В его облике есть что-то мистическое, в голосе нечто завораживающее, во взгляде – магическое. Он играет без грима, но его герои настолько разные, что трудно поверить, что их создал один и тот же человек. Он может быть лордом и поручиком; Дон Гуаном и Шопеном; несчастным Незнамовым и одержимым Германном и это только в театре, а в кино был и Мессинг, и Сталин. Не смотря на огромное количество разноплановых ролей Евгений Князев не останавливается на достигнутом, он продолжает выходить на сцену в премьерных спектаклях своего любимого театра Вахтангова, которому верен уже 43 года. Журнал «Театрал» присоединяется к добрым пожеланиям и поздравлениям с юбилеем замечательного актёра и педагога, ректора легендарной Щуки.
Мария Рыщенкова, актриса РАМТа
– Я помню детское впечатление, которое осталось у меня после того, как я посмотрела в Театре Вахтангова спектакль «Кот в сапогах». Там был такой герой – Ураган, и играл его Евгений Владимирович Князев. Он неожиданно появлялся на сцене – эксцентричный, красивый, стихийный.
По окончанию школы я собралась поступать на актёрский и какова же была моя радость, когда я узнала, что курс набирает Евгений Владимирович. На тот момент он уже выпустил один курс. Там учились Маша Куликова, Дима Ульянов, Стас Дужников. Я видела их дипломные спектакли, и они мне очень нравились.
У нас был не менее замечательный курс. Я вообще очень благодарна Евгению Владимировичу, потому что помимо того, что он дал мне возможность получить образование, взяв меня на курс, он собрал очень талантливых ребят, у которых я многому училась, с которыми мы создавали, как мне кажется, замечательные работы.
Курс был большим, мы все сдружились, с некоторыми близки до сих пор, хотя выпустились двадцать лет назад. На днях мы ездили с моим мужем и однокурсником Михаилом Шкловским в Санкт-Петербург в БДТ на спектакль Андрея Могучего «Холопы». Там играет наша однокурсница и замечательная актриса Юлия Марченко.
Отдельное спасибо Евгению Владимировичу за педагогов, которых он пригласил на наш курс. С нами работали Казанская, Авшаров, Буров, Волков, Поглазов, Семаков, Ставская, Дворжецкая. Мало кто может похвалиться такими мастерами. Для диплома он не ограничился только нашими педагогами, а пригласил режиссёра Николая Рощина, который к тому моменту прославился своей замечательной постановкой «Король-олень» в РАМТе.
У нас был очень поющий курс. Евгений Владимирович, как мне кажется, очень гордился этим нашим талантом и ему хотелось, чтобы это не осталось не услышанным зрителями. К четвёртому курсу у нас было две большие музыкальные программы: по французским песням и номерам из мюзикла «Cats». Рощин, используя эту нашу программу, поставил с нами спектакль на основе «Пира во время чумы».
У Евгения Владимировича была такая привычка: когда он смотрел наши выступления, он прикрывал лицо рукой, но я по глазам научилась определять его отношение к происходящему. Если глаза улыбались, значит ты всё делаешь правильно, значит Евгений Владимирович рад за тебя, он видит твои успехи. Такая тихая поддержка была очень важна для меня, потому что, когда ты сдаёшь зачёты или экзамены по актёрскому мастерству, художественному слову, сцендвижению, танцу, степень твоего волнения зашкаливает.
Мы с моим педагогом Еленой Валентиновной Ласковой делали отрывок из «Федры» Цветаевой для экзамена по художественному слову. Приближался экзамен, нужно было определиться с костюмом, и я решила, что мне нужен кардиган, в котором ходил Евгений Владимирович. Кардиган был вязаный, объёмный, красивый на пуговицах, ну прямо необходим он мне был. Долго я не решалась попросить, но наконец решилась, и Евгений Владимирович любезно согласился дать его мне, так что на экзамене я была в его кардигане. Мне кажется, он мне помог!
Часто студенты Щукинского училища играют в массовке в спектаклях альма-матер в театре Вахтангова. Так было, например, с «Принцессой Турандот», на роли рабынь брали студенток. В театре был спектакль «Посвящение Еве» с Василием Семеновичем Лановым и Евгением Владимировичем Князевым в главных ролях. Было огромной честью туда попасть, потому что и спектакль прекрасный, и дуэт великолепный. У меня была такая возможность. Мы студентами выходили в образе химер.
