Потянуть солиста за язык

«Театрал» побывал в поликлинике Большого театра

 
Фото: Екатерина Варюхичева
Уже с утра в здании на Большой Дмитровке в гардеробе нет ни одного свободного крючка. На первый взгляд – обычная поликлиника: камерная, уютная, со светлыми коридорами. И не подумаешь, что здесь бывает вся труппа Большого. – Это единственная поликлиника в мире, которую содержит театр, – рассказывает «Театралу» главный врач Олег Яковлев.
Поликлиникой, аналогов которой нет ни в «Ла Скала», ни в «Гранд опера», ни в «Метрополитен-опера», Олег Яковлев руководит 12 лет. И за все это время ни разу не был в Большом как зритель. Признается, что рад бы, но никак не удается: слишком уж много дел.

Спартак со сломанным пальцем

У него действительно все расписано по минутам.

– Полчаса для интервью хватит? – спрашивает он.

На часах 10.00. Он оперативно отвечает на телефонные звонки и так же оперативно – на вопросы.

– У нас обслуживаются все сотрудники Большого театра и, конечно, артисты: балетная и оперная труппы. Они люди сознательные, – говорит Яковлев, – но заглянуть к нам на прием не всегда успевают, хотя наша поликлиника от театра буквально в двух шагах. Поэтому врач всегда дежурит на репетициях и спектаклях – а вдруг что случится? Бывает, что перед выходом на сцену пропадает голос, на складке появляется расширенный сосуд, приходится бежать к режиссеру и объяснять, что ситуация катастрофическая и надо искать замену. Но спектакль в Большом театре не остановят. Это исключено. Поэтому срочно сокращают выходы солиста или вызывают дублера.

Театральная афиша в коридоре, на которой напечатан репертуар Большого, – это на самом деле график дежурств. В день спектакля собирается отдельная бригада и отправляется в театр – дежурить за кулисами. У входа на сцену, понятно, не стоят, но их кабинеты, оборудованные по последнему слову техники, – совсем рядом с гримерками.

За все годы работы Олег Яковлев мог бы написать книгу «Моя жизнь в искусстве», но не о спектаклях Большого театра, а о том, как артисты жертвуют своим здоровьем и, получив травму во время выступления, играют до конца, превозмогая нечеловеческую боль. И все это – ради профессии.

Когда-то Дмитрий Бегак, сломав палец в прыжке, дотанцевал все свои партии в балете «Спартак». А Ольга Лепешинская не остановилась, когда во время спектакля сломала голеностоп сразу в трех местах, докрутила фуэте и только за кулисами потеряла сознание.

Кстати, переломы на спектакле случаются не только у балетных. Однажды на опере «Орлеанская дева» Маквала Касрашвили сломала плечо. Пела главную партию Иоанны, то есть Жанны д’Арк, и в финале, после сцены сожжения на костре, поднималась на площадке к колосникам. Но рабочие сцены не закрепили одну из цепей, на которых эта площадка держалась, – и певица с колодками на руках рухнула вниз. Спаслась чудом. А благодаря оперативной медпомощи даже допела оперу до конца. Правда, потом в «Орлеанской деве» на сцену Большого не вышла ни разу.

Это, конечно, исключительный случай. Чаще врачам приходится спасать оперные голоса. Бывают, артисты прибегают и просят срочно помочь. У них через час спектакль – и в данную секунду нужно что-то предпринять, чтобы певец смог выступить достойно. В Большом все знают историю, как у Елены Образцовой голос пропал буквально за 5 минут до начала спектакля. Но партию Марины Мнишек в «Борисе Годунове» она все-таки спела. Дирижер восхищался ее пением, так и не поверив, что петь ей пришлось вопреки кровоизлиянию в голосовую связку и благодаря стараниям фониатора.

Главное – вовремя замолчать

Самая длинная очередь в поликлинике Большого – к фониатору. На первый взгляд здесь многое, как в кабинете лор-врача, однако пациентов никогда не просят «скажите а-а-а» – им говорят: «Пойте». И для осмотра используют не только гортанное зеркальце, но и видео- и микроларингоскопы.

– Это одна из новых методик, – поясняет фониатор Ася Гюлумянц. – Мы включаем аппарат, останавливаем видеоизображение на любом кадре, чтобы детально разглядеть голосовые связки – под максимальным увеличением. Можем посмотреть их работу в динамике. Видите, как края вибрируют? При этом рождается звук. Они колеблются достаточно интенсивно, и невооруженным глазом видно количество колебаний. Это уже стробоскопический эффект. Все данные осмотра мы фиксируем в базе. И сам пациент видит на мониторе свои связки.

