В самое темное время года – самое время «согреваться» театром в компании с детьми. Рассказываем про две ноябрьские премьеры, где есть осеннее настроение и есть свой способ спастись от хандры: во МТЮЗе – это «парк развлечений», а в «Практике» – «великий театр» маленькой страны.
«Парк развлечений имени Фокса Микки», МТЮЗ
«Дневник фокса Микки» Саша Черный написал в эмиграции, в конце в 1920-х. «До страсти хотелось сбежать (из России), но потом, конечно, вернуться», как он признавался. И «философский пароход» проступает в пространстве спектакля – угадывается в контурах «парка развлечений», легкой и воздушной конструкции с лесенками, площадками и то ли большим «гребным колесом», то ли «колесом обозрения». Напоминает о пути с билетом в один конец. За маской Микки – «первой собаки, умеющей писать» и даже сочинять собачьи стихи – прячется сам поэт, по-детски наивный и не по-детски рассудительный, одновременно мальчишка и взрослый.
Отчасти поэтому в постановке Юлии Беляевой – два фокстерьера: совсем юный Микки (Александр Скрыпников) и доживающий последние дни мистер Фокс (Илья Созыкин). Первый – очень подвижный и деятельный, артист и антрепренёр в одном лице: ему не терпится начать представление, которым откроется Фоксенбад, дернуть рубильник, чтобы пустой и тёмный парк развлечений засветился «жизнерадостными» лампочками. Но второй не спешит. Он по-стариковски кутается в желтый клетчатый плед, потому что в последнее время хочет только одного – спать, спать и спать. Мистер Фокс «с осенью в сердце» уже давно – один на один с пустотой дома, откуда уехали все. Но главная потеря – это Зина, маленькая хозяйка, которая «больше похожа на фокса, чем на девочку: визжит, прыгает, ловит руками мяч (ртом она не умеет) и грызёт сахар, совсем как собачонка». Уехала – и забыла Микки. А он – «одинокий, несчастный, холодный и голодный» – помнит до сих пор.
И весь спектакль – это ревизия памяти, «перемотка» пройденного пути длинной в недолгую собачью жизнь, возвращение туда, где Зина потерялась – и всё-таки нашлась, а Фосксенбад – это реконструкция «собачьего счастья». Правда, юмор и смех, игра слов, которыми переполнена книга Саши Черного, здесь уступают место очень трогательному прощанию с тем, что неизбежно уходит, заканчивается. И оно, это расставание навсегда – совсем другое по тону, замешенному на грусти и бесконечной нежности к маленькому человеку и большому другу, которого, конечно же, никто не может заменить. Ну, разве что напомнить – птичка (Полина Кугушева) в белом летнем костюмчике, совсем как у Зины тогда – на море…не дает сидеть на месте.
Оглянуться назад, на «потерянный рай», и в последний раз увидеть то, что было самым важным, мистеру Фоксу помогают бульдог Джон-Джон, похожий на английского мальчика в подтяжках и кепке-хулиганке (Дмитрий Агафонов), болонка с розовыми кудряшками и кукольной красотой (Ольга Гапоненко), такса с манерами и шармом старой аристократки (Арина Нестерова), пудель Альфред (Евгений Кутянин), который тут быстро заделается кинорежиссером – и кошка, умеющая петь и танцевать ничуть не хуже артисток с Бродвея (Алла Онофер). Эта команда протестирует мечты Микки о «собачьем синематографе» и затеет съемки фильма с его участием: молодой фокс будет задействован как исполнитель главной роли, а пожилой – как сценарист.
История, основанная на реальных событиях (точнее – на записи в дневнике «Как я заблудился»), снимается, что называется, с колёс. У немого кино заимствуется эксцентрика, у бродвейских мюзиклов – танцевальные и вокальные номера, а блеск исполнения – у кабаре 20-х. Это и станет главным аттракционом Парка развлечений имени Фокса Микки. Каждый дубль, каждый эпизод будет сыгран в своей манере и в круговерти актерского озорства – раскрутит и детскую, и взрослую часть зала на смех, включит «иллюминацию» ярких эмоций, а мистера Фокса «расшевелит» и заставит помолодеть. В цилиндре и фраке, с тростью и легкой походкой, он уже почти не отличим от Микки, весёлого, «беззаботного и беспечного». Даже потеряв дом, потеряв Зину, он не падает духом и находит выход. Потому что «фоксы никогда не сдаются» и, если прощаются, то светло.
