Камерный конфликт

Что происходит в Смоленском театре

 
В считанные дни смоленский Камерный театр превратился в горячую точку. «Артисты готовы массово покинуть труппу», – сообщает, например, местное издание Readovka.ru. Тема получила развитие на городских порталах. Главная обеспокоенность вызвана тем, что, по слухам, мэр города Николай Алашеев назначил в Камерный театр директора, которому придется решать не только административные вопросы, но и… формировать художественную программу театра, а также утверждать артистов на главные роли в спектаклях.
 
Возмущение коллектива было вызвано еще и тем, что скоро в театре планируется капитальный ремонт, на проведение которого из городского бюджета выделяется крупная сумма. Некоторые местные журналисты напрямую увязали этот факт с назначением нового директора. По их словам, делается это для того, чтобы чиновники, могли через «своего человека» контролировать распределение средств. Вместе с тем сообщалась еще одна нерадостная новость: оказывается, театр лишается и своего второго здания, где есть небольшой зрительный зал и пошивочный цех. Все это в короткий срок превратило смоленский Камерный театр в зону конфликта. Пошли слухи о готовящемся массовом увольнении и открытых письмах с просьбой о защите. Не дожидаясь ответов, основатель и худрук театра Николай Парасич покинул рабочее место.
 
«Театрал» дозвонился двум сторонам – новому директору Оксане Неклюдовой и представителям актерского коллектива Алексею Парасичу и Александре Махониной. 

* * *
Оксана НЕКЛЮДОВА: «У меня на столе не лежит ни одного заявления»

– Оксана Александровна, вы можете прокомментировать, что происходит сейчас в театре?
– Не понимаю, о чем вы.

– Смоленские СМИ пишут, что коллектив на грани распада…
– Я в эти дни газет не читала. Если бы читала, то мне некогда было бы работать.

– Тогда по порядку. Вас ведь только что назначили директором…
– Если говорить по порядку, то был изменен устав театра для того, чтобы первым лицом театра стал директор. Прежде эту функцию выполнял художественный руководитель. Был у него в подчинении и директор. Но субординация выстраивалась неправильно: Камерный театр оставался единственным учреждением культуры Смоленска, где у администрации города не было контракта с директором. Поэтому изменили устав для того, чтобы поменять субординацию – на благо самого же театра. Директор отвечает за всё. И уже директор заключает контракты со всеми сотрудниками.

– Как вы считаете, в этом была необходимость? Зачем переписывался устав?
– Этот вопрос не ко мне, поскольку я в том процессе не участвовала и, признаться, не могу судить о предпосылках. Когда мне предложили эту работу, то никто не объяснял, почему такое решение было принято. У меня спросили: «Вы готовы стать директором театра? Интересно ли вам это учреждение культуры?»
Я дала свое согласие, но при условии, что кадровый вопрос не повлечет за собой проблем для артистов и что Николай Петрович Парасич останется художественным руководителем.

– Но его, равно как и артистов, возмутило то, что директор отныне будет решать художественные вопросы...
– Не понимаю, откуда пошла такая информация?! Директор не вправе вмешиваться в творческий процесс, поскольку решает исключительно административные вопросы.

– Пишут, что задача нового директора – утверждать артистов на роли в спектаклях. Это действительно странно, ведь противоречит общепринятым нормам.
– Мне никто ничего подобного не предлагал. Назначение было сделано мэрией для того, чтобы помочь Николаю Петровичу. Вы ведь сами понимаете, что совмещать вопросы творческого характера и административного плана достаточно сложно. Как он творил, так и продолжал бы творить, как мастер. Это его труппа, с ней он работал уже много лет. Зритель доволен.

– В таком случае, почему он покинул театр?
– Человеческий фактор. Либо ему не так преподнесли…

– Получается, единственная причина конфликта в том, что Николай Петрович не захотел вас услышать?
– Я за ним не бегала, я его в лицо даже не знаю…У меня не было возможности с ним поговорить.

