«Не хочу уезжать из Москвы»

Почему иностранцы охотно работают в российских театрах

 
Новость о том, что Жерар Депардье стал гражданином России, в начале января стала самой обсуждаемой. Эксперты называли целый ряд причин для столь неожиданного решения (самая известная – актер не желает мириться с действующим во Франции налогом на роскошь). Получая российский паспорт, Депардье сказал Путину, что давно является поклонником русской культуры и всегда мечтал стать гражданином нашей страны. Как выяснил «Театрал», Депардье далеко не единственный иностранец, которого тянет в Россию…

Македонец Иван Поповски, режиссер «Мастерской П.Фоменко»:

– В театральные вузы я поступал несколько раз. В Сербии и Хорватии – на режиссерский, в Македонии – на актерский. Но ничего не получилось – пришлось служить в войсках ВВС… поваром. Потом на службе хотел поступать в Пражскую киноакадемию, но военачальники сказали: ты обалдел, солдатам нельзя за границу. И в это время моя двоюродная сестра оказалась в Москве (писала здесь диссертацию). Во время прогулки она случайно наткнулась на ГИТИС, прочла объявление о наборе и позвонила маме. А мама стала звонить в посольство – решать вопросы с документами. В итоге после армии я всего лишь три дня побыл дома и помчался в незнакомую мне Москву поступать в какой-то ГИТИС.

Разве думал я тогда, что это поступление в корне изменит мою жизнь, ведь на дворе был 1988 год, а курс набирал Петр Фоменко – тот самый курс, из которого потом и образовался его театр.

Весь первый курс для меня был вступительным экзаменом. Я мало что мог, ничего не понимал, поэтому в первый год учебы ускоренно штудировал русский язык. С тех пор я с Москвой неразлучен.

Норвежец Харальд Розенстрем, актер «Платформы»:

– Кто такой Кирилл Серебренников, я понятия не имел. У нас в Норвегии его имя не на слуху. Но в России оказалось, что он очень известный режиссер. На занятиях в Школе-студии МХАТ давал нам задания, которые отличались от классической программы, и я понял, что попал к грандиозному режиссеру. Потому и работаю здесь, что Кирилл меня увлек, заинтересовал…

За прошедшие годы я неплохо выучил русский язык, но это на бытовом уровне. Гораздо труднее даются мне пьесы. Например, недавно на «Платформе» мы ставили «Сон в летнюю ночь». И вынужден признаться: Шекспир по-русски для меня во всех смыслах сложнее, чем Шекспир по-норвежски. Но это не беда: я знаю, что ребята мне всегда помогут.

Согласился бы я работать в другом театре? Трудный вопрос. Очень люблю «Платформу», но к российскому театру у меня отношение неоднозначное. Когда-то он был великим – у него интересная и богатая история. Но то, что сейчас происходит во многих ваших театрах, мне не нравится. Сколько их в Москве? Триста? Больше? Преобладающая часть из них «мертвые», и мало где ставятся действительно хорошие спектакли, рассказывающие живые истории. Безусловно, необходимо что-то менять. Например, в Норвегии худрук назначается выборным путем на четыре года, а по прошествии этого времени происходят новые выборы. Может, не всегда худрук меняется, но, по крайней мере, у людей есть возможность что-то изменить. Поэтому громкие назначения, которые произошли в московских театрах за последнее время, мне кажутся разумными, пусть и не безболезненными.

Американец Адам Маскин, актер, сотрудник Школы-студии МХАТ:

– О том, что судьба сведет меня с Россией, я не подозревал. Учился в театральной школе в Нью-Йорке. Однако наш педагог Марат Юсим (в свое время он окончил курс Камы Гинкаса в Щукинском училище) много говорил о России. И когда в Школе-студии МХАТ появился американский курс, я поехал и поступил. Тогда мне было 18 лет, а сейчас уже 30, но я продолжаю работать в Москве. Мне русские ребята говорят: «Мы хотим в Америку». Я им отвечаю: «Я тоже хочу в Америку!» «Так почему ты не едешь»? – удивляются они. Но пока я чувствую, что должен работать здесь. В театральном мире надо выбирать место, где у тебя есть возможность себя реализовать. А в Нью-Йорке у меня меньше шансов.

