Спектакль «Тристан» молодого режиссера Филиппа Шкаева вырос из эскиза лаборатории «АРТХАБ» в МХТ имени Чехова и стал одной из самых заметных премьер сезона в театре «Практика».
Филипп Шкаев уже работал с эстетикой средневекового балагана — в РАМТе его спектакль «Мим» осмыслял историю придворного шута. В этот раз молодой режиссер обращается к совершенно иному по масштабу материалу: за основу постановки берет не современный роман, а средневековую легенду о Тристане и Изольде. Причем, чтобы создать собственную версию в инсценировке, он прочитал сорок её вариантов.
«Вечный сюжет» о принце и его возлюбленной в театре «Практика» обретает современное лицо — режиссер ставит легенду в стилистике «экстремальной комикс-клоунады», снижая градус пафоса и доводя героическую эстетику до абсурда. Жанр спектакля обозначают как «антиэпос» — это значит, что на сцене не будет ни эпических государей, о которых позднее напишет Макиавелли, ни широты вассальных отношений, ни длинных эпических песен. Спектакль «Тристан» — это история не о герое, а о человеке.
Тристан (Константин Бобков) рано лишился родителей и был изгнан из страны. Теперь беглый наследник престола и его друг Гувернал (Микита Воронов) осели в королевстве дяди Марка (Денис Ясик). Они ведут жизнь золотой молодежи — дурачатся, прозябают при дворе в роли почетных развлекателей, вместо доспехов носят футболки и джоггеры, записывают «демки» о детских травмах. Тристан и Гувернал — образец настоящей дружбы: один всегда найдет возможность поддержать другого.
У «антиэпоса» — свой «антигерой». Тристан, чьи «рыцарские» похождения осмысляются в спектакле, — простоватый и немного наивный паренек. На подвиги его толкают вовсе не благородные помыслы, а вполне себе человеческое стремление помочь дяде и банальная жажда выжить. В средневековых легендах герои становятся сильнее, проходя через многочисленные испытания. А в спектакле Шкаева герой, победив великана, богатыря и дракона, погружается в ощущение потерянности и отчужденности.
Тристан совершает первый подвиг и получает смертельную рану — мир рэп-идиллии оказывается под угрозой разрушения. Чтобы найти противоядие, он отправляется в Ирландию, где влюбляется в принцессу и лекаря Изольду (Мариэтта Волкова). Она носит костюм химзащиты и разрабатывает экспериментальный «любовный напиток», а еще приходится супругой убитому Тристаном воину. Чтобы спасти свою жизнь, герой должен привезти красавицу королю Марку — дяде как раз нужна молодая супруга.
Первая часть спектакля во многом наследует эстетике фильмов Гая Ричи. Сюжет средневековой легенды окаймляется ироничными сценами разговоров с «плохими парнями»-великанами и «большими боссами»-королями, а рыцарские поединки разрешаются в духе изобретательного экшена, в котором насилие смягчается юмором на грани стеба. Сцены жестокости сознательно заменяются лирическими отступлениями — напевами под гитару. Режиссер добавляет в спектакль авторские «мелодии» в духе Цоя, которые сближают средневековый эпос с мелодичностью любительских советских и постсоветских квартирников.
Пространство спектакля отличает схематичная грубость и минималистичность: смену государств обозначают названиями на заднике, там же впервые появляется фотография Изольды; умерший друг обозначается скульптурой отрезанной головы; а еще в самый ответственный, поворотный момент спектакля, посреди рассказа конферансье (Андрей Минеев), сцена погружается во тьму по причине весьма банальной — в театре выбивает пробки.
Гротескные традиции балагана проявляются и в гриме. За каждым персонажем, будь то король, вельможа или великан, закрепляется узнаваемая маска — словно ожившая картинка из комикса, которая помогает создать неповторимый образ. Сменят маски только двое — Тристан и Изольда. Выбор режиссера обусловлен одной маленькой деталью: они — влюбленные.
Любовь здесь возникает совсем не к месту. Именно она разверзает перед Тристаном пропасть — между стихией чувств и всем остальным миром.
Изольду не спрашивают, а согласна ли она выйти замуж сразу после смерти мужа: принцесса — ценный актив. Но эта девушка — в спектакле она действительно единственная и неповторимая — с непростым характером, с которым Тристан пытается смириться. Получится у него или нет — останется интригой до самого финала.
Спектакль «Тристан» получился уморительно смешным и необычным по форме — на стыке анимационного комикса и средневекового балагана. Но за бесконечными шутками, за необычным и неожиданным финалом кроется истинная суть средневековой легенды. Режиссер Филипп Шкаев предлагает зрителям поразмыслить о самом замечательном в истории о Тристане и Изольде — о дружбе и чувстве любви. Рассуждение получается критическим и по-доброму ироничным, а после себя оставляет чувство легкости.
