«Убрать труп»

Помреж РАМТа всегда готов к непредвиденным ситуациям на сцене

 
Фото Екатерина Варюхичева
– На спектакле «Берег утопии» был случай. Декорация представляет собой сложный многоступенчатый станок, который начинается в зрительном зале и продолжается на сцене. И вдруг у станка треснула сварка – ступеньки провалились. Мне пришлось срочно вызвать аварийные службы: сварщиков, слесарей, постановочную часть. В любой момент декорация могла рухнуть, но все же продержалась до антракта, после чего мы в экстренном порядке принялись ее чинить, – рассказывает помощник режиссера РАМТа Игорь Питерский.
За тридцать лет работы в РАМТе он привык относиться к критическим ситуациям с невозмутимым спокойствием. Иначе давно бы расстался со своей профессией, ведь театр настолько сложный организм, что непредвиденные ситуации предсказать очень трудно. А когда на тебе лежит ответственность за ход спектакля – нервы нужны и в самом деле стальные.

– Игорь Владимирович незаменимый человек, – говорит «Театралу» светооператор РАМТа Анна. – Всегда у него все четко и по делу. Случаются в театре стрессовые ситуации, так вот погасить и нивелировать их под силу только помрежу. Например, перед премьерой «Алых парусов», когда все были на взводе, наш художественный руководитель Алексей Бородин закричал по громкой связи: мол, что за расхлябанность! И вдруг в ответ спокойный, уверенный голос Игоря Владимировича: «У нас все в порядке». И моментально все настроились – благополучно сыграли премьеру. Помреж спокоен, значит, все хорошо.

«Подвинуть букашку»

Место для волнений в работе помрежа есть всегда, поскольку он контролирует все службы и цеха театра: от бутафоров до костюмеров, гримеров, реквизиторов, монтировщиков, мебельщиков, осветителей и звуковиков. И когда Игорь Питерский рассказывает о своем деле – понимаешь, что все «действия» отработаны годами, и потому ошибки в его труде крайне редки:

– Я прихожу на спектакль за час до начала. Первое, что делаю – смотрю по репертуарной доске, кто сегодня занят в спектакле. Затем иду на сцену и проверяю готовность декораций – все ли на местах, все ли закреплено, натянуты ли кулисы и задник, разложен ли реквизит, верно ли расставлена мебель. Если что-то не так, то даю указания, чтобы подправили, прибили, натянули. После этого за полчаса до спектакля даю первый звонок в закулисную часть. И тут же проверяю явку артистов. Если кого-то вдруг нет, то я не имею права пускать зрителей в зал.

Помреж управляет спектаклем, сидя за пультом в одной из кулис. Каждое техническое действие зависит именно от него: не дай Бог замешкаться и чуть позже пустить поворотный круг – любая мелочь отразится на игре артистов. Недавно после спектакля «Думайте о нас» во время поклонов сломался занавес. В итоге артисты кланялись и в третий, и в четвертый, и в пятый раз – не могли оставить сцену пустой.

Игорь Питерский ведет в РАМТе половину репертуара, и все масштабные спектакли проходят именно под его руководством. Поэтому без специальной партитуры (тетрадка с необходимыми пометками) здесь не обойтись. Эту тетрадку помреж назвал «Записками сумасшедшего»:

– Где можно еще увидеть такие пометки, как: «убрать труп» или «подвинуть букашку»? Кроме того, в партитуре мы пишем быстро, поэтому фамилии актеров приходится сокращать: например, позвать Гри (вместо Гришина) или Ков (Ковалева). Также зарисовываем местоположение декораций, хотя мы и не художники. Поэтому каждая партитура – индивидуальна и без меня в ней не разберется никто.