Дело в том, что в Америке хорошо развит мюзикл, а драма успеха не имеет: идет в маленьких театрах и, как правило, в упрощенной форме. Глубинные проблемы, которые описывали в своих произведениях Достоевский или Толстой, в Америке широкому зрителю не нужны. Там другая задача – создать то, что лучше продается. А если не продается, то постановку моментально снимают. У вас же в России совсем другое отношение к спектаклям. Во-первых, публика много читает, а потому знает, о чем писали Толстой с Достоевским, а во-вторых, спектакль может идти и при слабых кассовых сборах, поскольку здесь все понимают: он ставился не для развлечения, а несет просветительскую миссию. Сцена – это «форум», где можно поговорить о наболевшем. Это очень важно в искусстве.

Что я не понимаю в русских? Много чего. Достаточно спуститься в метро, чтобы много раз задать себе вопрос: почему это так?

Например, старые турникеты: проход открыт – тебя как будто искушают. Но попробуй пройти не заплатив! Техника бьет по ногам до синяков, включается резко сумасшедшая музыка, прибегает полиция. Что это? Где я? И еще эта женщина свистит как безумная из своей кабины.

А еще я не понимаю, почему отключают горячую воду летом. Говорят, профилактика какая-то. Но это же бред! На день – ладно, и то в рабочее время. Но чтобы на десять дней – это несправедливо. Почему россияне всё терпят?

На вопрос: «Как дела?» у вас отвечают: «Нормально». Но что это значит? Мне объяснили, что нормально – это значит нормально – живу, дышу! О, это вообще странно. В Америке это означало бы крайнюю степень депрессии. А здесь… нормально!

Американка Джордан Фрай, студентка Школы-студии МХАТ:

– Я родилась в Нью-Йорке, окончила американский университет, но вдруг приятельница рассказала мне о том, как замечательно учиться в Школе-студии МХАТ. И я тоже решила попробовать.

Это было два года назад. Сначала для меня все было очень странно, все по-другому, хотелось уехать. Потом привыкла, и когда на каникулы приехала в Нью-Йорк, то уже не смогла представить, как я буду работать в американском театре. Меня тянуло назад в Россию.

У вас совсем другая публика, нежели в Америке, другой юмор. Зрители погружаются в спектакль, внимательно наблюдают за тем, что происходит на сцене, переживают внутри себя, это заметно. А еще русский театр – очень живой и при этом затрагивает глубинные вопросы человеческой жизни. В Америке все не так – все легче, проще. Поэтому на базе русской школы можно сделать много замечательных проектов. У вас больше фантазии. Режиссеры любят и не боятся экспериментировать. А в Америке к Шекспиру относятся как к Богу, и ничего переделать нельзя. У нас говорят: «Мы знаем, как надо» – и делают четко по правилам. Получается скучно, однообразно.

Я бы очень хотела играть на московской сцене. Но пока об этом не думаю, поскольку остаться в Москве – это значит забыть о своем американском доме. Для меня это неприемлемо, но и на американских подмостках представить себя не могу. Да и вообще, как можно жить без русской душевности? В самом начале обучения нам в школе-студии дали задание, и я от того, что ничего не понимаю, расплакалась. И вдруг меня окружили ребята и сказали, что они тоже ничего не поняли, стали утешать. Я была потрясена. В Америке мне бы сказали: «Давай, удачи!» Там каждый сам за себя.

Немец Георг Жено, основатель и худрук Театра имени Йозефа Бойса (Москва):

– Когда мне было 14 лет, я жил с ощущением, что перестаю понимать окружающий мир. Это был сложный период. Я не знал, как общаться, как жить. Все привычные приемы коммуникации перестали работать. Наступило настоящее одиночество. И вернуться в нормальную жизнь мне помог лишь мой отец, который был учеником Йозефа Бойса – замечательного немецкого художника.

А потом прошли годы, я оказался в России и вдруг почувствовал, что здесь много людей, которым понравился бы удивительный язык Йозефа Бойса. И, создавая театр его имени, я знал, что наши проекты придутся публике по вкусу. Впрочем, пришел я к этому не сразу. Дело в том, что в Москве я уже 15 лет. Учился в ГИТИСе – в мастерской Марка Захарова. А времена были не самые радостные. В Москве взрывали жилые дома, закрыли НТВ, а театр на это никак не реагировал. Я подумал: зачем тогда нужен театр, если он молчит о злободневном? И с этой мысли начались мои опыты в области документального театра.