После выпуска меня пригласили в РАМТ, и вдруг поступило предложение сыграть в театре Вахтангова в спектакле «Чулимск прошлым летом» роль Валентины, но самое интересное, что Шаманова будет играть Евгений Владимирович. Играть с мастером, быть партнёрами в таком спектакле, а мы ещё и любовь там играли, это было подарком судьбы.
У Валентины был такой текст: «Вы один здесь такой: ничего не видите. Вы слепой!» Евгений Владимирович на репетиции мне говорит: «А ты попробуй сказать этот текст не в утвердительной форме, а задать вопрос». И я, конечно, попробовала: «Вы один здесь такой: ничего не видите?» Он отрицательно мотнул головой. Я опять спрашиваю: «Вы слепой?» Когда на спектакль пришел первый зритель и все последующие спектакли (мы играли на Малой сцене), в этот момент в зрительном зале всегда была такая драгоценная тишина, а потом не менее драгоценный вздох «ах» или «ох». Тогда я была поражена: «Ну, надо же, откуда же он знал, что будет такая реакция зала, что это сработает, что эта интонация будет такой пронзительной!».
Я желаю Евгению Владимировичу здоровья, благополучия, больше светлых дней, новых замечательных ролей в родном театре и в кино. И пусть нынешние студенты и выпускники Театрального института им. Щукина своими успехами наполняют его гордостью и радостью.
Анна Дубровская, актриса театра Вахтангова
– Я впервые увидела Евгения Князева, когда поступила в институт. Очень хорошо помню своё первое впечатление. Я обратила на него внимание и подумала: «Какой красивый мужчина!» Потом я узнала, что это молодой педагог, но у меня он ничего не преподавал.
В работе же мы встретились в спектакле «Принцесса Турандот». Я играла Турандот, а он – Пантолоне.
Долгое время мы просто пересекались в театре, а потом судьба подарила совместную работу в спектакле «Суббота, воскресенье, понедельник», который ставил у нас итальянский режиссёр Лука де Фуско. Князев играл главную роль Пеппино Приоре, а я его сестру Амелию.
Я одно могу сказать – Князеву интересно быть артистом! Несмотря на множество побочных дел: ректорство, педагогика, концертная деятельность – вся эта его активная жизнь никоем образом не умоляет его актёрской неуспокоенности.
Есть много примеров, когда люди параллельно начинают заниматься ещё чем-то и теряют интерес к своей основной профессии.
Вот в Евгении Владимировиче этого вообще нет. Видно, как ему хочется работать.
Там в кабинете – он ректор и начальник, здесь на сцене – он абсолютно трепетный, сомневающийся в себе актёр. В нём есть какая-то детская непосредственность, интерес к познанию чего-то нового.
Он актёр до мозга костей. Это очень ценное и важное качество. Это качество было присуще большим артистам, которых я наблюдала в нашем театре: Владимиру Абрамовичу Этушу, Василию Семёновичу Лановому. У того старшего поколения артистов не было разочарования. Казалось бы, столько сыграно в разных жанрах, хороших авторов, у прекрасных режиссёров, и признание было, и успех они познали, а всё равно люди той закваски, которая была в них заложена – у них с возрастом актёрский трепет никогда никуда не исчезал и оставался с ними до самого конца. Я помню, как Владимир Абрамович до последнего вздоха хотел новых ролей. Практически за два месяца до смерти он перестал выходить на сцену, а ему было на тот момент 96 лет.
Жажда работы, любовь к делу, познание чего-то нового в профессии в Князеве тоже есть и именно эти качества мне всегда в нём интересны: и как в человеке, и как в актёре.
Он очень хороший партнёр, в нём нет самолюбования, он никогда «не перетягивает одеяло на себя». Кто бы не был рядом с ним на сцене: молодой ли актёр или не очень опытный, Князев всегда стремится развернуть его к зрителю, раскрыть его, а не самому выйти вперёд, заслонив собой партнёра, отодвинуть тех, кто тебе подыгрывает, превратив их в обслуживающий персонал.
В Князеве я никогда этого не замечала. Это к разговору о хороших традициях. Это было в артистах ушедшей эпохи, у Евгения Владимировича это тоже есть, и это во многом отличает его от других.
