Русский театр за рубежом: Коста-Рика

«Хочется услышать голос родины»

 
«Балаган-Арт» – это Театр-Дуэт, в котором основатели и главные исполнители Марта Хржановская-Рэйн и Дмитрий Орданский-Вовси собирают вокруг себя актеров, музыкантов и певцов… Но ядро всегда здесь двуедино. Дуэт «Марта-и-Митя» остается главенствующим звеном и смыслом...
«Моцарт и Сальери», Сальери – Д. Орданский, Моцарт – М. Рэйн, люди в черном – Надя Крутько и Милена Пикадо Росси– Марта, вы с Дмитрием творческие люди и могли бы создать свой театр и в России, но сделали это на американском континенте. Почему вдруг появилось желание так кардинально поменять место жительства?
– Мы не планировали уезжать из страны, но нам необходимо было это сделать по причине, которая тянет на приключенческую книгу. В изгнании мы оказались из-за моего журналистского образования, третьего после музыкального и актерского. Когда в 90-е годы для театра настали тяжелые времена, я пошла работать в московский еженедельник «Голос», и меня попросили написать политическую статью против одного депутата. В материале не было ничего вымышленного, только правда. А человек оказался настоящим мафиози и после выхода статьи в редакцию ворвались люди с автоматами и стали меня искать… К счастью, писала я тогда под псевдонимом, и ни моего настоящего имени, ни лица моего они не знали.  А коллеги не выдали меня.  Но было страшно, поскольку нашему сыну едва исполнилось два годика. Нам посоветовали уехать из страны на пару лет...Два года превратились в двадцать.

– А почему выбрали именно Коста-Рику?
– Когда встал вопрос, куда нам деться, мы рассматривали различные варианты, среди которых был и Израиль, где прабабушка Дмитрия – Нина Соломоновна Михоэлс – руководила в то время школой театрального искусства Бейт-Цви. Но мы решили выбрать Коста-Рику, куда в 92-м году Дмитрий ездил на фестиваль с мюзиклом Дунаевского «Саломея». Там он познакомился с костариканскими дипломатами, работающими в Москве, и они стали приглашать нас на разные мероприятия в посольство. И когда в 96-м встал вопрос о нашем отъезде, мы обратились в посольство Коста-Рики, изложили свои творческие планы, и они, казалось, даже обрадовались возможности развивать русское направление в культурной жизни своей страны. Пообещали нам поддержку, сулили золотые горы, но на деле все оказалось совсем не так. Как говорится, нас не ждали. И поначалу нам было очень тяжело, потому что начинать пришлось с нуля.

– На какие же средства вы жили?
– Я смогла устроиться певицей в русский ресторан, а Митя пошел туда официантом. Но работа в ресторане приносила копейки и отнимала массу времени, а у нас на руках был маленький сын. И тогда мы решили обратиться за помощью к руководителю театрального комплекса «Зала Гарбо» сэру Николасу Беккеру, с которым Дмитрий познакомился на фестивале 92-го. Николас Беккер действительно сэр, этого звания его удостоила королева «за поднятие культуры в слаборазвитой стране» (хорошо, что костариканцы не в курсе, что Ее Величество имела в виду именно их страну). Он вспомнил Митю и спросил, чем может помочь. А мы по наивности стали просить сделать спектакль, с которым могли бы ездить по заводам и фабрикам. Но сэр Беккер сказал, что в Коста-Рике нет заводов и фабрик, а спектакль, который сделаем, мы можем показать в его театре. Одолжил на постановку денег, помог нам с Митей устроиться в антрепризу, и еще предложил мне работу пианистки в пиано-баре, который входит в театральный комплекс «Зала Гарбо». Это нас и спасло.