Когда: 1, 15, 22 декабря
«Простодурсен и великий приречный театр», театр «Практика»
Михаил Плутахин, актер и режиссер Мастерской Брусникина, создатель Театра предмета, сочинил спектакль по бестселлеру современного норвежского писателя «Простодурсен» – по-скандинавски аскетичный, по-детски озорной и по-актерски отвязный. Герои Руне Белсвика – существа необычные, похожие, скорее, на духов природы, чем на детей. Хотя очень любят есть коврижки и «засахаренные понарошки», кидать «бульки» в воду и дышать на лёд, чтобы «продышать в нем дырку». Эти жители маленькой Приречной страны вообще-то умеют видеть глубину в самых обыкновенных моментах жизни и находить счастье в мелочах. Но осень вывела их из строя.
Холод выгнал маму-утку на юг – за границу она полетела в надутом, как воздушный шар, костюме, а утенка с бесконечными «почему» оставила на попечение «сдувшегося» Простодурсена. Вся эта ноябрьская хмарь и непогода нон-стоп сделала его капризным (если не нытиком, то около того) и заразила типично русской хандрой. Сдобсен недалеко ушёл: стал несговорчивым, раздражительным. Ковригсен ещё держится и на волне осенней меланхолии пробует сочинять стихи (при самом активном участии маленьких зрителей, между прочим). Но спасти ситуацию может только «великий театр»! Октава убеждена, что это единственный способ взбодриться и не падать духом, «согреть душу и сердце». Ну что еще нужно в самое темное время года?
Эта артистичная особа с пушистым хвостом, как у лисы, красивым голосом и большой фантазией берется за дело как режиссер, театральный менеджер, актриса и костюмер в одном лице. Плащи-накидки, маски, короны (из бумаги – для принца с принцессой, из веточек – для короля) готовы, осталось только распределить роли. Но тут начинаются проблемы, которые и не снились самому опытному кастинг-директору. На главную женскую роль и платье с белыми колготками дылда Сдобсен ну никак не согласен – ему бы пацана сыграть, он же всегда мечтал прославиться, а тут… ведьмы и принцессы-лягушки. Никаких вариантов. Хотя нет… один все-таки есть – дуракаваляние, или «поиски блаженного идиотизма». И после всех препирательств, сыгранных в духе наивной клоунады, пятерка дебютантов все-таки выйдет на сцену, перед одним-единственным зрителем, споет пять «почти хитов» (один дурашливее и забавнее другого) и убедится на все сто, что театр – это не скучно. Даже если у артистов есть только коврик – с рекой крупной вязки – и ширмы, как будто из мятой бумаги с карандашными рисунками, точнее – иллюстрациями из книг про Простодурсена издательства «Самокат».
Детей эта командная работа приглашает присоединиться к игре, а взрослым напоминает, что надо поменьше суетиться, хандрить и побольше ценить моменты, когда можно найти в себе ребенка. В каждом из обитателей Приречной страны он совершенно точно есть – и как раз в «великом театре» не прячется, а активно себя проявляет. Причем все здесь забывают про «интровертную уязвимость» и собственную незначительность – эти переживания, свойственные героям Руне Белсвика, стоят на паузе. А сами они начинают отдавать друг другу «тепло», понимают, что хотят быть вместе, и, действительно, согреваются сердцем – всё, как обещала Октава.
