Выйти из кадра

Звезда фильма «А зори здесь тихие…» нашла свое счастье в Нижнем Новгороде

 
Хрупкая девушка Соня Гурвич из фильма «А зори здесь тихие…», обхватив ствол березы, читала стихи: «И вечный бой! Покой нам только снится…» Для выпускницы Саратовского театрального института Ирины ДОЛГАНОВОЙ эта роль стала судьбоносной. И единственной. Больше в крупных ролях Ирина в кино не снималась. Ее настоящая жизнь проходит в Нижегородском ТЮЗе имени Крупской, где она и сегодня играет черепаху Тортилу, матушку Крольчиху и Соседку.
«Меня обижает «периферия»

Сорок лет подряд нижегородские зрители задают ей один и тот же вопрос: «Простите, это вы играли Соню Гурвич?» И, узнав, что перед ними «та самая» актриса, неизменно удивляются: «А почему не остались в Москве?» Впрочем, Ирина и сама точно не знает, почему уехала из столицы. Она не стала ходить по киностудиям и пробоваться в новых ролях: мол, это все не по мне. Но едва получила предложение сыграть в Горьковском драмтеатре маленькие лирические роли, – не раздумывая собрала чемодан и уехала в незнакомый город. Словно унаследовала романтический характер своей Сони Гурвич…

Она могла стать ведущей актрисой советского кино (после выхода фильма предложения посыпались одно лучше другого), легко покорила бы столичную сцену, – но, видимо, из тех редких людей, для которых счастье там, где дом и семья. Ведь в Новгороде она вскоре вышла замуж, да и режиссер Борис Наравцевич предложил перейти в ТЮЗ и сыграть в его спектакле роль Виолы в «Двенадцатой ночи» Шекспира. С тех пор она не покидает эти подмостки.

–Ну разве можно сбежать от такой жизни! – говорит Ирина Долганова «Театралу». – Ведь сколько всего прожито на этой сцене! Я переиграла всех героинь детских спектаклей – Золушку, Аленушку, Суок… Играла в произведениях Гоголя и Чехова… Разве что к слову «периферия» так и не привыкла. Меня обижает это слово. Потому что нужно еще разобраться, где настоящая периферия. Я всегда хожу на антрепризные спектакли, с которыми к нам приезжают столичный артисты. Видела на сцене всех наших звезд и поняла: им вообще не важно, какой спектакль играть. Какое будет музыкальное сопровождение, какие декорации. Все упрощено, все какого-то сомнительного качества. Некоторые спектакли, которые ставят в нижегородских театрах, на голову выше столичных. Но у нас, к сожалению, нет возможности ездить по городам и показывать их.

В трамвае с Чуриковой

В Москву Ирина так и не вернулась, хотя режиссер фильма Станислав Ростоцкий готов был посодействовать. Но все же жизнь на чемоданах (пусть и во имя искусства) ее не привлекала. А на вопросы недоуменных коллег Ирина отвечала, что актерам в кино не дают развиваться, эксплуатируют один удачный образ, одно амплуа, да и работу можно ждать годами. Впрочем, после «Зорь» Ирина еще несколько раз возвращалась на киносъемочную площадку, но совсем ненадолго. Сыграла, например, эпизод в фильме Глеба Панфилова «Мать».

–Судьба свела нас с Панфиловым, когда он уже завершал съемки, – вспоминает актриса. – Меня ему кто-то посоветовал. Я сыграла мать, которая так же, как и героиня Инны Чуриковой, едет в тюрьму – навещать сына. Женщины садятся в один трамвай, разговариваются. На короткий период времени их объединяет общее несчастье, одно горе. И вот я снимаюсь у Панфилова, но все время чувствую на себе его взгляд: вроде бы все в порядке, но о чем-то режиссер недоговаривает. Оказалось, что я идеально подхожу на одну из ролей в его фильме. Он очень жалел, что не встретил меня раньше, а переснимать уже снятые сцены не было никакой возможности. Пригласил, правда, в другой свой фильм. Но начались «лихие 90‑е», киностудии рухнули.

«Мы ничего не понимали»

О дважды не сложившейся кинокарьере Ирина не жалеет. Говорит с улыбкой: «Господи, разве только в кинематографе счастье?» Ей действительно грех жаловаться на свою театральную судьбу (роли были интересными, спектакли успешными), но все же работу в «Зорях» она вспоминает до сих пор.

–Съемки были очень трудные. Работали на природе – на Севере, забирались в такие дебри, где даже для техники приходилось прокладывать отдельную колею. Никогда в жизни я не видела такого огромного болота. В его трясине можно было легко утонуть, поэтому, прежде чем нас туда запускать, целый отряд солдат прокладывал подводную дорожку и до окончания съемок дежурил поблизости.

А еще нас терзали комары. И никакие «звездочки» и прочие едкие средства не помогали… Доходило до смешного. Пленку по тем временам проявляли в Москве. То есть, отсняв эпизод, Ростоцкий посылал в столицу своего помощника, а сам приступал к последующей работе. Когда проявленную пленку привозили – все садились смотреть, нет ли брака. И сколько раз бывало, когда в отлично снятом кадре на объектив кинокамеры садился комар, которого мы прежде не заметили, – приходилось все переснимать заново. Некоторые съемки на болоте проходили весной, когда вода ледяная. И нас, чтобы уберечь от простуды и прочих осложнений, растирали спиртом.