«Руки тряслись, и голос дрожал»

– Я пришел в театроведческую секцию при театре, еще будучи школьником и быстро прикипел к этому месту. За время учебы пересмотрел по нескольку раз репертуар. А потом получилось так, что в какой-то период в театре не было студентов, и я стал участвовать в массовках как статист. По вечерам выходил то солдатом, то военнопленным, а днем продолжал учиться в школе. Поэтому у меня и не было вопросов, куда идти работать. Кстати, помощников режиссера не готовят ни в одном вузе: это такая штучная профессия, которой можно научиться только в театре. Процесс же обучения довольно длительный, я до сих пор не могу назвать себя полным профессионалом. На каждом очередном спектакле сталкиваешься с новыми трудностями. Например, в свое время у нас появился спектакль «Лоренцаччо», действие которого режиссер перенес в зрительный зал. Спектакль «Алые паруса» идет на вращающемся круге, что создает дополнительные проблемы. Кроме того, в спектакле довольно хлопотная система растяжки самих алых парусов: во время репетиций часто не получалось их развернуть – обязательно что-то застревало. К сожалению, эта накладка порой происходит и во время спектакля. Как раз на недавних «Алых парусах» этот финал сорвался. Поэтому до сих пор перед каждой новой постановкой волнуешься, хотя все в театре считают, будто я патологически спокойный человек. По молодости и вовсе, как вспомнишь, то и руки тряслись, и голос дрожал, когда объявлял по трансляции на весь театр.

А сейчас в РАМТе без голоса Игоря Владимировича не представляют начало рабочего дня. Об интеллигентной и всегда доброжелательной интонации рассказывают коллеги помрежа:

– Слушать его по трансляции одно удовольствие, а после каждого спектакля он обязательно всех благодарит. Поэтому когда мы предоставляем площадку другим коллективам, то отключаем трансляцию, потому что после Игоря Владимировича невозможно слушать никакие бытовые интонации.

  • Нравится


Самое читаемое

  • «Я не закрою кабинет и буду приходить в театр»

    Художественный руководитель московского театра «Современник» Галина Волчек планирует найти сотрудника, который мог бы вести дела в ее отсутствие. Об этом она сообщила во вторник, 1 октября, на сборе труппы в честь открытия 64-го сезона. ...
  • Голая правда

    Новый спектакль «Гоголь-центра» взбудоражил публику и прессу задолго до первых показов, когда стало известно, что в нем участвуют Сати Спивакова, Константин Богомолов и около двадцати обнаженных перформеров. Театр же позиционировал свою премьеру, как запоздалое пришествие на отечественную сцену немецкого драматурга Хайнера Мюллера, которого у нас хоть и ставили, но весьма эпизодически, тогда как в Европе он был одной из знаковых театральных фигур конца прошлого века, а в 90-е возглавлял «Берлинер Ансамбль». ...
  • «Ленком» перенес вечер памяти Николая Караченцова

    Московский театр «Ленком» перенес дату вечера, приуроченного к 75-летию Николая Караченцова, на 27 января. Как сообщал «Театрал», мероприятие должно было состояться 21 октября – в преддверии дня рождения актера. ...
  • «Мы должны быть вместе»

    Фото: Михаил Гутерман  Во вторник, 1 октября, Московский театр «Современник» открыл 64-й театральный сезон. По традиции, сбор труппы состоялся в день рождения первого художественного руководителя театра Олега Ефремова. ...
Читайте также


Читайте также

  • Практический опыт

    На первый взгляд закулисье этого театра напоминает подводную лодку или бункер. Узкий серый коридор упирается во внушительную металлическую дверь. Аварийный отсек? Бомбоубежище? Нет, всего лишь костюмерная. Вполне театрально. ...
  • Пространство без границ

    Переступив порог Театра Олега Табакова, зрители тянутся за телефонами. Не сделать здесь фото невозможно: от пола до потолка стены покрыты зеркалами самых разных размеров и форм. Идея нового пространства Сцены на Сухаревской принадлежит художественному руководителю Владимиру Машкову. ...
  • «Нельзя держаться только за бренд»

    Недавно в столице Великобритании в международном культурном центре «Барбикан» прошли гастроли Московского драматического театра им. Пушкина, которые проводила киевский импресарио Оксана НЕМЧУК. «Театрал» записал интервью о закулисной стороне столь масштабного международного проекта. ...
  • «Табаков не любил разводить бюрократию»

    Актер Авангард Леонтьев провел для «Театрала» экскурсию по памятным местам МХТ им. Чехова: мы побывали в мемориальном кабинете Немировича-Данченко, в воссозданных гримерках Станиславского и Ефремова, заглянули в гримерку Табакова, увидели уникальные произведения Шехтеля и редкие фотографии старейших актеров. ...
Читайте также