– Почему Николас Беккер устроил вас в антрепризу, а не в репертуарный театр, если у него такие широкие возможности?
– Здесь нет больших театральных компаний, только Национальный театр в Сан-Хосе и Театр Мелико Салазара, которые используются как площадка для гастролеров, а в остальное время пустуют. Мы до сих пор не можем привыкнуть к тому, что все театры существуют только по принципу антрепризы. Есть несколько небольших более-менее оборудованных театров, а всё остальное – просто ангары, железные сараи, где стоят стулья. Мы когда впервые увидели эти «театры», были просто в шоке, не знали, как реагировать – смеяться или плакать. И весь репертуар в них обязательно с каким-нибудь фривольным смыслом и названием, например, «Сосиски и яйца», «Эти развеселые монашки», «Трое снизу, двое сверху» и т.д.

– Как же вы играли в спектаклях, не зная испанского языка?
– Нам дали небольшие роли без слов, что нас вполне устраивало. И мы постепенно начали вливаться в творческую жизнь страны, а параллельно делали наш первый кукольный спектакль. Выбор пал именно на кукольный, потому что в свое время я два года работала в Театре кукол Вольховского, а у Мити в Театре Сергея Образцова трудилась мама, и он в детстве провел много времени за кулисами. Мы вспомнили наше кукольное прошлое, придумали историю про червяка, который влюбляется в бабочку и идет искать ее по всему свету – через моря, через леса, через весь земной шар. Только музыка и звуки, яркие краски, и легенда о вечной любви. На один из первых показов пришел посол Сальвадора и пригласил нас на фестиваль, который проходил в его стране. А надо сказать, что в Латинской Америке организаторы таких мероприятий хорошо оплачивают работу актеров. Поэтому, отыграв в «Зала Гарбо», мы поехали в Сальвадор и заработали очень хорошие деньги, благодаря которым рассчитались с Николасом Беккером, стали независимыми и начали самостоятельное плавание.

– Вам удивительно везло на хороших людей...
– Может, на плохих больше. Но хорошие дольше помнятся. Например президент компании Café Britt Стив Аронсон. Не назову его конкретно нашим меценатом, но это видная фигура, без которой культура Коста-Рики была бы гораздо бедней. Он любит культуру и искусство, говорит на шести языках, в том числе на русском, и у него две театральные площадки. Мы пришли к нему в 2006 году с предложением поставить «Моцарта и Сальери» Пушкина. Стиву понравилось наше предложение, и он спонсировал костюмы для спектакля. Сначала наш «Моцарт» состоялся на испанском языке (перевод мы сделали сами), а после того, как нас пригласили в Санкт-Петербург на фестиваль «Встречи на русской земле», мы стали играть его и на русском.

– Как вы попали на этот фестиваль?
– Благодаря, кстати, обозревателю «Театрала» Ирине Алпатовой, с которой я работала в Театре Вольховского. Мы с ней нашли друг друга по интернету, Ирина связала нас с руководителями фестиваля и мы смогли поехать в Санкт-Петербург. Конечно, все были просто ошарашены, когда узнали, что в далекой Латинской Америке есть русский театр. Звали приехать еще, Но структуры, финансирующие этот фестиваль, объяснили, что вообще-то он для  театров ближнего зарубежья, и что мы и так «проскочили» случайно. Признаюсь, мы сначала очень воодушевились, думали, что теперь станем ближе к нашим землякам. Наладили связи с СТД РФ, общественным движением «Соотечественники», съездили на пару конгрессов. Но нам никто не помогает, а без этого поездки осуществлять очень сложно. Мы тоже активно включились в общественную жизнь и создали здесь организацию «Города-братья». Пригласили делегацию из московской думы, в надежде, что сможем наладить с Москвой какие-то связи. Но, к сожалению, никакого развития это знакомство не получило.
Я даже встречалась с людьми из Минкульта, которые очень радушно меня приняли, спрашивали, чем помочь. А потом выяснилось, что у министерства нет такой статьи расходов, как помощь театрам дальнего зарубежья. Но ведь основное поле нашей деятельности – это пропаганда русского языка, русской культуры, русской литературы. И нам так хотелось бы услышать в ответ голос Родины.