Для меня эти съемки были настоящим испытанием. Я начала свою творческую жизнь с очень высокой планки и по сей день стараюсь к ней подтягиваться – туда, вверх. Я до сих пор благодарна Станиславу Ростоцкому за все, что он для нас сделал. Мы же девчонки были молодые, ничего не понимали, всего боялись. Он нас очень мягко вел, буквально лелеял. Меня, кстати, научил читать стихи. Когда снимали сцену с чтением стихов Блока, я вышла на площадку и начала их декламировать. Так, как нас учили в театральном училище. Станислав Иосифович тут остановил меня: «Представь себе, что ты дома, одна, взяла стихи, которые ты очень любишь и читаешь их для себя». И слова мои зазвучали совершенно иначе.

Три простые женщины

С «боевыми подругами» Ирина поддерживает отношения до сих пор. Они созваниваются на праздники, встречаются на фестивалях, ездят друг к другу в гости. Сложившуюся еще в молодости дружбу не смогли разрушить ни года, ни расстояния.

–Я не представляю себя без ТЮЗа. Конечно, сейчас я уже задействована в меньшем числе спектаклей, чем раньше. Но, последняя премьера мне очень дорога. Это спектакль по рассказам Василия Шукшина. У меня там не главная роль, а три эпизода и три образа, которые я никогда раньше не воплощала: пожилые, простые женщины, которые выходят посидеть на лавочке у дома. Обычно это неудовлетворенные жизнью люди, у которых что-то не сложилось, что-то пошло не так, как им хотелось. И теперь «уличная» жизнь других людей заменяет им собственную. Для каждой роли я разминаю себя, как пластилин. И сейчас пробовать себя в новых качествах мне как профессионалу очень интересно. Это значит, что я еще живу.

  • Нравится


Самое читаемое

  • Старейшему актеру исполнилось 97 лет

    Актер ЦАТРА, народный артист России Александр Петров в воскресенье, 24 марта, отмечает солидную дату. Патриарху сцены, единственному, работающему сейчас актеру-фронтовику исполнилось 97 лет. Служению театру предшествовало служение Родине: в начале Великой Отечественной войны Александр Алексеевич добровольцем ушел на фронт, участвовал в Сталинградской битве, освобождении Одессы, Праги, Вены, Будапешта, дошел до Германии и Югославии, награжден орденами и медалями. ...
  • Алексей Бартошевич: «Я был мхатовским ребенком»

    Для многих театроведов Алексей Бартошевич – ключевая фигура. Профессор ГИТИСа, один из крупнейших специалистов по творчеству Шекспира, автор научных трудов, Алексей Вадимович к тому же   представитель легендарной мхатовской семьи. ...
  • Умер Анатолий Адоскин

    Один из старейших артистов Театра им. Моссовета, Народный артист России Анатолий Адоскин ушел из жизни 20 марта. Об этом сообщили в пресс-службе театра.   «Театр им. Моссовета с глубоким прискорбием сообщает, что 20 марта на 92-м году жизни скончался Народный артист России Анатолий Михайлович Адоскин», – говорится в сообщении на сайте театра. ...
  • «Если это не модно, то это не МХАТ»

    В среду, 13 марта, художественный руководитель МХАТа им. Горького Эдуард Бояков провел встречу с труппой театра. Публикуем основные заявления, сделанные в ходе этой беседы. О премьерах «До конца 2019 года готовится около десяти премьер. ...
Читайте также


Читайте также

  • Теодор Курензис выступит в Германии с оркестром и хором

    Теодор Курентзис представит в Кельне и Гамбурге «Реквием» Верди в исполнении оркестра и хора musicAeterna Пермского театра оперы и балета. Концерты включены в программу международного культурного проекта «Русские сезоны» в Германии и пройдут 30 марта в Кельнской филармонии и 1-2 апреля в Эльбской филармонии в Гамбурге. ...
  • «Мир русского театра»: программа объявлена!

    С 6 по 9 июня в столице Германии состоится III международный фестиваль «Мир русского театра». По инициативе «Театрала», свои лучшие постановки в Берлине представят русские коллективы из Австрии, Болгарии, Великобритании, Германии, Израиля, Молдовы и Финляндии. ...
  • «Золотая маска» выйдет на улицу

    С 16 марта по 22 апреля в Москве состоятся мероприятия программы «Золотая Маска» в городе». Бесплатные театральные представления пройдут на улицах и площадях, в парках, в музеях и на вокзалах, в библиотеках и офисных центрах. ...
  • «Три сестры» приедут в Москву из Базеля

    Коллективы Швейцарии примут участие в мероприятиях Года Театра в России, об этом рассказали на встрече с представителями СМИ в швейцарском посольстве.   В конце июня в Москву на Чеховский фестиваль приедет знаменитый театральный режиссер Даниэле Финци Паска, который привезет спектакль «Донка», кроме того швейцарские театры будут участвовать в фестивалях «Золотая маска», «Территория», «Точка доступа» и др. ...
Читайте также