Театр абсурда

Системный кризис на российской сцене набирает обороты

 
Такого количества скандалов, увольнений и рокировок, как в последние пять лет, в отечественном театре не было давно. Театр на Таганке, Театр Станиславского и Театр Маяковского стали лишь несколькими (столичными, а потому наиболее громкими) «горячими точками» на театральной карте страны, где в минувшем сезоне произошла смена худруков. На фоне этих конфликтов было множество локальных проблем: например, коллектив Челябинского театра драмы отправил в отставку своего художественного руководителя Линаса Зайкаускаса. Второй сезон существует без худрука и при временном директоре Молодежный театр Ростова-на-Дону. Часто актеры вынуждены идти на крайние меры, например, объявлять забастовки и голодовки, как произошло в Нижегородском ТЮЗе и в Балашовском драматическом театре в Саратовской области.
Подробный перечень проблем занял бы несколько страниц. Однако все они в совокупности свидетельствуют о системном кризисе современного театра и потому бесчисленные отставки, скандалы и увольнения являются, по сути, звеньями одной цепи. Как в популярном анекдоте, если десантник в четвертый раз падает на крышу и пробивает дом – это уже привычка. Театральные скандалы самых разных уровней стали постоянным фоном нашей жизни. И призраку вовсе не надо появляться из преисподней, чтобы доложить о том, что «неладно стало в театральном королевстве». Иными словами, скандалы – это внешнее выражение глубокого неблагополучия, причем неблагополучия не в отдельно взятом коллективе, а во всей системе.

«Многое нужно менять»

«Признаки этого кризиса можно увидеть, едва переступаешь порог любого репертуарного театра, – говорит «Театралу» худрук «Школы современной пьесы» Иосиф Райхельгауз. – Я, как преподаватель ГИТИСа, могу свидетельствовать, что талантливых ребят сегодня на самом деле много. Однако никто из них не захочет руководить стационарным театром. Гораздо легче и выгоднее ставить спектакли одновременно в трех городах, чем нести ответственность за большой коллектив, вести хозяйство и заниматься выбиванием денег на постановку. Потому что сегодня в репертуарном театре нет условий для благоприятной работы художников. В этом и кроется корень беды: государство должно лучше заботиться о деятелях культуры. А как заботятся у нас, я могу объяснить на примере. Не так давно в Думе обсуждался закон о театре. В первом ряду сидели Додин, Фокин, Захаров, Женовач, я и многие другие режиссеры. Перед нами выступали чиновники, а закончив, поблагодарили всех собравшихся и ушли. Зачем нас позвали туда – до сих пор не пойму. Это же абсурд какой-то… Театр абсурда! Многое нужно менять, но важно сообща обсуждать текущие проблемы, а у нас получается так: государство – с одной стороны, театр – с другой стороны, а между ними зрители. Сегодня все чаще слышатся разговоры о том, что нам пора перенять зарубежный опыт и превратить театры в антрепризу, а отношения с артистами выстроить по контракту, но я категорически против такой схемы: репертуарный театр – это гордость нашей страны, и такого уникального явления нет больше нигде в мире».

Двадцать лет назад в обществе поменялись ориентиры. Деньги вышли на первый план, стали мерилом успеха. Вслед за этим чиновники стали подталкивать и театр к самоокупаемости. Например, разработан 83-й закон, переводящий бюджетные учреждения на коммерческие рельсы, однако театру в этом случае придется несладко. С одной стороны, он способен зарабатывать деньги, но с другой – его основная цель сводится к тому, чтобы приносить не коммерческий, а духовный доход. И государственные затраты на театр окупаются в иных сферах – общей моральной культуре, национальном менталитете и так далее.

«Театр ищет спонсора»

Как обычно бывает в кризисные времена, сразу нашлись сторонники радикальных мер, предлагающие полностью упразднить репертуарную систему театров как изжившую себя и перейти, например, на грантовые, антрепризные и прочие организационные формы. Ужас культурной сферы состоит в том, что любая непродуманная идея здесь вполне имеет шансы на победу. Все чаще звучит мысль о сокращении расходов, и в результате – нет денег на новые постановки, откладываются в долгий ящик амбициозные проекты. А руководство театров начинает искать какую-нибудь очередную «искрометную» комедию, которая сделает кассу. Таким образом, на первый план в афишах многих театров выходят бесконечные «женатые таксисты» и «приворотные зелья».

«Раньше театр был нужен государству как идеологический институт, который обеспечивал промывание мозгов, – говорит профессор продюсерского факультета РАТИ (ГИТИС) Геннадий Дадамян. – Сегодня он в этом смысле государству не нужен. Театр сейчас – на заклании самому себе. Но при этом его нельзя назвать свободной организацией. Карбаускис, придя в Театр Маяковского, может решить проблему труппы? Нет, не может. Потому что он существует внутри государственной системы».

Впрочем, для выхода из системного кризиса есть и еще один важный аспект – необходимо создать мотивационное поле для спонсорской деятельности и поддержать его четким законом.

«Современный театр нуждается в спонсорах, однако они не торопятся его поддерживать, поскольку на первый взгляд никакими льготами государство их за это не обеспечит, – говорит Геннадий Дадамян. – Но это не совсем так. Есть статья в Налоговом кодексе, по которой люди, которые отдают 25% зарплаты на социально-культурную сферу, освобождаются от налогового бремени. Беда в том, что это глухая статья, народ о ней не знает, хотя она действует не первый год. Нет пиара этой статьи. В обществе все-таки действует принцип – низы подражают верхам. Поэтому нужно, чтобы верхи сами в первую очередь занимались благотворительностью, отдавали на социально-культурную сферу четверть своей зарплаты и пиарили свой поступок. Тогда многие поступят так же – вот вам и мотивационное поле спонсорской деятельности, вот выход из системного кризиса».

