«Это был сознательный выбор»

Дмитрий Крымов о грядущей премьере в МХТ, уходе из ШДИ и творческих планах

 
Режиссер Дмитрий Крымов готовится представить в Московском Художественном театре спектакль «Сережа» по мотивам романа Льва Толстого «Анна Каренина», а также роману Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» и специально написанному для постановки тексту Льва Рубинштейна «Вопросы».

Первые показы состоятся 9 и 10 октября. Главную роль исполнит одна из ведущих актрис «Школы драматического искусства» и Лаборатории Дмитрия Крымова Мария Смольникова, в прошлом сезоне сыгравшая в его спектаклях «Безприданница» (ШДИ) и «Му-Му» (Театр наций). Перед премьерой «Театрал» встретился с режиссером.

– Дмитрий Анатольевич, в основе спектакля два фундаментальных романа. Через какие общие смыслы вы их связываете?
– Честно говоря, пока остерегаюсь говорить об этом, поскольку не знаю, свяжется ли вообще. Это рискованная попытка. Когда вы посмотрите, вы сами ответите, удалась она или нет. И потом, я думаю, если публика открыта и готова услышать высказывание, пояснять ничего и не нужно. Вам может понравиться или не понравиться – главное, выслушайте. А разговор на тему: «Я хотел сделать то-то и то-то», выглядит как извинение. То, что я хотел, я с удовольствием покажу в спектакле – в меру своих способностей и в меру тех возможностей, которые дает театр, а в МХТ это и замечательный актерский состав, и сильная постановочная часть.

– Многих мхатовцев вы взяли из стажерской группы. Ваш замысел требует много молодежи?
– Нужны были люди, которые будут приводить в движение механизм спектакля. С одной стороны, у них безымянные роли, с другой – очень важные: они помогают нашему сюжету осуществиться. Это довольно странные характеры – почти монтировщики сцены, которые что-то приносят, что-то уносят – но они многое определяют.

– Вы ставите спектакль по мотивам «Анны Карениной», однако в нем не будет многих ключевых персонажей – ни Кити, ни Левина, ни Стивы. В центре, как и у Толстого, будет Анна?
– Скорее так: будет актриса, которая играет Анну.

– Как в спектакле «Безприданница» была актриса, которая играла Ларису?
– Да, здесь тот же самый ход.

– Что это за героиня? В чем ее конфликт?
– Конфликт в том, что она современная молодая женщина, и ей трудно примерить на себя эту судьбу. XIX век – это туман, от которого мы уже давно ушли. Поэтому спектакль – просто наша попытка нырнуть туда и вынырнуть обратно.

– В «Безприданнице» у Маши Смольниковой была глубоко трагическая роль, в то же время в ней было много иронии.
– Я бы очень хотел, чтобы здесь получилось так же.

– Вы ищите такую интонацию?
– Специально не ищу. Но юмор – это хорошо, он помогает отстраниться.



«Безприданница», сцена из спектакля  


– Марию вы пригласили на постановку в Театр наций, теперь – в МХТ. Она сыграла у вас множество ролей в ШДИ. Почему вам интересно с ней работать?
– Она чудная актриса. Тонкая художественная натура с большим генератором внутри. Я не вижу предела ее возможностей. Она способна быть и резкой, и женственной, и парадоксальной, и комичной. Потом, у нее есть качество, которое я очень ценю в актерах – умение глубоко войти в роль и моментально выйти: в самой драматичной сцене она может расхохотаться, потому что у нее сломался каблук. И ее это не выведет из равновесия, только развеселит – и тут же она вернется к своему персонажу. Она как самолет с вертикальным взлетом. В «Му-Му» она играет семилетнюю девочку, сейчас работает над «Анной Карениной». Многие сцены я знаю наизусть, тем не менее, некоторые вещи, которая она делает, каждый раз действуют на меня по-новому. Есть сцены, над которыми мы работаем подолгу, и мне даже начинает казаться, что я где-то перемудрил, раз у нее никак не получается. Но в итоге мы добиваемся того, что устраивает и ее, и меня.

«Му-Му», сцена из спектакля 



– Что теперь будет с остальными вашим ребятами? В ШДИ осталась большая лаборатория, и всю ее невозможно взять с собой в другие театры – там есть свои артисты.
– Я испытываю много боли и по поводу артистов, и по поводу художников, и по поводу спектаклей, которые пока еще идут, но все-таки как бы мною оставлены. Тем не менее, это был мой сознательный выбор, поскольку для меня было важно сохранить чистый разум, легкий настрой, спокойствие и достоинство – единственное состояние, в котором я могу делать спектакли. Там это было уже невозможно.

