкина – легендарного «Аленького цветочка». Это наша «Синяя птица», которая давно нуждалась в капитальном ремонте. Сейчас идет очень дорогостоящая и кропотливая работа по восстановлению спектакля согласно эскизам 1950 года. Художники – Мария Рыбасова и Виктория Севрюкова. Премьеру представим в декабре, когда исполнится ровно 75 лет с первого показа «Аленького цветочка».
– Инсценировка будет новая?
Евгений Писарев: Нет. Мы вообще хотим сделать винтажный спектакль: со старыми-добрыми чудесами, светящимися красками, вылетающими из темноты кувшинами, рисованными задниками, писанными декорациями и черными людьми, которые работают как заправские кукольники. Так сейчас уже не ставят, но соревноваться с современными технологиями – тоже заранее проигранная история.
– Есть планы занять в обновленном «Аленьком цветочке» семерых артистов, которых приняли в труппу в этом сезоне? Евгений Писарев: Да, конечно. Там будут заняты и они, и артисты среднего поколения: Александр Матросов занят в роли купца, Сергей Миллер в роли Бабы-Яги. Не буду открывать все тайны, но скажу, что по актерским силам хочется сделать спектакль не по остаточному принципу. Знаете, как обычно: в сказках играют те, кто мало занят в основном репертуаре. Совсем нет! У нас будут ведущие артисты, которые чему-то научат молодых. Когда я только пришел в Театр Пушкина, сам играл Кикимору в «Аленьком цветочке».
– Через этот спектакль, кажется, прошли почти все артисты Театра Пушкина.
Евгений Писарев: Да. Этот спектакль внесен в Книгу рекордов России и идет в репертуаре уже 75 лет. В нем играли и Вера Алентова, и Инна Кара-Моско. Все наши народные и заслуженные через «Аленький цветочек» проходили!