– Ну как же, вы в одном городе живете и в одной сфере работаете…
– Ну мало ли… Я была директором филармонии, но с Камерным театром никогда не сотрудничала. А сейчас я прилагаю все усилия для того, чтобы вернуть его в коллектив. Мы, кстати, сейчас письмо ему пишем: «Уважаемый Николай Петрович. Коллектив смоленского Камерного театра просит вас прийти и возглавить начатое вами дело. Возложить на себя должность художественного руководителя». То есть мы просим о том, чтобы он пришел. В семье всякое бывает. Надоело. Развелся – ушел. Потом опять вернулся в семью.

– Готовы ли вы встретиться с коллективом?
– А встреча уже произошла сегодня с утра. Почему сегодня? Потому что вчера у них был выходной день, я не стала никого тревожить. Вчера я встретилась только с администрацией театра – нормально все обсудили.

– Артисты и правда готовы уволиться?
– У меня на столе нет ни одного заявления.

– Серьезно?
– Куда серьезнее! Передо мной сидят главный бухгалтер и начальник отдела кадров – они не дадут соврать.

– Получается, что ушел только худрук?
– Я уверена, что и он скоро вернется в свой дом.

– Кстати, хотелось бы вот еще что понять. Вы говорите, что вас назначили для того, чтобы была четкая субординация между администрацией города и театром. Но ведь до недавнего времени директор в театре тоже был…
– Это разные вещи. Согласно старому уставу, его назначал не глава города, а художественный руководитель. Теперь будет иначе. Директор несет ответственность за все, но, безусловно, работая в тандеме с худруком, художественная составляющая – у художественного руководителя.

– Когда назначали вас на эту должность, то ведь нужно было согласовать вопрос и с предыдущим директором?
– Не надо было согласовывать. Так получалось, что он уходил на другую должность – на должность директора кинотеатра «Современник». Он ни в чем не пострадал.

– То есть никто никому дорогу не переходил?
– Нет, абсолютно! Раньше было первое лицо худрук, а директор – под ним. Теперь наоборот, как и положено во всех муниципальных и областных учреждениях культуры.

– Вызывает обеспокоенность и предстоящий ремонт театра. В блогосфере судачат: дескать, вы будете заниматься распределением средств…
– Деньги, выделенные на ремонт, никоим образом не касаются бухгалтерии театра. Управление культуры выделяет сумму подрядчику и само же его контролирует. Директор театра следит лишь за тем, чтобы ремонт выполнялся в срок и не нарушал интересов театра – то есть, чтобы по итогам реконструкции и артистам, и зрителям было комфортно. Задача непростая, ведь наш Камерный театр – это бывший кинотеатр «Юбилейный», его очень сложно приспособить под театр.

– А что со зданием, которое отняли у театра?
– Действительно, у театра есть второе помещение со зрительным залом на 145 мест. Но оно давно уже пришло в негодность. Работать там невозможно. Течет кровля. Состояние ущербное и чтобы привести его в божеский вид, нужны колоссальные средства. Поэтому администрация дала театру взамен хорошее отремонтированное помещение на первом этаже в здании, где прежде находилась библиотека. Ничего не течет, нигде не капает, ниоткуда не дует. Нормальные окна, светло, чисто, спокойно. И площади совершенно позволяют там разместиться. Так что, с этим ресурсом мы начинаем новую жизнь. Хочу еще раз обратиться со страниц «Театрала»: мы просим Николая Петровича вернуться в свой дом.
 
* * *
Алексей ПАРАСИЧ: «Они, ничего не сказав, поменяли устав театра»

Следом «Театрал» позвонил Алексею Парасичу, актеру Камерного театра, сыну худрука Николая Петровича Парасича.

– Алексей, чем администрация города объяснила кадровые перестановки?
– Изначально решение о назначении нового директора  Камерного театра принял глава администрации Смоленска Николай Николаевич Алашеев – без объяснения причин. Позднее, правда, в газете «Рабочий путь» была опубликована статья, в которой работа руководства театра была признана неэффективной. Это и послужило «поводом» для смены руководства. Насколько мне известно, теперешний руководитель Камерного театра, Оксана Александровна, в прошлом была директором филармонии, откуда ее уволили, после чего она подала заявление в суд, видимо, посчитав увольнение несправедливым. Суд постановил дать ей руководящую должность в каком-либо учреждении культуры. Этим учреждением почему-то стал наш театр, хотя на тот момент у нас был свой директор.
 