В те моменты, когда мы с ним пересекались, я надеюсь, что всё ещё впереди, я такие вещи подмечала и это меня приятно радовало, потому что это даёт возможность и право думать, что у Евгения Владимировича ещё очень большой запас прочности и огромная неиссякаемая любовь к профессии.
Вера Сторожева, кинорежиссёр
– Для меня Евгений Князев, прежде всего, театральный актёр и не просто театральный, он актёр вахтанговский, а актёрам этой школы подвластно всё: от весёлого до трагичного кроме, как говорили великие, скучного.
Я видела многие спектакли в Театре Вахтангова с его участием. Совсем недавно посмотрела «Пиковую даму». На сцене минимум реквизита, никаких декораций. Полтора часа Князев один. Он играет всех героев, мгновенно перевоплощаясь то во властную старуху, то в наивную Лизоньку, то в Германна, и ты каждый раз видишь именно того героя, которого он играет. Кроме костюма, меняется всё: походка, жесты, мимика. Глаз невозможно оторвать от актёра с таким ярким гиперболическим выражением эмоций.
Я его пригласила первый раз в фильм «Путешествие с домашними животными», не помню точно были ли мы на тот момент знакомы лично, но я его знала, как актёра. Я опасалась не будет ли он слишком ярким для такого пасторального кино, но как только мы начали работать все мои опасения рассеялись. Князев очень хорошо слышит режиссёра. У него была небольшая роль священника, но он отнесся к ней максимально ответственно. Посетил настоящего священника и тот объяснил ему некоторые тонкости церковной службы.
Этот герой был очень важен для меня, как для режиссёра, потому что он находит для героини такие нужные слова истины, которые ей просто необходимы. Актёр очень тонко сыграл свою роль.
Князев мастерски владеет искусством представления, с удивительной точностью доносит до зрителя переживания своих героев. Он уникальный, я просто влюблена в этого актёра.
Он обладает большим диапазоном, его необычная палитра настолько разнообразна, что его даже неудобно приглашать на небольшие роли. Сейчас я снимаю сериал «Лиля» о Маяковском, о семье Бриков. Изначально в сценарии была прописана роль Мейерхольда. Мы говорили с Князевым, он даже дал согласие: «Да, конечно, я буду играть», но потом роль настолько сократилась, что я не дерзнула его позвать, но я надеюсь, что у меня ещё будет возможность с ним поработать.
Знаете, мне представляется луг из полевых цветов и вдруг среди этого разнообразия мы видим высокий цветок, он выделяется своей яркостью, неповторимостью. Вот такое ощущение у меня от Евгения Князева!
Мария Рыщенкова, актриса РАМТа– Я помню детское впечатление, которое осталось у меня после того, как я посмотрела в Театре Вахтангова спектакль «Кот в сапогах». Там был такой герой – Ураган, и играл его Евгений Владимирович Князев. Он неожиданно появлялся на сцене – эксцентричный, красивый, стихийный.
По окончанию школы я собралась поступать на актёрский и какова же была моя радость, когда я узнала, что курс набирает Евгений Владимирович. На тот момент он уже выпустил один курс. Там учились Маша Куликова, Дима Ульянов, Стас Дужников. Я видела их дипломные спектакли, и они мне очень нравились.
У нас был не менее замечательный курс. Я вообще очень благодарна Евгению Владимировичу, потому что помимо того, что он дал мне возможность получить образование, взяв меня на курс, он собрал очень талантливых ребят, у которых я многому училась, с которыми мы создавали, как мне кажется, замечательные работы.
Курс был большим, мы все сдружились, с некоторыми близки до сих пор, хотя выпустились двадцать лет назад. На днях мы ездили с моим мужем и однокурсником Михаилом Шкловским в Санкт-Петербург в БДТ на спектакль Андрея Могучего «Холопы». Там играет наша однокурсница и замечательная актриса Юлия Марченко.
Отдельное спасибо Евгению Владимировичу за педагогов, которых он пригласил на наш курс. С нами работали Казанская, Авшаров, Буров, Волков, Поглазов, Семаков, Ставская, Дворжецкая. Мало кто может похвалиться такими мастерами. Для диплома он не ограничился только нашими педагогами, а пригласил режиссёра Николая Рощина, который к тому моменту прославился своей замечательной постановкой «Король-олень» в РАМТе.
