В театре «Геликон» показали «Турандот» без хэппи-энда

 
Премьера оперы Пуччини «Турандот» прошла в театре «Геликон». Спектакль поставили дирижер Владимир Федосеев и режиссер Дмитрий Бертман.
 

С точки зрения авангардистов двадцатого века, «Турандот» (1925) - весьма старомодная музыка.  Ведь к этому времени написаны ранние оперы Стравинского,  уже давно творил Шенберг. Но для самого Пуччини и его поклонников «Турандот» - счастливый синтез традиционного итальянского мелодизма с новыми веяниями. Трагикомическая оперная сказка по фьябе Карло Гоцци (той самой, что послужила основой легендарному спектаклю Вахтангова) дала композитору возможность блеснуть изощренностью колорита и богатством оркестровых тембров. Поэкспериментировать с «экзотикой» - китайской традиционной музыкой (подобно тому, как исконные японские мелодии были им переработаны для оперы «Баттерфляй»). Чего здесь только нет. Ксилофон, саксофон и гонг, экзотическая ирония трех министров-резонеров («клоуны и философы», называл их Пуччини), скачки метра и ритма, варварские вопли медных, хоры, в которых находят влияние Мусоргского, и звон китайских колокольчиков.
 
«Турандот» - последняя опера Пуччини, которую он не успел дописать. Это сделал композитор Альфано,  стилизуя музыку автора,  именно в таком варианте опера идет чаще всего. По задумке автора, в финале должен был быть большой, но в итоге не написанный любовный дуэт главных героев - после того, как преданная принцу Калафу Лиу лишает себя жизни, а злая китайская принцесса после кончины рабыни приходит в себя и влюбляется в Калафа.
 
«Раскалить любовную страсть Турандот, которую она столько времени тушила под пеплом своей великой гордыни» - вот чего хотел композитор.
 
Но дуэт – волей судьбы - не случился, чем не преминул воспользоваться Дмитрий Бертман. Он услышал в партитуре не традиционные красивости, но экзистенциальную жесткость. Отверг приставленный счастливый финал. И создал спектакль, в котором темные стороны человеческого сознания (не говоря уж о подсознании) доминируют до конца. Не уходя от изначальных театральных идей оперы (современное осмысление комедии дель арте, переложенной «на китайский лад»), Бертман прочел это не как дальневосточный «сувенир», а как «чудовищную историю» с «жесткой драматургией, очень сумасшедшую» и в экстремальных обстоятельствах. Получилось и стильно, и убедительно.
 
Начнем с того, что Турандот в спектакле две. Одна – безмолвная танцовщица с тонкой фигурой и красивым лицом, обращенным к соискателям руки принцессы. Это, по Бертману,  всего лишь маска, видимость,  морок. Именно в куклу-подделку все юноши и влюблены. Истинная сущность воплощена в другой, поющей, фигуре – не столь совершенной, но источающей психоз и садистскую жестокость. В то время как внешняя Турандот царит на подиуме, являя  городу и миру декоративную красоту, ее истинная демоническая сущность, с косматыми седыми волосами и искаженным лицом вампира, мечется внизу. Прием «двойника», не Бертманом придуманный, но сильно и уместно использованный.     
 
Соавторы режиссера из разных стран – оформитель и автор костюмов Камелия Куу, художник по свету Томас Хаазе и хореограф Эдвальд Смирнов -  жесткость укрупнили и продолжили. События, большей частью происходящие ночью, освещает громадная 3D-луна, «любовница мертвых». Она, как и мерцающие китайские фонарики в руках горожан, придает налет холодной мистерии этому оперному Пекину. Все персонажи спектакля словно загипнотизированы лунным светом.
 
Сценограф обыгрывает технические возможности зала «Стравинский»: фрагменты  сцены ассиметрично ездят вверх-вниз, рождая атмосферу перманентного пространственного волнения. Декорации – полукруглая  дырчатая стена с орнаментом и тремя большими круглыми окнами - задуманы под влиянием всякого рода китайских эстетических правил,  но с учетом функционального новейшего дизайна. Костюмы Пинга, Панга и Понга такие же: смесь традиции и современной моды. Красные халаты манерных министров вполне гармонируют с их же репликами о любви, которая в этом злосчастном городе – «дверь в лавку мясника».
 
Действие происходит в неком тоталитарном государстве, где каждый должен давать взятки чиновникам, а пресловутые «китайские церемонии» выродились в мертвящий, бессмысленный, фиктивный ритуал. Жители зависят от прихотей властительницы опирающейся - и в прямом смысле - на тайную полицию в черных капюшонах, закрывающих лица. Народ-хор, то забито-агрессивный, то переменчиво-ласковый, танцующий в стиле мюзикла или крадущийся, как ниндзя, разумеется, весь в черном и сером. Неразличимая масса, которую бьют палками, что с нее взять. Платья двух Турандот, сплошной «от кутюр», украшены громадными воротниками. А у поющей принцессы - еще и черепами казненных, просвечивающими сквозь кринолин и пышный тюль.      
 