 Его же назначили руководителем кинотеатра «Современник»
– Не знаю. Я думал, он просто ушел из театра с приходом нового директора и все…
 
– Почему труппу так возмутило решение о назначении нового директора? Разве оно было незаконным?
–Действительно, по закону, департамент культуры может пригласить худрука и сказать: «Вы по-прежнему будете исполнять свои обязанности, но театр теперь будет возглавлять директор». Только с Николаем Петровичем поступили совершенно иначе. По сути, художественного руководителя грубо выгнали на улицу, как мальчишку, не объяснив причин. А теперь как ни в чем не бывало зовут обратно, да еще и недоумевают, почему он не хочет возвращаться! Его же и представляют виноватым в том, что он отказывается вновь принять на себя руководство театром. Да, по закону все гладко. Но кроме юридических законов есть еще и человеческие, не правда ли? И, наверное, несправедливо переписывать устав театра, даже не сообщив об этом человеку, который 27 лет строил этот театр. Он терпел нападки, мучился с артистами, когда те не желали работать, а только валяли дурака – много всего было. А теперь человека просто вырвали с корнем.
 
– Вы пытаетесь этому как-то противостоять?
– Я сейчас нахожусь в Москве, но вместе с актерами и отцом слежу за ситуацией в театре. Меня не было на собрании труппы, но там была моя мама, мои друзья и родные, так что, можно сказать, и я сам был там. Сейчас я стараюсь поднять на защиту театра московскую театральную общественность, поскольку ситуация просто бесчеловечная. Труппа писала открытые письма с просьбой вернуть худрука, но на них сначала не реагировали, а теперь просто попросили убрать их из открытого доступа. В свою очередь новая дирекция театра направляет письма Николаю Петровичу – мол, возвращайтесь, занимайтесь творчеством. А утверждать все будет директор…

– Утверждать что именно?
– Сначала говорили, что директор будет распределять артистов на роли. Хотя мне в это мало верится, поскольку директор, мне кажется, ничего в этом не понимает. Распределение в спектаклях – дело художественного руководителя, директору же следует заниматься хозяйственными вопросами, а не творческими. Хотя некоторые изменение в нашем актерском составе мы почувствовали уже сегодня... Артист Олег Морковкин, которого Николай Петрович уволил за то, что тот поносил театр, играл в спектаклях через пень-колоду и периодически сбегал на свои «халтуры», вновь появился в театре. Только убрали худрука – и Морковкин тотчас же возник на пороге. Ну да бог с ним…  

– А после встречи нового директора с труппой отношения как-то прояснились? 
– Сложно сказать. Коллектив в анабиозе. Им ведь постоянно говорят, что ничего страшного не происходит. Убеждают, что Николая Петровича любят и ждут. Прекрасно. Только раз все так хорошо, почему же местным изданиям недвусмысленно намекнули, что комментировать ситуацию вокруг театра лучше не стоит? Скоро выборы, и шумиха вокруг этого увольнения никому не нужна. 

* * *
Александра МАХОНИНА: «Самое страшное, что все это законно!»
 
Александра, решение о назначении директора можно считать окончательным?
– Да, к сожалению, решение чиновников окончательно. Во вторник  на собрании труппы нам ясно дали понять, что мы ничего не изменим. Сколько бы открытых писем мы ни писали, старую систему нам не вернут. Хотя не понятно, чем она не устраивала администрацию. Убедительных аргументов по этому поводу я так и не услышала. Единственным доводом начальства стала якобы неэффективная работа прежнего руководства. Но это просто невозможно. У нас много кассовых постановок. Билеты раскупаются на несколько спектаклей вперед. Например, «Примадонны» идут на нашей сцене не первый год – и каждый раз спектакль собирает полный зал. Жители города всегда с нетерпением ждут премьеры, и это подтверждается аншлагами. 
 
