Без коварства – про любовь

В МХТ поставили спектакль про усталого правителя

 
Обаятельная пьеса Теренса Рэттигана о дворцовом переполохе дает актерам возможность блистать в шаловливых диалогах и комических положениях (полвека назад по ней сняли фильм с Лоуренсом Оливье и Мерилин Монро). Вещь, практически неизвестная нашему зрителю, выбрана режиссером Романом Самгиным для бенефиса маститого Дмитрия Назарова и молодой Ксении Тепловой.
 
На Малой сцене МХТ зритель оказывается внутри шатра из вощеных парусов. Обстановку дополняют медвежья шкура на полу, громоздкий сундук и миниатюрный столик со стулом – восточные ли это мотивы, пиратский парусник или резиденция балканского правителя – трудно сказать определенно, хотя создатели спектакля «Спящий принц» настаивают на последнем. Сам правитель Карпатии, регент при юном сыне – деловитый, уставший от забот, застегнутый в глухой мундир и столь же мало открытый эмоционально великий герцог Чарльз. Он в Лондоне с официальным визитом и очень хочет провести один вечерок вполне неофициально. Для этого приглашает через приставленного к нему секретаря дипслужбы Нортбрука молоденькую актрису, приглянувшуюся ему накануне в одном из театров. Но что-то пошло не так, и вместо привычного меню удовольствий и регламентированных легких нарушений приличий вышла сплошная кутерьма.
 
Сначала выясняется, что она «не такая», и отдаться высокому покровителю за драгоценное подношение не может. Вот если бы он соблазнял ее по-настоящему, например, позаботился о полумраке, ароматах и музыке… Когда Чарльз принимает этот кокетливый вызов, он оказывается в шаге от успеха, но тут волнение и вино сбивают его собеседницу с ног в прямом смысле слова. Дальше интрижка совершенно выходит из заданного русла и превращается в круговерть событий в масштабах семьи, дворца, иностранного представительства и далекой родины.
 
Эта пьеса – подарок для актеров. Парад ролей, требующих водевильной легкости, чувства ритма, юмора и вкуса. В центре – конечно, дуэт Чарльза и Мэри. Хрупкая белокурая Ксения Теплова в скромном плащике, белом платьице и туфлях, которые составляют ее лучший вечерний наряд, поначалу кажется испуганной, оттого старается держаться независимо, задирает подбородок перед наставляющим ее Нортбруком и показывает зубки при встрече с коварным соблазнителем.
 
Однако в герцоге, каким играет его Дмитрий Назаров, ни коварства, ни соблазнительности. Перед нами усталый государственный муж. Он ходит, опустив печи и подавшись вперед, его не оставляют заботы о политических передрягах на родине, и ему не очень-то хочется слишком подробно заниматься строптивой девчонкой. Поначалу ему всего лишь досадно, что налаженный алгоритм из подарка, вина и его недвусмысленного предложения дал сбой. Но постепенно ей удается растормошить его – не то чтобы сразу покорить, но хотя бы вовлечь в игру, оторвать от телефонов и приказов, занять собой, наконец. Он уступает – едва ли не нехотя, но постепенно все более раскачиваясь и увлекаясь. Он демонстрирует ей свой арсенал обольщения, как бы отряхнув его от пыли и пробуя действие заржавленного механизма. Рассказ его о принце, живущем без любви, словно в анабиозе, и только и ждущем живительного поцелуя, слишком незамысловат, явно заучен и многократно повторен при сходных обстоятельствах,  и может произвести впечатление разве что на такую неискушенную и простодушную особу, какой она выглядит в глазах принца. Однако простодушия в ней столько же, сколько лукавства и известной ловкости.
 
Раздразнить герцога, видавшего совсем другую степень готовности своих прежних гостий, ей было нетрудно. А вот сделать своим сообщником и конфидентом сухаря-секретаря, очаровать юного короля – сына герцога, и даже – в весьма щекотливых обстоятельствах – его жену, величаво изображающую слепоту и глухоту там, где считает излишним видеть и слышать – это все же требовало ума  и такта. Молодая актриса проводит свою героиню через все повороты роли с изяществом и юмором, она легко танцует, грациозно кокетничает, обаятельно упрямится и скромно принимает свои победы. Король – его играет студент Кузьма Котрелев – находит в ней напарницу в покере и помощницу в пикировках с противной ему невестой, а еще – старшую сестру, уговаривающую понять отца. С тем же успехом она и герцога убеждает понять и простить дерзости сына, и вносит мир в королевскую семью. Но мало того – она умудряется внушить жесткому правителю идеи превосходства демократии над авторитаризмом и способствует освобождению политзаключенных, гордо предъявив свое американское происхождение и верность идеалам родины.
 