– Сколько лет существует ваш театр?
– Днем рождения театра мы считаем 7 января 1997 года, когда впервые показали спектакль «Червяк, или История любви». Потом было много других спектаклей: драматических, а больше – кукольных, потому что их легче продавать, а мы живем на самообеспечении.
Однажды решили сделать самый простой  и лёгкий на подъем спектакль,  минимум кукол и декораций, выбрали «Принцессу на Горошине», сказка в две странички, четыре персонажа всего, - как можно проще хотели, а вышло – с трехэтажными декорациями и таким количеством кукол, что вдвоем было не справиться. И вдруг наш Аркадий, которому тогда было уже девять лет, попросил дать ему попробовать поводить куклу. А он всегда ездил с нами на гастроли и когда был совсем ребенком, во время представления спокойно сидел в ящике, в котором мы перевозили кукол. Когда подрос, стал подавать нам кукол, ну а потом попросился участвовать в спектакле. Мы согласились, потому что ему не надо было ничего говорить, и потому что таким образом отпадала необходимость вводить «чужих» актеров. И у него так замечательно получилось водить вечно пьяного короля, что главная костариканская газета «Ла Насьон» назвала Аркадия самым молодым профессиональным кукольником Центральной Америки. Наверное, у него к этому талант, который он, к сожалению, не стал развивать – вырос и с головой ушел в компьютерную графику.
– А ваш младший сын тоже приобщается к театру?
– К сожалению, Конрад, которому сейчас 11 лет, лучшим юным кукольником уже не станет. Ему самому хочется поработать с нами, но мы пока не доверяем ему в плане дисциплины. Конрад не может спокойно сидеть на месте, он очень эмоциональный. Однажды, во время торжественного вручения Дмитрию диплома вдруг вылез из-под рояля и пополз по сцене. Ну а старший не совсем отошел от дел – придумывает спецэффекты, собирает на компьютере музыку, разрабатывает дизайн. Таким образом, получается такой семейный театр. Все делаем сами – придумываем оригинальные истории, сами в случае необходимости переводим классику, а значит, не зависим от авторских прав и переводчиков.
У нас три основных направления – кукольное, самое коммерческое; драматическое – это для души, потому что хочется поиграть; и музыкальное – делаем шоу. В соответствии с этим у нас такое распределение – драматические постановки ставит Митя, музыкой занимаюсь я, а кукольные спектакли мы делаем вместе.

«Червяк, с которого все начиналось», возобновленная версия – Все-таки вы больше склоняетесь к кукольному театру…
– Дело в том, что у нас нет помещения: это не выгодно с коммерческой точки зрения. А мы работаем не ради самодеятельной радости выплеснуть себя. Мы профессионалы, и нашим творчеством зарабатываем сами на себя и на свой театр. Поэтому нам надо быть легкими на подъем, и наш разборный «театрино» – ширмовая установка – умещается в любой багажник любого самолета, что позволяет нам перемещаться по стране и по континентам. Так, в Панаме мы по заказу русской православной церкви в 2000 году сделали «Воскресение» – кукольный спектакль к Пасхе. Я написала музыку, стихи. Сначала играли его на русском языке, потом перевели также в стихах еще и на испанский.
А вот «Сундук, где дремлют сказки» сделали специально на испанском языке, чтобы познакомить испанцев с русским фольклором. Спектакль включает в себя четыре сказки – «Репка», которую мы обозвали «Свёклой», потому что они не знают что такое репка. Потом «Теремок», «Двое из ларца» и «Колобок».
Но, откровенно говоря, мы сейчас живем не театром. Все больше времени уделяем концертной деятельности.

– Почему же так произошло? Ведь вы единственный на всем континенте русский театр…
– Просто трудно существовать без чьей-либо помощи, а концертная деятельность приносит доход. А потом концерты нашего театра – это, по сути, музыкальные спектакли, всегда со своим сюжетом, где музыка и песни обыгрываются в первую очередь драматически. Это скорее не концерты, а театрализованные музыкальные представления.
Пять лет назад организовали в честь 65-й годовщины Победы огромный концерт на сцене американского Культурного центра. Задействовали 12 посольств, основными участниками стали страны антифашистского альянса. Было просто потрясающе, получилась такая дружба народов. И в этом году на 70-летие, конечно не обошлось без концерта, он у нас представляет историю войны в песнях...