Раз дела театра шли так хорошо, нужна ли была реорганизация? 
– Если честно, было очень нелогично  проводить реорганизацию именно сейчас, когда театр находился на творческом подъеме, вдобавок делать это в середине театрального сезона. Мы готовили к выпуску новый спектакль, до завершения работы оставалась всего неделя. Сейчас премьера отложена на неопределенный срок. И самое ужасное, что все это законно! Свои действия администрация оправдывает указом президента о реорганизации учреждений культуры. Нам как бы говорят: «Мы не при чем, нам приказали так делать». Только вот указ, на который ссылаются чиновники,  на собрании так и не был зачитан.
 
А что было на общем собрании? 
– Нам представили нового директора. Говорили красиво и, как всегда, много обещали. Правда, их выступление представляло собой бесконечный монолог об одном и том же.
 
Как отнеслась труппа театра к кадровым перестановкам?
– Лично я сложившуюся ситуацию считаю просто ужасной. Когда я шла работать в театр, заранее знала, что Николай Петрович Парасич – прекрасный руководитель и замечательный режиссер. Он один из создателей Смоленского камерного театра. Он строил театр 27 лет, 17 из которых был его руководителем, а теперь его выдавили, ссылаясь на то, что проделанная им работа, оказывается, неэффективна. Это просто в голове не укладывается. Простите за лишние эмоции. Остается только надеяться, что мы сумеем прийти к какому-то компромиссу… 

 

  • Нравится


Самое читаемое

  • Умер Владимир Этуш

    Скончался Владимир Абрамович Этуш. В пятницу, 8 марта, актеру стало плохо. Скорая госпитализировала его в реанимационное отделение  одной из столичных клиник. Он был без сознания. Смерть наступила несколько часов спустя. ...
  • Евгений Князев: «Он должен был жить всегда»

    Утром в субботу, 9 марта, на 97-м году жизни не стало президента Щукинского театрального училища, народного артиста СССР Владимира Этуша. Накануне вечером он был госпитализирован в реанимационное отделение одной из московских клиник, однако спасти его жизнь не удалось. ...
  • Алексей Бартошевич: «Я был мхатовским ребенком»

    Для многих театроведов Алексей Бартошевич – ключевая фигура. Профессор ГИТИСа, один из крупнейших специалистов по творчеству Шекспира, автор научных трудов, Алексей Вадимович к тому же   представитель легендарной мхатовской семьи. ...
  • «Он для всех нас учитель с большой буквы»

    В субботу, 9 марта, не стало легендарного актера и педагога Владимира Этуша. Его ученики и коллеги скорбят о нем. Валерий Ушаков, актер театра им. Вахтангова: – Владимир Абрамович Этуш –  для всех нас учитель с большой буквы! Он хранил традиции актерской школы. ...
Читайте также


Читайте также

  • В суде прошло заседание по делу «Седьмой студии»

    В пятницу, 15 марта, в Мещанском районном суде Москвы состоялось очередное заседание по делу «Седьмой студии».   Напомним, режиссера Кирилла Серебренникова, экс-сотрудницу Минкульта Софью Апфельбаум, бывшего генпродюсера АНО «Седьмая студия» Алексея Малобродского и гендиректора организации Юрия Итина обвиняют в том, что они причастны к хищению средств, выделенных на проект «Платформа». ...
  • РПЦ просит передать ей Спасо-Андроников монастырь

    Патриарх Кирилл рассчитывает на то, что в ведение РПЦ передадут не только сам монастырь, но и прилегающие к нему здания, в том числе Музей древнерусской культуры и искусства, который находится на территории монастыря, однако, в руководстве музея выступают против инициативы церкви. ...
  • Константин Райкин выступил в поддержку театра «ФЭСТ»

    Константина Райкина записал видеообращение к губернатору Московской области Андрею Воробьёву в связи с ситуацией, сложившейся вокруг Мытищинского театра драмы и комедии «ФЭСТ».  Публикуем полную расшифровку этого видеообращения, размещенного на сайте театра. ...
  • В Бурятии закрывают актерский факультет

    В Восточно-Сибирском государственном институте культуры (ВСГАКИ) в Год театра решили закрыть актерский факультет. Информация об этом появилась в бурятских СМИ. Как сообщает arigus.tv, согласно стенду информации приемной комиссии вуза, набор на специальность «Актерское искусство» здесь больше не идет. ...
Читайте также