Насмешка над руководителем

В годы войны со Швецией, когда решался вопрос, быть или не быть Российскому государству, Петр I практически с каждой почтой писал в Москву. Причем царя интересовали не пушки и не рекруты – он торопил постройку комедийной хоромины на Красной площади. Можно наглядно представить, как на бивуаке, отрываясь от непосредственных военных действий, в ту минуту, когда и его царствование, и само Российское государство висит на волоске, царь-преобразователь занят созданием национального русского театра как делом первостепенной государственной важности. И возлагал на него задачу ни больше ни меньше приобщать население к государственному образу мыслей. Где сейчас найдешь правителя масштаба Петра I, чтобы он мыслил не электоратом и промежутком времени от выборов до выборов, а народами и веками?

Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. И, похоже, нашим театральным деятелям надо самим сформулировать и внятно объяснить обществу и власти: зачем нужен русский театр и какой именно театр нужен. Тридцать пять лет назад знаменитый режиссер Тадаси Судзуки объяснил японскому правительству и обществу, что в эпоху стремительного развития всякого рода электронных технологий театр необходим как место живого и непосредственного обмена человеческой энергией. Места встречи и контакта человека с человеком. Ему было выделено место, огромная субсидия, и посещение театра в горах префектуры Тояма стало для культурного японца такой же необходимой душевной терапией, как выезд за город в пору цветения сакуры.

Сейчас активно разрабатывается новая государственная стратегия в сфере культуры (в 2012 году будет, например, рассматриваться законопроект о культуре), но до тех пор, пока не определены приоритеты и критерии, все разработки будут напоминать демагогию. Поскольку цель определяет средства, а не наоборот. Если государству нужен театр как художественное пространство – это одна стратегия, предусматривающая укрепление и поддержку института художественных руководителей. Если театры нужны как коммерческие и хозяйственные учреждения – то это другая, подразумевающая усиление полномочий директоров театра. Что фактически и происходит последние десять лет, в течение которых директора превратились в единоличных хозяев театра. Часто слышны жалобы, что режиссеры «неохотно» занимают место художественного руководителя, причем причину этого видят преимущественно в лени и плохой подготовке. Сами же режиссеры объясняют, что быть худруком в театре, в котором директор определяет величину зарплаты артистов, распределяет жилье, заведует закупкой необходимого оборудования, – это насмешка над самим понятием «руководитель». Лучше быть официально «неответственным» очередным режиссером, чем как бы ответственным, но реально лишенным любых полномочий художественным руководителем.

  • Нравится


Самое читаемое

  • «Я не закрою кабинет и буду приходить в театр»

    Художественный руководитель московского театра «Современник» Галина Волчек планирует найти сотрудника, который мог бы вести дела в ее отсутствие. Об этом она сообщила во вторник, 1 октября, на сборе труппы в честь открытия 64-го сезона. ...
  • «Ленком» перенес вечер памяти Николая Караченцова

    Московский театр «Ленком» перенес дату вечера, приуроченного к 75-летию Николая Караченцова, на 27 января. Как сообщал «Театрал», мероприятие должно было состояться 21 октября – в преддверии дня рождения актера. ...
  • «В Москву, в Москву»

    В четверг, 10 октября, в Музее Москвы состоялась премьера постановки режиссера Дмитрия Крымова и продюсера Леонида Робермана «Борис». Еще не начался спектакль, а сразу становится жаль мальчиков. Вот они побросали портфели и играют в футбол. ...
  • «Вы открыли нам новую эру!»

    Двенадцать вечеров подряд в самом центре французской столицы на сцене театра «Мариньи», расположенного на Елисейских полях, вахтанговцы играли «Евгения Онегина» и «Дядю Ваню». Почти десять тысяч зрителей побывали за это время на топовых спектаклях Римаса Туминаса, принимая их чрезвычайно эмоционально и восторженно. ...
Читайте также


Читайте также

  • Директор театра Karlsson Hause Анна Павинская: «Мы любим риск»

    У репертуарного театра в России есть очевидное преимущество: здесь возможен риск. Например, не сложился спектакль, и постановку списали уже на генеральной репетиции. Но в частном театре, наверное, подобные риски недопустимы. ...
  • Артисты «Ленкома» попросили присвоить театру имя Марка Захарова

    Артисты «Ленкома» обратились к мэру Москвы Сергею Собянину с просьбой присвоить театру имя Марка Захарова, который был художественным руководителем коллектива. «Сейчас подготовлено обращение от труппы театра, со всеми народными артистами и другими уважаемыми артистами, на имя Сергея Семеновича Собянина о том, чтобы назвать театр «Ленком Марка Захарова», – сказал ТАСС председатель комиссии Мосгордумы по культуре и массовым коммуникациям Евгений Герасимов. ...
  • Мосгорсуд отменил возврат дела «Седьмой студии» в прокуратуру

    Во вторник, 8 октября, Мосгорсуд признал незаконным возвращение в прокуратуру уголовного дела «Седьмой студии» и постановил вернуть дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе суда. Это решение принято по ходатайству прокуратуры. ...
  • В устав Большого театра внесли изменения

    Назначения и отставки в филиалах Большого театра будут согласовываться с Министерством культуры РФ. Об этом говорится в пояснительной записке к проекту постановления правительства РФ «О внесении изменений в устав федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Государственный академический Большой театр России». ...
Читайте также