Все эти виражи сюжета невозможны без толики пародийности, и актеры не без иронии подают своих персонажей, особенно – Дмитрий Назаров. Его герцог действительно молодеет на глазах, распрямляет плечи, меняет скучный френч на парадный китель и не без удальства запахивается в бурку. История спящего принца – перевернутая сказка про спящую красавицу, рассказанная им наивной актрисе, под ее чарами начинает происходить с ним на самом деле, на глазах зрителя, и в нем просыпается живой интерес – не только к героине, а к жизни в целом. Актер подает своего персонажа комически, и в то же время – с симпатией к его волшебному пробуждению, к поздней весне. Меняется и его повадка – мрачноватый и тяжело двигавшийся, как насупленный медведь, он превращается в довольного кота, мурлычущего и играющего с мышкой: во втором действии Чарльз показывает себя не менее ловким в искусстве флирта, чем она, и заставляет Мэри зеркально повторять сцену из первого действия – тогда он ее безуспешно соблазнял, теперь ей позволяет себя добиваться. Кода наутро он появляется в халате и порхает по сцене, готовый расцеловать каждого встречного – это забавная картинка стремительного, действительно сказочного преобржения.
 
Рядом с этим дуэтом, который то и дело заставляет смеяться зал, есть еще несколько колоритных персонажей. Артем Волобуев делает своего Нортбрука ходячим шаржем на чопорных англичан и вышколенных дипслужащих, с редким хладнокровием попадающим в одно затруднительное положение за другим и с не меньшей невозмутимостью из них выпутывающимся. А Ольга Васильева играет сиятельную супругу герцога с иронией и достоинством, которые озаряют светское искусство сохранения лица в любой ситуации. Щеголяя нарядами и сверкая драгоценностями, она столь доброжелательно беседует и с супругом, и с внезапной его гостьей, и с неприятными визитерами, столь небрежно заставляет окружающих следовать ее велениям и желаниям, показанным движением брови, что становится ясно – аристократизм есть способность никогда не попадать впросак и легко выходить из самых сложных поворотов – беседы и судьбы. И, наконец, юная Софья Ардова создала тонкую и знакомую карикатуру злой и упрямой девчонки – впрочем, какой же еще быть ее героине, которую маменька прочит за короля вопреки ее воле. Эдакая смесь Пеппи и современной хулиганки, колкой язвы в круглых очках, которая от подначек и шпилек легко срывается в драку – образ узнаваемый, смешной и живой.
 
История о том, как чопорная Европа столкнулась с американской живостью и пала жертвой ее чар, как нарушение регламентов ведет к благим переменам в политике и семье, а пробудившееся сердце отказывается открыто не только свежему чувству, но и семейным узам – это сказка, разыгранная мхатовцами с удовольствием, темпом и юмором. А финал ее, когда героиня, действительно влюбившись в герцога, отказывается от его щедрого содержания и остается в своем театре до конца контракта, чтобы потом приехать к нему как самостоятельная любящая женщина, а не как содержанка, звучит совсем современным хэппи-эндом.
  • Нравится

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи

Также вы можете войти, используя аккаунт одной из сетей:

Facebook Вконтакте LiveJournal Yandex Google Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID

Самое читаемое

  • Александр Калягин прокомментировал ситуацию с Кириллом Серебренниковым

    Александр Калягин, художественный руководитель театра Et Сetera, председатель Союза театральных деятелей РФ в эфире программы «Разворот» на радиостанции «Эхо Москвы». . Насколько я понял, насколько я слышал – а для меня это как обухом по голове – единственное, что я могу сказать: нужно быть чрезвычайно осторожным, особенно с такой фамилией, с таким талантливым человеком. ...
  • «Зачем устраивать такой жесткий спектакль?»

    День 23 мая принес много тревожных новостей, связанных с обысками в «Гоголь-центре» и в квартире художественного руководителя театра Кирилла Серебренникова. События вызвали беспокойство театральной общественности. ...
  • У Кирилла Серебренникова проходит обыск

    Об этом написала на своей странице в Facebook правозащитница, журналист, исполнительный директор движения «Русь сидящая» Ольга Романова. Других подробностей пока не сообщается. «Театрал» будет следить за развитием событий. ...
  • «Черный вторник»

    23 мая 2017 года для многих в нашем театральном сообществе останется – «черным вторником» (вне зависимости от того как закончится история с расследованием вокруг «Седьмой студии»). «Черным» этот вторник запомнится хотя бы потому, что у многих впервые с обыском пришли в квартиру лично знакомых людей. ...
Читайте также


Читайте также

  • Премьеры недели (22-28 мая)

    Под занавес сезона театры подготовили целую серию премьер. А на прошлой неделе, согласно опросу «Театрала», лидерами в листе зрительских ожиданий оказались спектакли «Ревизор» театра Et Cetera (25%), «Ваня и Соня, и Маша, и Гвоздь» театра «Сатирикон» (21%) и «Дом Бернарды Альбы» Электротеатра «Станиславски». ...
  • Александр Журбин приобщился к Фрейду

    Под занавес сезона на сцене Московского музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко состоится мировая премьера оперы Александра Журбина «Метаморфозы любви». Показы будут проходить ежедневно с 25 по 28 мая. ...
  • Премьеры недели (15-21 мая)

    Сезон движется к завершению, но в театрах выходит много интересных премьер, заявленных еще вначале сезона. Напоминаем: понравившиеся работы зрители могут номинировать на премию «Звезда Театрала» (лонг-лист будет объявлен в июне). ...
  • Между Страхом и Отчаянием стоит Любовь

    Лев Додин объединил в авторской композиции два драматургических текста Бертольта Брехта: к философским рассуждениям Циффеля и Калле из «Разговоров беженцев» добавил гремучую смесь историй героев «Страха и отчаяния третьей империи». ...
Читайте также