У нас был очень поющий курс. Евгений Владимирович, как мне кажется, очень гордился этим нашим талантом и ему хотелось, чтобы это не осталось не услышанным зрителями. К четвёртому курсу у нас было две большие музыкальные программы: по французским песням и номерам из мюзикла «Cats». Рощин, используя эту нашу программу, поставил с нами спектакль на основе «Пира во время чумы».
У Евгения Владимировича была такая привычка: когда он смотрел наши выступления, он прикрывал лицо рукой, но я по глазам научилась определять его отношение к происходящему. Если глаза улыбались, значит ты всё делаешь правильно, значит Евгений Владимирович рад за тебя, он видит твои успехи. Такая тихая поддержка была очень важна для меня, потому что, когда ты сдаёшь зачёты или экзамены по актёрскому мастерству, художественному слову, сцендвижению, танцу, степень твоего волнения зашкаливает.
Мы с моим педагогом Еленой Валентиновной Ласковой делали отрывок из «Федры» Цветаевой для экзамена по художественному слову. Приближался экзамен, нужно было определиться с костюмом, и я решила, что мне нужен кардиган, в котором ходил Евгений Владимирович. Кардиган был вязаный, объёмный, красивый на пуговицах, ну прямо необходим он мне был. Долго я не решалась попросить, но наконец решилась, и Евгений Владимирович любезно согласился дать его мне, так что на экзамене я была в его кардигане. Мне кажется, он мне помог!
Часто студенты Щукинского училища играют в массовке в спектаклях альма-матер в театре Вахтангова. Так было, например, с «Принцессой Турандот», на роли рабынь брали студенток. В театре был спектакль «Посвящение Еве» с Василием Семеновичем Лановым и Евгением Владимировичем Князевым в главных ролях. Было огромной честью туда попасть, потому что и спектакль прекрасный, и дуэт великолепный. У меня была такая возможность. Мы студентами выходили в образе химер.
После выпуска меня пригласили в РАМТ, и вдруг поступило предложение сыграть в театре Вахтангова в спектакле «Чулимск прошлым летом» роль Валентины, но самое интересное, что Шаманова будет играть Евгений Владимирович. Играть с мастером, быть партнёрами в таком спектакле, а мы ещё и любовь там играли, это было подарком судьбы.
У Валентины был такой текст: «Вы один здесь такой: ничего не видите. Вы слепой!» Евгений Владимирович на репетиции мне говорит: «А ты попробуй сказать этот текст не в утвердительной форме, а задать вопрос». И я, конечно, попробовала: «Вы один здесь такой: ничего не видите?» Он отрицательно мотнул головой. Я опять спрашиваю: «Вы слепой?» Когда на спектакль пришел первый зритель и все последующие спектакли (мы играли на Малой сцене), в этот момент в зрительном зале всегда была такая драгоценная тишина, а потом не менее драгоценный вздох «ах» или «ох». Тогда я была поражена: «Ну, надо же, откуда же он знал, что будет такая реакция зала, что это сработает, что эта интонация будет такой пронзительной!».
Я желаю Евгению Владимировичу здоровья, благополучия, больше светлых дней, новых замечательных ролей в родном театре и в кино. И пусть нынешние студенты и выпускники Театрального института им. Щукина своими успехами наполняют его гордостью и радостью.
Анна Дубровская, актриса театра Вахтангова– Я впервые увидела Евгения Князева, когда поступила в институт. Очень хорошо помню своё первое впечатление. Я обратила на него внимание и подумала: «Какой красивый мужчина!» Потом я узнала, что это молодой педагог, но у меня он ничего не преподавал.
В работе же мы встретились в спектакле «Принцесса Турандот». Я играла Турандот, а он – Пантолоне.
Долгое время мы просто пересекались в театре, а потом судьба подарила совместную работу в спектакле «Суббота, воскресенье, понедельник», который ставил у нас итальянский режиссёр Лука де Фуско. Князев играл главную роль Пеппино Приоре, а я его сестру Амелию.
Я одно могу сказать – Князеву интересно быть артистом! Несмотря на множество побочных дел: ректорство, педагогика, концертная деятельность – вся эта его активная жизнь никоем образом не умоляет его актёрской неуспокоенности.
Есть много примеров, когда люди параллельно начинают заниматься ещё чем-то и теряют интерес к своей основной профессии.
Вот в Евгении Владимировиче этого вообще нет. Видно, как ему хочется работать.