Филипп Шкаев уже работал с эстетикой средневекового балагана — в РАМТе его спектакль «Мим» осмыслял историю придворного шута. В этот раз молодой режиссер обращается к совершенно иному по масштабу материалу: за основу постановки берет не современный роман, а средневековую легенду о Тристане и Изольде. Причем, чтобы создать собственную версию в инсценировке, он прочитал сорок её вариантов.
«Вечный сюжет» о принце и его возлюбленной в театре «Практика» обретает современное лицо — режиссер ставит легенду в стилистике «экстремальной комикс-клоунады», снижая градус пафоса и доводя героическую эстетику до абсурда. Жанр спектакля обозначают как «антиэпос» — это значит, что на сцене не будет ни эпических государей, о которых позднее напишет Макиавелли, ни широты вассальных отношений, ни длинных эпических песен. Спектакль «Тристан» — это история не о герое, а о человеке.
Тристан (Константин Бобков) рано лишился родителей и был изгнан из страны. Теперь беглый наследник престола и его друг Гувернал (Микита Воронов) осели в королевстве дяди Марка (Денис Ясик). Они ведут жизнь золотой молодежи — дурачатся, прозябают при дворе в роли почетных развлекателей, вместо доспехов носят футболки и джоггеры, записывают «демки» о детских травмах. Тристан и Гувернал — образец настоящей дружбы: один всегда найдет возможность поддержать другого.У «антиэпоса» — свой «антигерой». Тристан, чьи «рыцарские» похождения осмысляются в спектакле, — простоватый и немного наивный паренек. На подвиги его толкают вовсе не благородные помыслы, а вполне себе человеческое стремление помочь дяде и банальная жажда выжить. В средневековых легендах герои становятся сильнее, проходя через многочисленные испытания. А в спектакле Шкаева герой, победив великана, богатыря и дракона, погружается в ощущение потерянности и отчужденности.
Тристан совершает первый подвиг и получает смертельную рану — мир рэп-идиллии оказывается под угрозой разрушения. Чтобы найти противоядие, он отправляется в Ирландию, где влюбляется в принцессу и лекаря Изольду (Мариэтта Волкова). Она носит костюм химзащиты и разрабатывает экспериментальный «любовный напиток», а еще приходится супругой убитому Тристаном воину. Чтобы спасти свою жизнь, герой должен привезти красавицу королю Марку — дяде как раз нужна молодая супруга.Первая часть спектакля во многом наследует эстетике фильмов Гая Ричи. Сюжет средневековой легенды окаймляется ироничными сценами разговоров с «плохими парнями»-великанами и «большими боссами»-королями, а рыцарские поединки разрешаются в духе изобретательного экшена, в котором насилие смягчается юмором на грани стеба. Сцены жестокости сознательно заменяются лирическими отступлениями — напевами под гитару. Режиссер добавляет в спектакль авторские «мелодии» в духе Цоя, которые сближают средневековый эпос с мелодичностью любительских советских и постсоветских квартирников.
Пространство спектакля отличает схематичная грубость и минималистичность: смену государств обозначают названиями на заднике, там же впервые появляется фотография Изольды; умерший друг обозначается скульптурой отрезанной головы; а еще в самый ответственный, поворотный момент спектакля, посреди рассказа конферансье (Андрей Минеев), сцена погружается во тьму по причине весьма банальной — в театре выбивает пробки.
Гротескные традиции балагана проявляются и в гриме. За каждым персонажем, будь то король, вельможа или великан, закрепляется узнаваемая маска — словно ожившая картинка из комикса, которая помогает создать неповторимый образ. Сменят маски только двое — Тристан и Изольда. Выбор режиссера обусловлен одной маленькой деталью: они — влюбленные.
Любовь здесь возникает совсем не к месту. Именно она разверзает перед Тристаном пропасть — между стихией чувств и всем остальным миром.
Изольду не спрашивают, а согласна ли она выйти замуж сразу после смерти мужа: принцесса — ценный актив. Но эта девушка — в спектакле она действительно единственная и неповторимая — с непростым характером, с которым Тристан пытается смириться. Получится у него или нет — останется интригой до самого финала.
Спектакль «Тристан» получился уморительно смешным и необычным по форме — на стыке анимационного комикса и средневекового балагана. Но за бесконечными шутками, за необычным и неожиданным финалом кроется истинная суть средневековой легенды. Режиссер Филипп Шкаев предлагает зрителям поразмыслить о самом замечательном в истории о Тристане и Изольде — о дружбе и чувстве любви. Рассуждение получается критическим и по-доброму ироничным, а после себя оставляет чувство легкости.