На вопрос, с какими жалобами чаще всего приходят, фониатор отвечает по-деловому:

– Артисты сейчас очень много работают, и не только на сцене Большого. От длительных голосовых нагрузок на связках образуются «мозоли», плюс эмоциональное напряжение дает о себе знать. Постоянные стрессы, нервное истощение – и голосовой аппарат дает сбой. Впрочем, не только усталость сказывается на звучании. Дело в том, что голос – это нейрозависимый инструмент. Иными словами, все зависит от того, как мозг координирует работу связок. Есть даже такое заболевание, как фонастения, когда нарушаются связи между корой головного мозга и голосовым аппаратом. Или ларингоневроз, когда у человека просто пропадает голос – «на нервной почве», как говорят. На вид со связками все нормально, а синхронной работы правой и левой стороны гортани нет. Возникает прерывистость звука, осиплость – и совсем не потому, что артист простужен. Так что одними медикаментами тут не поможешь – проходится проводить психологические беседы, направлять пациента к неврологу.

Еще одна частая проблема – узелки на голосовых складках. Они возникают, если артист во время болезни не соблюдает режим и выходит на сцену, хотя ему полагалось молчать.

– Но поскольку репертуарный процесс остановить невозможно, то вокалисту порой приходится петь в любом состоянии, – продолжает Ася Гюлумянц. – На этот случай мы постоянно рядом с ними, постоянно на страже. Мы помогаем им справиться с голосовой нагрузкой, наблюдаем и держим на контроле – и до, и после спектакля, и во время антракта.

Дежурные кабинеты фониатора есть и на новой, и на основной сцене театра. Причем они оборудованы так же, как в поликлинике: есть и лор-установка, и весь инструментарий, чтобы посмотреть певца и быстро привести его в норму. Представить нечто подобное в драматическом театре просто невозможно. Складывается впечатление, что здесь то и дело ждут чрезвычайных ситуаций. Хотя и вправду за смену в дежурном кабинете фониатора бывают 20–25 человек. Это гораздо больше, чем за весь день в поликлинике.

Перелом от усталости

Есть у балетных и оперных артистов и свои профессиональные заболевания. В поликлинике Большого театра ими занимается врач-профпатолог.

– Не буду хвалить нашу поликлинику, но у профпатолога бывают все, начиная от водителя транспортного отдела и заканчивая солистами балета, – говорит Олег Яковлев. – Пройти полную диспансеризацию для певцов и танцоров – профессиональный долг. План «всеобщей диспансеризации» в Большом театре составляется в начале года, с учетом пожеланий руководителей всех подразделений. Они знают план своих гастролей и постановок и подбирают время, удобное для артистов.

– Балетные артисты – особые люди: у них все расписано по секундам, – рассказывает врач-ортопед Игорь Лукьянченко. В кабинет главного врача он забежал всего на 5 минут: пациенты ждут.

– Иногда они не могут прийти на прием, потому что у них репетиции, классы. Прибегают в обеденный перерыв или после работы. Они постоянно занимаются, совершенствуют себя. Не будет дисциплины – не будет и высоких достижений.

О балетных артистах ортопед говорит с нескрываемым восхищением:

– Они же с раннего детства занимаются балетом, с утра до вечера. Это невероятно тяжелый труд. Для тех, кто прошел путь к большому балету, потерять здоровье – значит потерять все. Но в поликлинику балетные артисты приходят только, когда случается что-то серьезное…

Между прочим, этим они разительно отличаются от оперных, которые забегают к врачу по любому поводу. Балетные артисты гораздо терпеливее и часто помогают себе сами. У них и аптечки свои есть, и целый набор препаратов: мази, гели, специальные средства, на себе проверенные. Они уже сами знают, что им подходит. Ну, а к доктору обращаются чаще всего с травмой. «Ахиллесова пята» балетных – это стопы. Сцена достаточно твердая, обувь тоже, а частые удары и сотрясения неизбежны.

– Наверно, слышали про «маршевые переломы» у солдат от перегрузки при строевой ходьбе? Вот и у балетных артистов случаются «усталостные переломы»: нагрузки же идут колоссальные. И чаще всего ломаются кости стопы. Есть такие мужественные артисты, которые с травмой проводят весь спектакль. А потом мы имеем дело уже с осложненной травмой, которую лечить намного труднее.

«Жизнь подсказала»

Поликлиника Большого театра тесно сотрудничает с Центральным институтом травматологии и ортопедии. Но между институтом и Большим театром – приличное расстояние, а поликлиника – совсем рядом.

– Поэтому сама жизнь подсказала, что нам нужен свой реабилитационный центр, – продолжает Олег Яковлев. – Мы закупили новейшее медицинское оборудование и даже поставили здесь балетный станок. После выписки из стационара артист приходит в поликлинику, автоматом становится на контроль – для продления листа нетрудоспособности – и с нашей помощью приходит в норму.