Вопросы вызывает подход дирижера Федосеева. Прихотливая возбужденность  партитуры у него во многом ушла в простую громкость.  Она,  кстати,  нередко заглушала певцов, так что им приходилось не петь,  а  кричать. Так, например, получилось с Калафом (Виталий Серебряков). Молодой певец с красивым голосом и так не блистал – пока - сценической и вокальной раскованностью, проведя партию  на уровне старательного ученичества. И в коронной арии «Пусть никто не спит» (Nessun dorma)  Серебряков не  вышел – пока? -  на верхнее «си», которым сверкают лучшие его коллеги-тенора. А тут еще и оркестр перекрикивай. Та же проблема - у Лиу, прямолинейной и несгибаемой (Юлия Щербакова): тембр хорош, но звук  регулярно теряется, и в пиано голос певицы мало слышно. Только Турандот - в обеих ее ипостасях – была блистательна. И гибкая красавица Ксения Лисанская, в безмолвной «декадентской» пластике соединившая приемы китайской оперы и современного угловатого танца. И певица Елена Михайленко, с набеленным немолодым лицом и черными провалами глаз, принцесса-упырь, обворожившая как инфернальной манерой жуткой закомплексованной дамочки, так и источающим перманентную истерику голосом, в котором даже «взвизги» на верхах, и те работали на образ.
 
Безрадостный финал спектакля предсказуем, но все равно действует на нервы, словно внезапный удар, как Бертманом и задумано. Калаф, фанатично поглощенный мыслями о принцессе, покорно идет за ней, но Турандот вдруг оборачивается - и застывает, глядя на воздыхателя и оскалив зубы в демонической усмешке. Принц впервые видит истинную Турандот. Существо из подполья. И в ужасе отшатывается.    
  • Нравится

Самое читаемое

  • «Прекрасная женщина, которая находится в тяжелом состоянии»

    На торжественном приеме Союза театральных деятелей, приуроченном, по традиции, к началу Масленицы, председатель СТД Александр Калягин объявил, что председательской Премией в нынешнем году награждается директор РАМТа Софья Апфельбаум, находящаяся ныне под домашним арестом. ...
  • На 44-м году жизни умер артист Дмитрий Соловьев

    В понедельник, 12 февраля, стало известно, что накануне ушел из жизни сын кинорежиссера Сергея Соловьева – Дмитрий Соловьев. По словам друзей актера, предполагаемой причиной смерти стало осложнение после воспаления легких. ...
  • Лия Ахеджакова: «Живем в диком абсурде»

    В среду, 21 февраля, Мосгорсуд подтвердил решение Басманного суда о продлении меры пресечения троим фигурантам дела «Седьмой  студии». Одним из участников заседания стала Лия Ахеджакова: адвокат Алексея Малобродского Ксения Карпинская заявила ходатайство о допуске Лии Меджидовны в качестве общественного защитника, однако суд Ахеджаковой отказал, сославшись на то, что у нее нет диплома по юриспруденции. ...
  • Умерла мать Кирилла Серебренникова

    Мать Кирилла Серебренникова Ирина Александровна Литвин умерла 17 февраля после тяжелой болезни в Ростове-на-Дону. В понедельник, 19 февраля, состоялась кремация.   «Ее кремировали полчаса назад. Мать умерла после тяжелой болезни, была парализована. ...
Читайте также


Читайте также

  • В Театре Маяковского изучают природу донжуанства

    Режиссер Анатолий Шульев, выпустивший в прошлом году «Бешеные деньги», приступает к постановке комедии Мольера «Донжуан» и предлагает писать название спектакля в одно слово – как архетип. – Современный Донжуан – это такой популярный стендап-певец-блогер, гастролирующий по стране с концертами, имеющий армию малолетних поклонниц и всегда немного пьяный, – делится режиссер своим замыслом. ...
  • В Театре Луны установят «Матри-Архат»

    В субботу, 24 февраля, в Московском театре Луны состоится премьера спектакля «Матри-Архат» в постановке художественного руководителя Сергея Проханова. Премьера приурочена к 25-летию театра, сообщает пресс-служба. Сюжет спектакля, выполненного в стиле «реалистичной фантастики», повествует о возможном будущем, где человечество оказывается на грани войны между полами. ...
  • С деньгами не шутят

    Сюжет «Бешеных денег» удивительно похож на «Бесприданницу» того же Островского: это известный факт, который всегда отмечают литературоведы, это очевидность, что бросается в глаза простому неискушенному зрителю. ...
  • «Наш спектакль должен играться без слов»

    Молодые артисты Театра им. Вахтангова во главе с актером, а теперь и режиссером-дебютантом Валерием УШАКОВЫМ, выпустили спектакль «Маркес. Без слов». После премьеры этой экспериментальной работы, которая состоялась в театре «С. ...
Читайте также