Потомок Алексея Толстого создал в Бостоне русский театр

 
«Театрал» продолжает рассказ о русских театрах дальнего зарубежья. В большинстве своем это театры драматические, но есть среди них и кукольные, и музыкальные. Сегодня мы познакомим читателей с оперным театром из Бостона. Его организовал пианист и певец Александр Прохоров.  
 
– Александр, вы успешный артист, гастролирующий по всему миру. Скажите, зачем вам понадобилось организовывать свой театр? Ведь это так хлопотно…
– Если быть точным, то не театр, а оперную компанию. Эта идея давно витала в воздухе, потому что музыка сопровождает меня всю жизнь. В юности в Москве я окончил музыкальное училище по классу фортепиано, и тогда же начал серьезно заниматься вокалом. Пел в хоре «Славянский лик», которым руководила Майя Марковна Пушкина, именно она сделала меня певцом.

Позже я создал свою группу, с которой мы делали программу. Когда понял, что помимо пения мне хочется еще что-нибудь создать, стал заниматься организацией концертов. Но поскольку часто бывал на западе, то понял, что всё, что я пытаюсь сделать здесь, мне проще осуществить там.

Я решил расширить географию и отправился в США. Приехал уже состоявшимся артистом с идеей сделать концертную программу по сказкам Пушкина. С этим предложением отправился в консерваторию в Кэмбридже, где меня выслушали, а потом попросили что-нибудь спеть. И когда я спел, предложили у них учиться и даже назначили стипендию. Я согласился, но одновременно с учебой принимал участие в постановках двух оперных компаний: Бостонской Лирической Оперы и Бостонской Оперы, а также  выезжал по приглашениям на сольные концерты в другие штаты. В Америке я получил три оперных диплома: два в Longy School of Music in Cambridge: Performing Arts and Master degree (cтепень магистра) и третий в Оперном институте при Бостонском Университете.

– Можно сказать, баловень судьбы...
– Нет, что вы, совсем не так. После окончания института мне нужно было определиться с тем, что делать дальше. Пока размышлял, набрал студентов и начал с ними заниматься. Мы ставили оперные сцены, маленькие тематические спектакли, разучивали цыганские романсы и еврейские песни. Наш коллектив стал расти в профессиональном отношении, и я подумал, что с этими ребятами вполне можно организовать оперную компанию. Тем более что у одной из певиц – Ольги Лисовской, которая участвовала во многих моих проектах, проявился большой организаторский талант. Я увидел это, когда мы с Ольгой вдвоем спели оперу Перголезе «Служанка-госпожа». Постановка была тепло встречена зрителем, и мы поняли – у нас будет свой театр. Так появилась оперная компания Commonwealth Lyric Theater, в которой Ольга стала исполнительным директором, а я художественным руководителем.

– Какой была ваша первая постановка?
– Мы решили заниматься славянской музыкой, и первой нашей оперой стала «Иоланта» Петра Ильича Чайковского, потом «Алеко» Сергея Рахманинова, «Моцарт и Сальери» Николая Римского-Корсакова.

Ставя классику, я стараюсь адаптировать ее для современного восприятия. Так, например, в оперу «Алеко» ввел цыганскую музыку, которую аранжировали под Рахманинова. Причем так, что даже специалисты не могли различить, где Рахманинов, а где цыгане. Зато спектакль получился острее, драматичнее и был встречен американцами на «ура». Мы ставили его в католическом соборе, где прекрасная акустика. Представьте: в зале раскинулся цыганский табор, стоит кибитка, на которой сушатся вещи, билетеры и прочие служители театра одеты в цыганские наряды…

Наша постановка получила первую премию на конкурсе American National Opera Association. Туда посылают работы на DVD, не указывая авторов, поэтому лауреата выбирают вслепую. И два года подряд мы выигрывали этот конкурс. Первый раз с «Алеко», а второй раз с оперой «Моцарт и Сальери», сюжет которой тоже немного переделали.  

– В вашей оперной компании работают профессиональные артисты?
– В наших постановках участвуют профессионалы высокого уровня – солисты Metropolitan Opera и Большого театра. Они приходят к нам и по-дружески поют, не требуя никаких гонораров. Потому что знают, что гонораров для такого уровня артистов мы платить не можем. И, конечно, немаловажно, что у нас прекрасный профессиональный оркестр, с которым работают такие замечательные дирижеры как Лидия Янковская, Сергей Ханукаев, Зак Швартцман, Адриен Бриттен, и др.

Commonwealth Lyric Theater очень популярен не только в Бостоне, но и в других регионах США. Правда до сих пор не имеет своего помещения. Есть только малый зал на 250 человек, который находится непосредственно в нашем доме, что создает нам некоторые бытовые проблемы.

– Несмотря на это вы организовали еще и детскую студию Lucky ten. Сколько ребят в ней занимаются и какие дисциплины они проходят?
– Мы не делаем специального набора, кто придет, тот и будет заниматься. Бывало 60-70 человек, а на сегодняшний день у нас 20 ребят. Так сложилось исторически, что к нам приходят очень разные дети – и местные англоязычные, и приехавшие из Израиля, и из Восточной Европы. Я преподаю им вокал, а хореографию ведет Анна Кравец. То есть наши дети поют и танцуют. Мы подходим к занятиям строго – если что-то делать, то делать хорошо, профессионально. И это выдерживают не все, остаются только самые трудоспособные.

К тому же, и отношение к занятиям в студии у всех разное. Русскоязычные родители, когда приводят ребенка в студию, рассматривают массу различных факторов, и для них занятия в студии, в первую очередь, это серьезная академическая школа. Американцы смотрят на это по-другому – ребенок хочет петь, пусть развлекается, лишь бы ему было хорошо. Конечно, это очень важно и для русскоязычных тоже. Но наши дети относятся к занятиям серьезно, особенно когда им это нравится. Сейчас выросло поколение детей, с которыми мы начинали заниматься меньше десяти лет назад. И многие из них поступили в консерваторию, работают в музыкальном театре.