– К сожалению, в Москве очень мало открытых площадок, где можно было бы существовать с артистами в постоянных репетициях.  
– Да, поэтому у меня нет ответов. Я пока не знаю, где буду делать следующий спектакль, и не знаю, кого и куда буду брать.

– В одном из недавних интервью «Театралу» руководитель Управления театров и концертных организаций Наталья Викторовна Дрожникова упомянула, что Департамент культуры готов обсудить с вами возможность постоянной работы в одном из московских театров. А вы чувствуете необходимость это обсудить?
– Ну, если департамент сочтет нужным такой разговор и выступит его инициатором, почему бы и не придумать что-нибудь. Но вообще, это немножко абстрактный вопрос. Хочу ли я, чтобы на окраине Москвы начали стройку и закончили ее к моменту моей смерти? – нет.

– У вас уже есть конкретные планы, чем вы будете заниматься дальше?
–  Нет, пока летаю в воздухе. Мысли заняты спектаклем.

– Давайте еще поговорим о нем. На какой стадии сейчас репетиции?
– Ну, сегодня записываем видео. Перед выпуском всегда кажется, что ничего не идет, и действительно корабль долго толкался в гавани, но сейчас мы вроде бы уже нашли верный курс.

Постановка называется «Сережа». Значит ли это, что в центре повествования будет сын Анны Карениной?
– Понимаете, назвать спектакль «Анна Каренина» – значит, заранее сложить свою голову на гильотину: у каждого своя «Анна Каренина», и ты никогда не оправдаешь чужих ожиданий. А если назваться «Сережа», люди будут готовы увидеть немножко другое. Сюжет толстовский лишь отчасти.

– Сережу мы увидим в детском возрасте?
– Да, это будет ребенок восьми лет.

– Кто будет играть?
– Не хотел бы пока говорить. Каренина и Вронского сыграют артисты МХТ Анатолий Белый и Виктор Хориняк. Работать с ними для меня огромное удовольствие и честь.

– Это будет история о том, как ребенок лишился матери?
– Наверное, да.

– Как вы думаете, если зритель идет не на классическое прочтение, а на авторскую интерпретацию, ему нужно готовиться?
– Да нет, как-то специально готовиться не нужно. Мне кажется, достаточно быть открытым. Доверять человеку, который хочет что-то рассказать тебе. И не нужно изначально вставать в позу: мол, у меня своя «Анна Каренина», а эта какая-то неправильная. В этом случае разговор становится бессмысленным. Да, еще неплохо быть хотя бы немножко начитанным. А вообще, главное – это интерес к происходящему.

Наверное, мхатовская публика отличается от зрителей «Школы драматического искусства». Возможно, здесь есть риск. Хотя, с другой стороны, те же самые опасения я испытывал, когда ставил в Театре наций. Я безумно благодарен зрителям, которые постоянно ходят на мои спектакли. В конце, когда я выхожу на поклон, ползала машет мне рукой – от этого просто ком в горле, но мне хочется верить, что мои спектакли интересны не только моей постоянной публике, но и людям вообще.




Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы.


  • Нравится


Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Елена Санаева: «Родителям я давала шороху»

    Перед спектаклем «Подслушанное, подсмотренное, незаписанное» за кулисами «Школы современной пьесы» звенели детские голоса. Двое сыновей актрисы Екатерины Директоренко играли с дочкой Светланы Кузяниной, пока обе мамы готовились к выходу на сцену. ...
  • Алексей Франдетти: «Хочу создавать другую реальность»

    Кажется, совсем недавно в Большом театре состоялась премьера «Кандид», а режиссер Алексей Франдетти уже с головой окунулся в новый проект: в Театре наций начались репетиции «Стиляг». В его жизни всё по графику: планы расписаны на два года вперед. ...
  • Римас Туминас: «Никогда не считай себя первым»

    Вечером в пятницу труппа Театра Вахтангова вернулась из Милана, где в рамках проекта «Русские сезоны» представила спектакль «Евгений Онегин». Постановку сыграли дважды (28 и 29 ноября) на сцене театра «Пикколо ди Милано» Джорджо Стрелера. ...
  • Постпенсионный взгляд на предпенсионную реформу

    Поэт когда-то воскликнул: «Времена не выбирают, в них живут и умирают!» Умирать стали очень дисциплинированно, с жизнью сложнее.   Ряды редеют. Что сделаешь – возраст. Прежде вечная проблема бренного людишкинского существования скрашивалась песенной бодростью типа «пока я ходить умею» или «возьмемся за руки друзья». ...
Читайте также