Кстати, по версии норвежского Института детской книги, истории о Простодурсене ничуть не уступают лучшим образцам скандинавской литературы для детей, а потому, как и муми-тролли, включены в «Золотую детскую библиотеку» (то есть рекомендованы школам и детским садам). В театре «Практика» это уже второй спектакль Мастерской Брусникина по книге Руне Белсвика, на этот раз осенней (а есть еще зимняя, весенняя, летняя). В общем, продолжение следует…
Когда: 14 декабря
«Парк развлечений имени Фокса Микки», МТЮЗ«Дневник фокса Микки» Саша Черный написал в эмиграции, в конце в 1920-х. «До страсти хотелось сбежать (из России), но потом, конечно, вернуться», как он признавался. И «философский пароход» проступает в пространстве спектакля – угадывается в контурах «парка развлечений», легкой и воздушной конструкции с лесенками, площадками и то ли большим «гребным колесом», то ли «колесом обозрения». Напоминает о пути с билетом в один конец. За маской Микки – «первой собаки, умеющей писать» и даже сочинять собачьи стихи – прячется сам поэт, по-детски наивный и не по-детски рассудительный, одновременно мальчишка и взрослый.
Отчасти поэтому в постановке Юлии Беляевой – два фокстерьера: совсем юный Микки (Александр Скрыпников) и доживающий последние дни мистер Фокс (Илья Созыкин). Первый – очень подвижный и деятельный, артист и антрепренёр в одном лице: ему не терпится начать представление, которым откроется Фоксенбад, дернуть рубильник, чтобы пустой и тёмный парк развлечений засветился «жизнерадостными» лампочками. Но второй не спешит. Он по-стариковски кутается в желтый клетчатый плед, потому что в последнее время хочет только одного – спать, спать и спать. Мистер Фокс «с осенью в сердце» уже давно – один на один с пустотой дома, откуда уехали все. Но главная потеря – это Зина, маленькая хозяйка, которая «больше похожа на фокса, чем на девочку: визжит, прыгает, ловит руками мяч (ртом она не умеет) и грызёт сахар, совсем как собачонка». Уехала – и забыла Микки. А он – «одинокий, несчастный, холодный и голодный» – помнит до сих пор.
И весь спектакль – это ревизия памяти, «перемотка» пройденного пути длинной в недолгую собачью жизнь, возвращение туда, где Зина потерялась – и всё-таки нашлась, а Фосксенбад – это реконструкция «собачьего счастья». Правда, юмор и смех, игра слов, которыми переполнена книга Саши Черного, здесь уступают место очень трогательному прощанию с тем, что неизбежно уходит, заканчивается. И оно, это расставание навсегда – совсем другое по тону, замешенному на грусти и бесконечной нежности к маленькому человеку и большому другу, которого, конечно же, никто не может заменить. Ну, разве что напомнить – птичка (Полина Кугушева) в белом летнем костюмчике, совсем как у Зины тогда – на море…не дает сидеть на месте.
Оглянуться назад, на «потерянный рай», и в последний раз увидеть то, что было самым важным, мистеру Фоксу помогают бульдог Джон-Джон, похожий на английского мальчика в подтяжках и кепке-хулиганке (Дмитрий Агафонов), болонка с розовыми кудряшками и кукольной красотой (Ольга Гапоненко), такса с манерами и шармом старой аристократки (Арина Нестерова), пудель Альфред (Евгений Кутянин), который тут быстро заделается кинорежиссером – и кошка, умеющая петь и танцевать ничуть не хуже артисток с Бродвея (Алла Онофер). Эта команда протестирует мечты Микки о «собачьем синематографе» и затеет съемки фильма с его участием: молодой фокс будет задействован как исполнитель главной роли, а пожилой – как сценарист. История, основанная на реальных событиях (точнее – на записи в дневнике «Как я заблудился»), снимается, что называется, с колёс. У немого кино заимствуется эксцентрика, у бродвейских мюзиклов – танцевальные и вокальные номера, а блеск исполнения – у кабаре 20-х. Это и станет главным аттракционом Парка развлечений имени Фокса Микки. Каждый дубль, каждый эпизод будет сыгран в своей манере и в круговерти актерского озорства – раскрутит и детскую, и взрослую часть зала на смех, включит «иллюминацию» ярких эмоций, а мистера Фокса «расшевелит» и заставит помолодеть. В цилиндре и фраке, с тростью и легкой походкой, он уже почти не отличим от Микки, весёлого, «беззаботного и беспечного». Даже потеряв дом, потеряв Зину, он не падает духом и находит выход. Потому что «фоксы никогда не сдаются» и, если прощаются, то светло.
