Михаил Левитин, главный режиссер театра «Эрмитаж»

«Я помню весь свой двор»

 
Я так много писал об Одессе, что уже путаю конкретный предмет воспоминания с тем, что мной написано. Это происходит всегда у человека, когда он к чему-то относится с большой любовью. Я не был исключением из одесситов, и относился к родному городу с невероятной страстью. При этом существовал крайне отдельно от компаний. Компании в Одессе были культурные, художественные, с мечтами, кстати, большей частью осуществленными, как, например театр Парнас, где был Жванецкий. А я не принадлежал никакой компании, даже пляжной. Я был в своем доме, дворе – этого мне вполне хватало. Я жил в огромной коммунальной квартире в центре города, мы занимали маленькую комнату. 30 семейств и один туалет, черный ход. Вероятно, это квартира была частью настоящей, хорошей, буржуазной одесской квартиры. Охватить ее всю, как прежнюю, красивую мне не удалось. Но я полюбил тех, кто был рядом. Я до сих пор чувствую себя верным тем, кто был со мной рядом в детстве. Я помню их каждого индивидуально. Я помню весь свой двор. Я помню подозрительных дворников этого дома. Подозрительных – потому что один из них был полицаем у румын. Он вернулся из лагеря. Второй каким-то образом уцелел, хотя доставал еврейских детей из-под кровати и выдавал их румынам или немцам. Я помню этих своих сторожей. Они вели себя по отношению ко мне, особенно один, Степан, крайне симпатично. Помню человека, который дал мне впервые почитать Бабеля. Это был очень надменный полиграфист. Он очень многозначительно требовал от меня оценки. Он унижал меня своим восторгом, который я разделял. Но это высокомерие…Вообще люди в Одессе ведут себя очень странно. То ли как у Монтана «солнцем полна голова», то ли просто какая-то путаница происходит в этом городе, то ли этот город одновременно рай и ад.
Вокруг меня с детства было много театров. Моя мама была большим театралом. Мало того, ее увезли рожать из ложи Русского драматического театра.

Меня брали не только в женскую баню до пяти лет, но и в театры. Водила меня туда мама. Я очень хорошо помню оперетту, это было настоящим явлением. Было три драматических театра: «Красный факел», который уехал в Новосибирск, Советской армии и Русской драмы. Театр Советской армии обменяли на Львовскую оперетту. Также был Украинский театр и ТЮЗ, к которому я имел непосредственное отношение. Я много и подробно писал о своих опереточных впечатлениях. Оперетта заняла очень много места в моей жизни и занимает до сих пор. Свое детство я воспринимал, как оперетту. Оперетта была хорошей и экспериментальной. Почему-то проблем с репертуаром у них не было. Они ставили итальянские, румынские, венгерские, польские, советские оперетты. И всех их я до сих пор знаю наизусть. Помню артистов, например, Гловацкую, которая, по слухам, была любовницей маршала Жукова. Помню Водяного, Демину, Дембского, Крупника. Помню огромное количество артистов. Я столкнулся с роскошным, немного вульгарным, абсолютным музыкальным и в достаточной степени культурным театром. Потому что в Одессе оперетту любили не за пошлость, а за то, что она хорошая, полноценная, как Привоз. Что касается Украинского театра, он был замечателен. Оттуда поступали реформистские для театральной Одессы веяния. Например, там был потрясающий режиссер Василько. Поскольку театр был очень близко от моего дома, а язык был один из родных – учил его в школе, то я часто ходил в Украинский театр. Еще был Русский театр им. Иванова. С ним всегда было чуть-чуть труднее, хотя он плотно связан с моей судьбой. Это, прежде всего, Лия Бугова. В свое время она была примадонной Еврейского театра. Она, никогда не рожавшая, сыграла на сцене всех матерей. Именно она готовила меня для поступления в ГИТИС. Она и Роза Сирота. Русский театр был сильным. Там был один невероятный артист Евгений Котов. Я никак не мог понять, почему этот блестящий, мягкий, внутренне невероятно пластичный артист, настоящий художник, почему он без звания. Оказалось, что он остался с радловской труппой, которая была в Пятигорске у немцев. Он сидел. Потом его как-то наградили. И еще там был артист, который обольстил меня навсегда – это Юра Горобец. Он пришел туда после московского вуза. Он играл, пил и был достопримечательностью Одессы. Он был грандиозен. Потом премьером стал Сеня Ермолинец. Я вспомнил его, потому что он сыграл главную роль в моем первом спектакле. Оперный театр я в основном помню не по репертуару: там было много чудовищных опер. Но зато на этой сцене были прекрасные гастролеры. С ТЮЗом у меня связаны воспоминания о студии при нем, которую я закончил: довольно быстро, бегло, без особых воспоминаний.