Там в кабинете – он ректор и начальник, здесь на сцене – он абсолютно трепетный, сомневающийся в себе актёр. В нём есть какая-то детская непосредственность, интерес к познанию чего-то нового.
Он актёр до мозга костей. Это очень ценное и важное качество. Это качество было присуще большим артистам, которых я наблюдала в нашем театре: Владимиру Абрамовичу Этушу, Василию Семёновичу Лановому. У того старшего поколения артистов не было разочарования. Казалось бы, столько сыграно в разных жанрах, хороших авторов, у прекрасных режиссёров, и признание было, и успех они познали, а всё равно люди той закваски, которая была в них заложена – у них с возрастом актёрский трепет никогда никуда не исчезал и оставался с ними до самого конца. Я помню, как Владимир Абрамович до последнего вздоха хотел новых ролей. Практически за два месяца до смерти он перестал выходить на сцену, а ему было на тот момент 96 лет.
Жажда работы, любовь к делу, познание чего-то нового в профессии в Князеве тоже есть и именно эти качества мне всегда в нём интересны: и как в человеке, и как в актёре.
Он очень хороший партнёр, в нём нет самолюбования, он никогда «не перетягивает одеяло на себя». Кто бы не был рядом с ним на сцене: молодой ли актёр или не очень опытный, Князев всегда стремится развернуть его к зрителю, раскрыть его, а не самому выйти вперёд, заслонив собой партнёра, отодвинуть тех, кто тебе подыгрывает, превратив их в обслуживающий персонал.
В Князеве я никогда этого не замечала. Это к разговору о хороших традициях. Это было в артистах ушедшей эпохи, у Евгения Владимировича это тоже есть, и это во многом отличает его от других.
В те моменты, когда мы с ним пересекались, я надеюсь, что всё ещё впереди, я такие вещи подмечала и это меня приятно радовало, потому что это даёт возможность и право думать, что у Евгения Владимировича ещё очень большой запас прочности и огромная неиссякаемая любовь к профессии.
Вера Сторожева, кинорежиссёр– Для меня Евгений Князев, прежде всего, театральный актёр и не просто театральный, он актёр вахтанговский, а актёрам этой школы подвластно всё: от весёлого до трагичного кроме, как говорили великие, скучного.
Я видела многие спектакли в Театре Вахтангова с его участием. Совсем недавно посмотрела «Пиковую даму». На сцене минимум реквизита, никаких декораций. Полтора часа Князев один. Он играет всех героев, мгновенно перевоплощаясь то во властную старуху, то в наивную Лизоньку, то в Германна, и ты каждый раз видишь именно того героя, которого он играет. Кроме костюма, меняется всё: походка, жесты, мимика. Глаз невозможно оторвать от актёра с таким ярким гиперболическим выражением эмоций.
Я его пригласила первый раз в фильм «Путешествие с домашними животными», не помню точно были ли мы на тот момент знакомы лично, но я его знала, как актёра. Я опасалась не будет ли он слишком ярким для такого пасторального кино, но как только мы начали работать все мои опасения рассеялись. Князев очень хорошо слышит режиссёра. У него была небольшая роль священника, но он отнесся к ней максимально ответственно. Посетил настоящего священника и тот объяснил ему некоторые тонкости церковной службы.
Этот герой был очень важен для меня, как для режиссёра, потому что он находит для героини такие нужные слова истины, которые ей просто необходимы. Актёр очень тонко сыграл свою роль.
Князев мастерски владеет искусством представления, с удивительной точностью доносит до зрителя переживания своих героев. Он уникальный, я просто влюблена в этого актёра.
Он обладает большим диапазоном, его необычная палитра настолько разнообразна, что его даже неудобно приглашать на небольшие роли. Сейчас я снимаю сериал «Лиля» о Маяковском, о семье Бриков. Изначально в сценарии была прописана роль Мейерхольда. Мы говорили с Князевым, он даже дал согласие: «Да, конечно, я буду играть», но потом роль настолько сократилась, что я не дерзнула его позвать, но я надеюсь, что у меня ещё будет возможность с ним поработать.
Знаете, мне представляется луг из полевых цветов и вдруг среди этого разнообразия мы видим высокий цветок, он выделяется своей яркостью, неповторимостью. Вот такое ощущение у меня от Евгения Князева!
