«А у нас в труппе играет Качалов»

«Театрал» продолжает рассказ о русских театрах дальнего зарубежья

 
Так сложилось исторически, что в Германии при русских диаспорах появилось несколько десятков театров. Но поскольку выживать в одиночку тяжело, руководители этих театров решили объединиться в союз. О том, какие проблемы решает организация и насколько тесно она связана с Россией, «Театралу» рассказал президент Союза русских театров Германии Вячеслав ЛИСИН.
– Вячеслав Михайлович, прошло шесть лет с того момента, как на съезде в Эрлангене русскоязычные театры Германии объединились в Союз. Удалось ли реализовать ту идею, ради которой вы создали эту организацию?

– К 2009 году в Германии существовало около трех десятков разрозненных русскоязычных актерских трупп. И хотя мы живем в разных городах, все равно довольно плотно между собою общаемся, знаем проблемы друг друга. А они, в общем-то, у всех схожие – это финансовая сторона и творческая, которые взаимосвязаны. То есть для того, чтобы подготовить творческие кадры, поставить спектакль, организовать гаст­роли, нужны финансы. Поиском финансирования и занялся наш Союз, благодаря чему театры смогли ездить на гастроли не только по городам Германии, но и бывать во Франции, в Бельгии и даже на фестивале «Балтийский дом» в Санкт-Петербурге. Мы имеем возможность делиться опытом, проводить творческие встречи. За шесть лет существования Союза русских теат­ров Германии мы провели уже пять собственных фестивалей, в том числе и фестиваль русской классической драматургии.

– Насколько мне известно, шесть лет назад вы подписали договор с Союзом театральных деятелей РФ. Какие пункты помощи со стороны России были вами оговорены?

– В договоре с СТД были затронуты различные темы, в том числе проведение мастер-классов для актеров и режиссеров, и мы провели уже около десятка семинаров и мастер-классов в разных городах страны. А в этом году в последнюю неделю августа планируем организовать в Баварии школу актерского мастерства для русскоязычных актеров, живущих в Германии. Наподобие летней школы СТД в Звенигороде. Поговорили с Калягиным, и Александр Александрович эту идею одобрил. Местом проведения школы выб­рали Эрланген, очень чистый красивый университетский город. Договорились уже с хорошим отелем, который обеспечит гостей проживанием, питанием и транспортом. Осталось найти трех московских педагогов, которые смогли бы приехать в нашу школу и провести занятия. Но и этот вопрос в СТД постараются решить положительно. Я очень рад, что с СТД у нас сложились добрые отношения и искренне благодарен Александру Калягину за помощь. Возможно, он приедет к нам – посмотреть на работу школы.

– Вы сказали, что в Германии на нынешний день несколько десятков русских театров. А как давно они работают? Много ли театров-долгожителей?

– Немного. Большинство русских театров работают в среднем от пяти до семи лет. Правда, есть несколько коллективов, которым около десяти лет. А наш театр «Кулисы», который мы организовали с Нелли Куниной, в будущем году отметит свое 20-летие. И для Германии это уникальный случай. За годы работы театра было поставлено больше двадцати спектаклей, как на русском языке, так и на немецком.

– Чем собираетесь порадовать зрителей в ближайшее время?

– Мы готовим премьеру «Давай поженимся». Так, пародируя название известной телепередачи, я назвал гоголевскую «Женитьбу». Кстати, в роли бывшего моряка Балтазара Балтазаровича Жевакина занят наш старейший актер по фамилии Качалов, сам в прошлом морской офицер, врач. Владимиру Константиновичу уже за восемьдесят, но он очень активный человек, много у нас играет.

– Немецкая театральная школа сильно отличается от русской?

– Конечно, это совершенно другая школа, другой менталитет. Я бы сказал, что немецкий театр, это скорее театр у микрофона. Такой литературный, рассудочный, рациональный. И тем важнее показать немцам наш русский театр. Станиславский и Немирович-Данченко начинали свою деятельность в любительских, дачных театрах. Любительский – от слова любовь. И мне кажется, что без любви, без души театр не может существовать.

– Вячеслав Михайлович, скажите, за годы жизни в Германии вы не почувствовали, что стали отдаляться от России?

– Совсем нет, наоборот. Вы удивитесь, но в сегодняшней ситуации мы чувствуем духовную связь с Россией как никогда. И несмотря на то, что уже более двадцати лет живем в Германии, мы стараемся развивать русскую культуру на Западе. В этом году свой 20-летний юбилей отмечает наш русско-немецкий культурный центр «Радуга», в котором работает русский театр, русская школа, русский киноклуб. В общем, много сделано за эти годы. Может вам покажется странным, но, живя здесь, работая и ставя спектакли на русском языке, я чувствую себя больше русским, чем если бы жил в России. Есть в этом момент ответственности, какого-то мессианства. Потому что немцы, глядя на нас, оценивают наш интеллектуальный уровень, пытаются понять, кто такие русские. Быть русским в другой стране – это особое состояние. И я рад, что наш Союз русских театров вносит достойный вклад в развитие русской культуры в Германии.


  • Нравится


Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Татьяна Тарасова: «Главное в актерском труде - любопытство»

    На фестивале «Мир русского театра», который по инициативе «Театрала» прошел в июне в Берлине, педагог ГИТИСа Татьяна ТАРАСОВА провела актерские мастер-классы, адресованные русским артистам, которые уже не первый год работают за рубежом. ...
  • Параллельная Россия

    Идея формирования русскоязычного культурно-интеллектуального пространства носится в воздухе – нам вновь не хватает разнообразия и диапазона информации на родном языке. Изоляционизм – понятие метафизическое. Для того, чтобы отгородиться от мира, не обязательно строить стену или закрывать границы. ...
  • «Фестиваль нас объединяет»

    В заключительный день фестиваля «Мир русского театра», который проходил в Берлине с 8 по 12 июня, наша редакция устроила «круглый стол», предложив худрукам поделиться собственным опытом: как выживать театру в столь непростых условиях дальнего зарубежья. ...
  • Чем запомнился фестиваль «Мир русского театра»

    Камертоном «Мира русского театра» для меня стала беседа сидящих рядом в ожидании приглашения на посадку в самолет бабушки и внучки. Бабушка разговаривала с внучкой на смеси английского и русского: сколько days in а year? How many minutes в часе? Потом попросила внучку сбегать посмотреть на расписание. ...
Читайте также