Одесса создавала людей, способных иметь будущее. Виноваты стены, которые были построены хорошими французами под руководством хорошей императрицы. Это был вполне Париж. Одесса была интернациональная. Она была чуть-чуть грязновата, чуть-чуть толстовата, чуть-чуть разболтана, со своими прекрасными традициями. Одесса была шикарна.


  • Нравится


Самое читаемое

  • «Я не закрою кабинет и буду приходить в театр»

    Художественный руководитель московского театра «Современник» Галина Волчек планирует найти сотрудника, который мог бы вести дела в ее отсутствие. Об этом она сообщила во вторник, 1 октября, на сборе труппы в честь открытия 64-го сезона. ...
  • Голая правда

    Новый спектакль «Гоголь-центра» взбудоражил публику и прессу задолго до первых показов, когда стало известно, что в нем участвуют Сати Спивакова, Константин Богомолов и около двадцати обнаженных перформеров. Театр же позиционировал свою премьеру, как запоздалое пришествие на отечественную сцену немецкого драматурга Хайнера Мюллера, которого у нас хоть и ставили, но весьма эпизодически, тогда как в Европе он был одной из знаковых театральных фигур конца прошлого века, а в 90-е возглавлял «Берлинер Ансамбль». ...
  • «Ленком» перенес вечер памяти Николая Караченцова

    Московский театр «Ленком» перенес дату вечера, приуроченного к 75-летию Николая Караченцова, на 27 января. Как сообщал «Театрал», мероприятие должно было состояться 21 октября – в преддверии дня рождения актера. ...
  • «Мы должны быть вместе»

    Фото: Михаил Гутерман  Во вторник, 1 октября, Московский театр «Современник» открыл 64-й театральный сезон. По традиции, сбор труппы состоялся в день рождения первого художественного руководителя театра Олега Ефремова. ...
Читайте также


Читайте также

  • Театр «Арт-мастер» готовит много премьер

    Русскоязычный театр «Арт-мастер» из финского города Ювяскюля открыл юбилейный, 10-й по счету, сезон. По просьбе «Театрала» руководитель коллектива Кира Мирутенко рассказала о планах на предстоящий творческий год. ...
  • «На Парижской волне»

    После успешных гастролей в Москве, прошедших в сентябре в рамках фестиваля «Мир русского театра», театр «Диалог» (Нью-Йорк) готовится представить на Бродвее новую постановку. На сей раз основатель и художественный руководитель коллектива Ирина Волкович работает над спектаклем по рассказам Ивана Бунина и современного писателя Елены Дубровиной. ...
  • Лондонский «Хамелеон» поставил спектакль про Пеппи

    Русский театр «Хамелеон» поставил в Лондоне новый спектакль по мотивам повести Астрид Лингрен «Пеппи Длинныйчулок». Премьера состоится 27 октября.  «Это спектакль-кукарямба для всей семьи, – рассказала «Театралу» художественный руководитель и основатель театра Влада Лемешевская. ...
  • Рустем Галич: «Театрал» открыл нам перспективу»

    Уроженец Казани Рустем Галич с 2000 года живет в Нью-Йорке, снимается в кино, ведет передачи на радио и ставит спектакли. В спектакле «Поверх барьеров» театра «Диалог» из США он играет Бориса Пастернака. ...
Читайте также