– Но, несмотря на активную общественную работу и концертную деятельность, вы не оставили театр совсем?
– Конечно. Мы сейчас переводим на испанский язык спектакль по поэме Пушкина «Царь Никита и сорок его дочерей». Этот хулиганский стишок, в котором участвуют Митя и плоские куклы, мы сделали весело, в лубочной манере. Впервые показали его на фестивале «Русская душа», который проходил в Чили. А после того, как переведем на испанский язык, планируем прокрутить его пару месяцев в каком-нибудь маленьком театре.
И еще надеемся сделать большой проект со Стивом Аронсоном – поставить «Евгения Онегина». Думаю, что все должно получиться, потому что предложение исходило от самого Стива. Правда, это будет, скорее всего, в 2016 году, но, главное, что он поставил нас в план.

  • Нравится


Самое читаемое

  • Александр Ширвиндт: «Хочется выскочить из повседневности»

    Недавно Театр сатиры отметил свое 95-летие спектаклем, который Александр Ширвиндт называет «милым баловством», «лёгким хулиганством». И это – очередная изобретательная выдумка Александра Анатольевича. Впрочем, в интервью «Театралу» речь зашла не только о торжествах… – Александр Анатольевич, сейчас всюду – сплошные перемены. ...
  • Владимир Машков: «К этому спектаклю мы шли долго и трудно»

    Театр Олега Табакова готовится представить новую редакцию спектакля «Ревизор» по пьесе Гоголя. Как и в случае со спектаклем «Матросская тишина» это будет возвращение на сцену «Табакерки» знаменитой постановки прошлых лет. ...
  • Ушел из жизни артист театра Et Cetera Петр Смидович

    После продолжительной болезни в возрасте 67-ми лет скончался ведущий актер театра Et Cetera Петр Смидович.   «Он долго болел, но мы все верили, что он победит, – говорится в некрологе на сайте театра. – Все надеялись, что ему поможет операция, но… Очень горько, очень больно, очень тяжело. ...
  • Пятнадцать спектаклей о войне

    В преддверии Дня Победы «Театрал» собрал постановки, созданные в память о Великой Отечественной войне.    «Минуты тишины» Режиссер: Александр Баркар РАМТ, Черная комната Участвуют: Рамиля Искандер, Денис Баландин, а также Максим Олейников (фортепиано), Николай Мохнаткин (баян), Ксения Медведева (гитара). ...
Читайте также


Читайте также

  • Русский театр Нью-Йорка представил новый спектакль

    Спектакль Ирины Волкович «На Парижской волне», поставленный в нью-йоркском театре «Диалог», создан по мотивам рассказов Бунина «В Париже» и Елены Дубровиной «Репетиция с дождем». Премьера состоялась 16 ноября. ...
  • «Наш мозг с детства нафарширован стереотипами»

    В Русском драматическом театре Литвы  идет работа над постановкой мюзикла Стефана Сондгейма Into the Woods («Ждет тебя лес»). Премьерные показы состоятся 29 и 30 ноября. «Главная мысль мюзикла в том, что все сказки начинаются с желаний и мечтаний героев, но никто из нас не знает и никогда не задумывался, чем же заканчивается сказка после исполнения этих желаний, - рассказал режиссер Вилюс Малинаускас. ...
  • В Нью-Йорке ставят пьесу о жизни русских актеров

    Русско-американский режиссер и драматург, художественный руководитель театра STEPS (Нью-Йорк) Слава Степнов написал новую пьесу о жизни русских актеров в США. Премьера спектакля состоится весной 2020 года. «Театрал» узнал все подробности из первых уст. ...
  • У Бостонского русского театра «Круг» появился свой дом

    Не каждому режиссёру удаётся создать свой театр и уж совсем единицы могут гордиться, что смогли построить для него дом. Почти четверть века назад в США, в Бостоне Юрий Рубенчик создал русский театр «Круг». Все эти годы коллектив скитался по репетиционным помещениям, снимал для показа спектаклей порой не очень пригодные для этой цели залы, но всё это время постоянно выпускались премьеры, которые пользовались у зрителя неизменным успехом. ...
Читайте также