Когда: 1, 15, 22 декабря
«Простодурсен и великий приречный театр», театр «Практика»Михаил Плутахин, актер и режиссер Мастерской Брусникина, создатель Театра предмета, сочинил спектакль по бестселлеру современного норвежского писателя «Простодурсен» – по-скандинавски аскетичный, по-детски озорной и по-актерски отвязный. Герои Руне Белсвика – существа необычные, похожие, скорее, на духов природы, чем на детей. Хотя очень любят есть коврижки и «засахаренные понарошки», кидать «бульки» в воду и дышать на лёд, чтобы «продышать в нем дырку». Эти жители маленькой Приречной страны вообще-то умеют видеть глубину в самых обыкновенных моментах жизни и находить счастье в мелочах. Но осень вывела их из строя.
Холод выгнал маму-утку на юг – за границу она полетела в надутом, как воздушный шар, костюме, а утенка с бесконечными «почему» оставила на попечение «сдувшегося» Простодурсена. Вся эта ноябрьская хмарь и непогода нон-стоп сделала его капризным (если не нытиком, то около того) и заразила типично русской хандрой. Сдобсен недалеко ушёл: стал несговорчивым, раздражительным. Ковригсен ещё держится и на волне осенней меланхолии пробует сочинять стихи (при самом активном участии маленьких зрителей, между прочим). Но спасти ситуацию может только «великий театр»! Октава убеждена, что это единственный способ взбодриться и не падать духом, «согреть душу и сердце». Ну что еще нужно в самое темное время года?
Эта артистичная особа с пушистым хвостом, как у лисы, красивым голосом и большой фантазией берется за дело как режиссер, театральный менеджер, актриса и костюмер в одном лице. Плащи-накидки, маски, короны (из бумаги – для принца с принцессой, из веточек – для короля) готовы, осталось только распределить роли. Но тут начинаются проблемы, которые и не снились самому опытному кастинг-директору. На главную женскую роль и платье с белыми колготками дылда Сдобсен ну никак не согласен – ему бы пацана сыграть, он же всегда мечтал прославиться, а тут… ведьмы и принцессы-лягушки. Никаких вариантов. Хотя нет… один все-таки есть – дуракаваляние, или «поиски блаженного идиотизма». И после всех препирательств, сыгранных в духе наивной клоунады, пятерка дебютантов все-таки выйдет на сцену, перед одним-единственным зрителем, споет пять «почти хитов» (один дурашливее и забавнее другого) и убедится на все сто, что театр – это не скучно. Даже если у артистов есть только коврик – с рекой крупной вязки – и ширмы, как будто из мятой бумаги с карандашными рисунками, точнее – иллюстрациями из книг про Простодурсена издательства «Самокат».
Детей эта командная работа приглашает присоединиться к игре, а взрослым напоминает, что надо поменьше суетиться, хандрить и побольше ценить моменты, когда можно найти в себе ребенка. В каждом из обитателей Приречной страны он совершенно точно есть – и как раз в «великом театре» не прячется, а активно себя проявляет. Причем все здесь забывают про «интровертную уязвимость» и собственную незначительность – эти переживания, свойственные героям Руне Белсвика, стоят на паузе. А сами они начинают отдавать друг другу «тепло», понимают, что хотят быть вместе, и, действительно, согреваются сердцем – всё, как обещала Октава. Кстати, по версии норвежского Института детской книги, истории о Простодурсене ничуть не уступают лучшим образцам скандинавской литературы для детей, а потому, как и муми-тролли, включены в «Золотую детскую библиотеку» (то есть рекомендованы школам и детским садам). В театре «Практика» это уже второй спектакль Мастерской Брусникина по книге Руне Белсвика, на этот раз осенней (а есть еще зимняя, весенняя, летняя). В общем, продолжение следует…
Когда: 14 декабря