– Я знаю, что и ваши дети (Афанасий Прохоров и Кларк Рубинштейн) добились больших успехов на музыкальном поприще.
– Наши дети прекрасно поют. А у нас с Ириной (супруга Ирина Рубинштейн – «Т») их шестеро – двое от ее предыдущего брака, трое моих и общий ребенок – прелестная дочка, которой сейчас два года, и она уже полюбила сцену. В прошлом году мы сняли автобус и все вместе поехали в путешествие по Калифорнии. В Сан-Диего и в Сан-Франциско организовали концерты, на которых я пел вместе с детьми. Публика принимала нас прекрасно, было много восторженных отзывов в прессе.

– И не удивительно, ведь ваши дети потомки знаменитых предков, а талант накапливается поколениями. Читала, что писатель Алексей Толстой приходится вам дедом…
– Не совсем так. Прадедом по линии матери Екатерины Никитичны Толстой. Со стороны мамы такие известные личности, как композитор Дмитрий Толстой, физик Михаил Толстой, писательницы Наталья и Татьяна Толстые. Второй прадед – Михаил Леонидович Лозинский, поэт и литературный переводчик.
И семья Прохоровых тоже очень славная, с удивительной судьбой. Там есть и писатели, и математики. Брат деда, Юрий Васильевич Прохоров,  математик, академик РАН. Отец, Александр Владимирович Прохоров, профессор МГУ, прекрасно пишет, занимается составлением учебников.  Моей бабушке в этом году исполнился 101 год. Она всю жизнь работала редактором «Литературной газеты» и лично знала практически всех советских писателей.

А я вот пошел совсем по другой линии: занимаюсь музыкой, играю на рояле, сочиняю, пою и руковожу оперным театром.

– Какими новыми постановками вы порадовали своего зрителя в этом году?
– Весной состоялась премьера оперы «Демон» Антона Рубинштейна. Мы театр малых форм и обычно исполняем одно- и двухактные оперы. Демон это «большая опера», 3-актная с прологом, эпилогом и даже с апофеозом... Я считаю, что продолжительность оперы связана с традициями оперных театров XIX века, когда люди приезжали в театр провести там весь вечер и обычно оперный спектакль длился около 3 часов. Мы увлеклись идеей, что сам Рубинштейн назвал оперу «фантастической». Сделали некоторые сокращения больших и помпезных сцен, для того чтобы обнажить и сделать более сконцентрированной драму, размытую музыкальным материалом, созданным композитором, чтобы опера отвечала тем стандартам. И поскольку постановка современная, используем видео декорации и эффекты, чтобы помочь реализовать концепцию демона – духа, который витает над землей и является Тамаре в снах.

В спектакле занят великолепный состав певцов и прекрасный фольклорный грузинский ансамбль «Песвеби» из Нью Йорка. Надеюсь, что опера Демон станет такой же успешной, как и другие постановки оперной компании Commonwealth Lyric Theater и мы сможем привезти нашу постановку в Москву.
 


Справка
Александр Прохоров
Родился: в 1970 году в Москве

Образование: Мерзляковское музыкальное училище при консерватории имени П.И.Чайковского по специальности фортепиано; степень магистра получил в оперном исполнении в консерватории Longy School of Music и Бостонском оперном институте.

Карьера: оперные роли певца включают в себя Дон Паскуале («Дон Паскуале» Доницетти); Раймондо ( «Лючия ди Ламмермур» Доницетти); Колин («Богема» Пуччини); Эскамилио («Кармен» Бизе); князь Гремин («Евгений Онегин» Чайковского);  Феррандо («Трубадур» Верди) и …. («Сон в Летнюю Ночь» Бриттена).

  • Нравится

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи

Также вы можете войти, используя аккаунт одной из сетей:

Facebook Вконтакте LiveJournal Yandex Google Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID

Самое читаемое

  • «Этот закон угробит культуру»

    В ближайшие дни состоятся парламентские слушания законопроекта  о социальном заказе*, против которого уже выступили Союз театральных деятелей и Союз музеев. Суть документа заключается в том, чтобы снизить нагрузку на бюджет, допустив на рынок «культурных услуг» некоммерческие организации и передав им на конкурсной основе бюджетное финансирование, предназначенное государтсвенным и муниципальным учреждениям культуры. ...
  • Кирилл Крок: «Ситуация для российских театров чудовищная»

    Круглый стол, состоявшийся 8 сентября в Большом театре, был посвящен опыту Дирекции императорских театров – точнее, тем лучшим его достижениям, которые можно применить и сегодня. При этом некоторые участники дискуссии коснулись и острых проблем нынешнего дня. ...
  • Мария Ревякина: «Кто спасёт театр от заказа?»

    Острых проблем в современном театре много (недавно «Театрал» приводил точку зрения на этот счет Валерия Фокина, Владимира Урина и Кирилла Крока). Но в числе прочих бед есть одна, которая вызывает особое опасение – стремление Минфина вывести театр за рамки бюджетного финансирования. ...
  • Александр Калягин: «Больше медлить нельзя. Мы можем потерять отечественную культуру»

    В понедельник, 25 сентября, председатель СТД Александр Калягин, открывая Уральский театральный форум, рассказал о том, что тревожит его сегодня больше всего. Речь идет, разумеется, об инициативе Минфина внедрить в сфере культуры Закон о социальном заказе (подробнее см. ...
Читайте также


Читайте также

Читайте также