Швейцарка Анн-Доменик Кретта, актриса «Мастерской Петра Фоменко»:

– Театр был еще дома – в Сионе и Мартини. Это маленькие швейцарские города, где я играла на любительской сцене. Одновременно училась на Высших коммерческих курсах, поскольку мама требовала от меня какой-нибудь внятный диплом, хотя, конечно, она понимала, что без театра я своей жизни не мыслю. Однажды я спустилась в телефонную будку – позвонила домой, и вдруг мама сказала, что приехал человек, который учится в Москве в каком-то ВГИКе (что это такое – я и знать не знала). Но поскольку ВГИК связан с театром, я поняла, что это моя судьба.

За ночь я написала для этого человека что-то о себе, чтобы он передал бумагу во ВГИК. А вскоре получила ответ: «Приезжайте поступать». Так я оказалась на курсе у Райхельгауза. Мне очень повезло с людьми, с которыми я жила в общежитии. Они учили меня языку и подарили прекрасную, сумасшедшую Москву 1990-х годов – без кафе и рекламы, но с посиделками, песнями и розыгрышами до утра. Потом я год училась в Школе-студии МХАТ, а в конце концов попала в ГИТИС – на курс к Фоменко.

Это было настоящее безумие. Я плакала в самолете, когда ненадолго отлучалась в Швейцарию, потому что не хотела оставлять Москву ни на секунду. Боялась, что не смогу вернуться.

За границей происходит столько интересного, но там театр другой. А я хочу работать в русском театре и не ищу легких путей.

  • Нравится


Самое читаемое

  • «Я не закрою кабинет и буду приходить в театр»

    Художественный руководитель московского театра «Современник» Галина Волчек планирует найти сотрудника, который мог бы вести дела в ее отсутствие. Об этом она сообщила во вторник, 1 октября, на сборе труппы в честь открытия 64-го сезона. ...
  • Константин Райкин: «Я совершенно не согласен с сегодняшним решением суда»

    На сайте «Сатирикона» опубликован комментарий худрука театра Константина Райкина по поводу приговора Павлу Устинову, которому Мосгорсуд изменил наказание с 3,5 года колонии на год лишения свободы условно с испытательным сроком два года. ...
  • «Он прошел в искусстве счастливый путь»

    Во вторник, 1 октября, в московском театре «Ленком» проходит церемония прощания с Марком Захаровым. Художественный руководитель театра, народный артист СССР ушел из жизни 28 сентября. Проститься с ним пришли многие деятели искусства, в числе которых Александр Калягин, Галина Волчек, Александр Ширвиндт, Евгений Миронов, Константин Богомолов, Юрий Бутусов, Марк Розовский, Евгений Писарев, Дмитрий Крымов, Миндаугас Карбаускис, Алексей Бородин, а также тысячи поклонников творчества мастера. ...
  • «Мы должны быть вместе»

    Фото: Михаил Гутерман  Во вторник, 1 октября, Московский театр «Современник» открыл 64-й театральный сезон. По традиции, сбор труппы состоялся в день рождения первого художественного руководителя театра Олега Ефремова. ...
Читайте также


Читайте также

  • «На Парижской волне»

    После успешных гастролей в Москве, прошедших в сентябре в рамках фестиваля «Мир русского театра», театр «Диалог» (Нью-Йорк) готовится представить на Бродвее новую постановку. На сей раз основатель и художественный руководитель коллектива Ирина Волкович работает над спектаклем по рассказам Ивана Бунина и современного писателя Елены Дубровиной. ...
  • Лондонский «Хамелеон» поставил спектакль про Пеппи

    Русский театр «Хамелеон» поставил в Лондоне новый спектакль по мотивам повести Астрид Лингрен «Пеппи Длинныйчулок». Премьера состоится 27 октября.  «Это спектакль-кукарямба для всей семьи, – рассказала «Театралу» художественный руководитель и основатель театра Влада Лемешевская. ...
  • Рустем Галич: «Театрал» открыл нам перспективу»

    Уроженец Казани Рустем Галич с 2000 года живет в Нью-Йорке, снимается в кино, ведет передачи на радио и ставит спектакли. В спектакле «Поверх барьеров» театра «Диалог» из США он играет Бориса Пастернака. ...
  • «Моя мечта осуществилась - мы показали ваши спектакли российской публике»

    В субботу, 7 сентября, в Москве завершились гастроли театров-участников фестиваля «Мир русского театра», которые проходили с 4 по 7 сентября на Симоновской сцене театра им. Вахтангова и в театре МОСТ.   В последний день гастролей два спектакля показал литературный театр из Нью-Йорка «Диалог», созданный Ириной Волкович 17 лет назад в Нью-йоркской публичной библиотеки. ...
Читайте также