Олег Яковлев берет на охране ключи и ведет в кабинет лечебной физкультуры. Здесь есть и кабинки на магнитном ключе, чтобы оставить одежду, и сауна, и душевая. С особой гордостью Олег Михайлович демонстрирует аппарат, куда артист помещается, как в капсулу. Лежит, отдыхает – музыку слушает или смотрит телевизор, а тем временем чудо немецкой медтехники снимает с его ног усталость, отечность и болевой синдром. Артисты балета часто страдают от боли в мышцах, при их-то физических нагрузках. Между собой даже шутят: «Если после репетиций ничего не болит, значит, плохо отработал». Но этот аппарат позволит им восстановиться всего за 20 минут. На вопрос, как это работает, Олег Яковлев отвечает:

– Все просто. В капсуле создается отрицательное атмосферное давление – и под его воздействием молочная кислота в мышцах моментально разрушается.

Кроме капсулы в зале стоит еще несколько снарядов. На первый взгляд напоминает фитнес-клуб, но мышцы здесь не качают. Тренируют связочный аппарат.

– Если была травма голеностопа, то нога помещается в аппарат – и чисто механически он сам начинает ее разрабатывать. Ускоряется процесс? Ускоряется. – При этом Олег Михайлович особо подчеркивает: – Все оборудование по реабилитации – на программном обеспечении. А это значит, что в компьютер вбивается вид травмы, вставляется пластиковая карточка – и аппарат сам подбирает нужную нагрузку.

  • Нравится


Самое читаемое

  • Театр кукол им. Образцова просит о помощи

    В редакцию «Театрала» поступило письмо от коллектива Театра кукол им. Образцова: - Дорогие друзья, 12 июня в 14.30, в День России, куклы Театра Образцова вместе с коллективом выходят на улицу. Под символом нашего театра, под знаменитыми часами мы собираемся записать театрализованное обращение на горячую линию президента. ...
  • Умер актер Александр Кузнецов

    Актер театра и кино, театральный педагог Александр Кузнецов скончался в четверг, 6 июня, на 60-м году жизни после продолжительной болезни. Широкому зрителю он известен по главной роли в фильме «Джек Восьмеркин – "Американец"». ...
  • «Это назначение грозит гибелью»

    В День России, 12 июня, коллектив Центрального театра кукол им. Образцова вышел на улицу, чтобы выразить своего рода протест против назначения заместителем директора ГЦТК Юрия Шерлинга, из-за которого, по, словам артистов, в театре сложилась «нездоровая обстановка», обусловленная «угрозами увольнения» и «обвинениями в некомпетентности». ...
  • Ушел из жизни режиссер Башкирского театра оперы и балета Рустэм Галеев

    В воскресенье, 2 июня, в Уфе после продолжительной болезни скончался один из ведущих театральных деятелей Башкирии – режиссер Рустэм Галеев, ставший постановщиком многих прославленных спектаклей, в числе которых – «Севильский цирюльник», «Мадам Баттерфляй», «Любовный напиток», «Секрет любимых оперетт» и др. ...
Читайте также


Читайте также

  • Пространство без границ

    Переступив порог Театра Олега Табакова, зрители тянутся за телефонами. Не сделать здесь фото невозможно: от пола до потолка стены покрыты зеркалами самых разных размеров и форм. Идея нового пространства Сцены на Сухаревской принадлежит художественному руководителю Владимиру Машкову. ...
  • «Нельзя держаться только за бренд»

    Недавно в столице Великобритании в международном культурном центре «Барбикан» прошли гастроли Московского драматического театра им. Пушкина, которые проводила киевский импресарио Оксана НЕМЧУК. «Театрал» записал интервью о закулисной стороне столь масштабного международного проекта. ...
  • «Табаков не любил разводить бюрократию»

    Актер Авангард Леонтьев провел для «Театрала» экскурсию по памятным местам МХТ им. Чехова: мы побывали в мемориальном кабинете Немировича-Данченко, в воссозданных гримерках Станиславского и Ефремова, заглянули в гримерку Табакова, увидели уникальные произведения Шехтеля и редкие фотографии старейших актеров. ...
  • В ожидании «Щелкунчика»

    Балет Большого театра «Щелкунчик», созданный по мотивам сказки Гофмана, один из главных символов новогодней Москвы. В преддверии спектакля костюмеры ГАБТа провели экскурсию для «Театрала». В пошивочных цехах, размещенных на девятом этаже Исторической сцены, подготовка к спектаклю начинается примерно за полтора-два месяца до первого показа. ...
Читайте также