Дмитрий Сибирцев: «Пиковую даму» не прощу ни себе, ни режиссеру»

Директор «Новой оперы» в интервью «Театралу»

 
Корреспондент «Театрала» поговорил с директором «Новой оперы» Дмитрием СИБИРЦЕВЫМ о насущном: о творческой жизни в кризис, о границах дозволенности на сцене и о том, как театр выстраивает свой репертуар.
 
– Дмитрий Александрович, начнем с главного: как «Новая опера»  живет во времена кризиса?
– Выпускать до шести спектаклей в год, как было не так давно, у нас теперь не получается. Можем выполнить один заказ московского Департамента культуры и еще сделать один спектакль на собственные средства, выручаемые от продажи билетов, гастролей и т п.  Хотелось бы, конечно, больше, но, увы. Надо смотреть правде в глаза: либо мы должны сокращать штат, либо ограничить количество премьер. Но все же увольнять людей не хотелось бы: у нас в театре каждый человек достоин того, чтобы здесь работать. И мы ищем возможности более интенсивного проката спектаклей. Но кризис коснулся и публики, которая не стала платежеспособней. При этом мы не можем задрать цены на билеты. Я вам больше скажу: на некоторые спектакли театр цены снизил.  
 
А что с посещаемостью?
– Публика к нам идет, динамика посещаемости радует. Помню, когда я пришел в театр, показатели в некоторые месяцы (прежде всего летом и в сентябре) во многом создавались искусственно. Почти весь зал могли собрать по билетам, розданным социально незащищенным слоям населения. Доходы от продаж часто были крайне низкими. Например, на спектакль, аншлаг которого стоит 700 -800 тысяч, театр собирал всего 70. Конечно, пенсионерам нужно помогать, но ведь и театру нужно зарабатывать!
 
Сегодня картина во многом иная, хотя резерв свободных мест по-прежнему идет в собес. Но сейчас процент непроданных билетов стал настолько меньше… По плану у нас заполняемость зала 85%. Реально мы, как правило, получаем больше 90%.
 
Диапазон цен у вас какой?
– На спектакли, которые идут давно – от 200 до 1200 рублей, на недавние премьеры – до 3000. Редко – выше. Приезд мировых звезд влияет на цену: самый дорогой билет на моей памяти стоил 12 тысяч, тогда пел Дмитрий Хворостовский. Но это как исключение.
 
В Москве несколько музыкальных театров. Какое место среди них занимает «Новая опера»?
– У каждого московского театра, на мой взгляд, есть свои преимущества. «Геликон» – это авторский, режиссерский театр и театр-семья, где все подчинено результату. Театр имени Покровского – во многом лаборатория современной оперы. Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко имеет еще и сильный балет. Возможно, коллеги меня поправят, но мне кажется, как директору и как музыканту, что у нас, наверное, самый высокий музыкальный уровень.
 
Благодаря нашему главному дирижеру Яну Латам-Кёнигу. Мы рады, что такие люди, как он (а ранее – Эри Клас), смогли удержать  наш театр на высоком уровне после  кончины основателя «Новой оперы» Евгения Колобова. Наш молодой дирижер Андрей Лебедев недавно получил «Золотую маску», а за последние годы –  не он один. Два десятка наших солистов регулярно поют в спектаклях Большого театра и за рубежом. Нас в прошлом году номинировали на важнейшую международную оперную премию в категории «Лучший театр». Это о чем-то говорит.
 
В чем особенности репертуарной политики театра?
– Мы стараемся не дублировать афиши других театров. Ищем баланс между интересами широкой публики и, например, вкусом нашего главного дирижера, который является горячим пропагандистом музыки ХХ и XXI веков. Поэтому у нас были «Поворот винта» Бриттена, оперы Прокофьева, «Саломея» Штрауса, будет «Пассажирка». Если б труппа была укомплектована певцами, голоса которых подходят барочной опере, мы бы, не задумываясь, такую оперу поставили.  И мы к этому идем. Я бы начал с «Коронации Поппеи».
 
Удается ли договариваться с директорами других московских театров о недублировании названий?
– У нас была встреча директоров в июне. По инициативе московского Департамента культуры. Нам было четко сказано: если у нас начнут плодиться, как грибы, одни и те же названия, мы сочтем это не очень грамотной репертуарной политикой. Директор Большого театра Владимир Урин, несмотря на то, что ГАБТ находится в федеральном подчинении, в обсуждении тоже участвовал. На самом деле, нам всем достаточно информированности о планах соседей. Мы в «Новой опере» всегда найдем хорошее название. Хотя нам и пришлось отказаться от идеи поставить «Манон Леско» Пуччини, потому что за нее взялся  Большой.   
 
– Сейчас много говорят о границах интерпретации классики. К фразе «Театр - это не музей» вы как относитесь?  
– У нас в театре бывали разные спектакли. Скажем так, «спокойные», как, например, «Ромео и Джульетта», и «беспокойные» – «Саломея» или «Игроки». Качество ведь не от этого зависит. То «продвинутое», что сделали у нас в спектакле «Пиковая дама», я не прощу ни себе, ни режиссеру, который это поставил.  Или «Летучая мышь», которой, извините, просто плюнули в вечность. В режиссерскую работу я не вмешиваюсь. Ко всему нужно подходить гибко. Но могу спросить, какую функцию выполняют на сцене те или иные предметы реквизита: ведь театру за них платить. Или почему центральную арию в опере артист поет из той точки, в которой его не слышно.
 
Насколько ваш взгляд на афишу театра как директора совпадает с вашим личным вкусом музыканта? Не приходится ли это как-то примирять?
– Приходится. Мне лично близка опера второй половины XIX века, и с интересами кассы это совпадает. Но, как руководитель, я должен, обязан мыслить шире. Пост директора театра – не повод заявлять о себе. Важно сделать так, чтобы всем –  и артистам, и публике – было в театре интересно. Директору – в том числе. Если мне будет неинтересно, я уйду на следующий день. Певцов хороших обязательно нужно заинтересовать петь у нас.  Если мы не сможем предложить им в полном объеме репертуар, на который они способны, солисты найдут его в других местах.
 
В театре существует художественно-творческая коллегия. Вы принимаете решения совместно?  
– Коллегия может вносить предложения. Воздействовать на те или иные решения. Работа ее носит рекомендательный характер для руководства театра. Но когда специалисты в один голос заявляют о чем-то – я прислушиваюсь. В последнее время наши мнения практически совпадают. И за пределами коллегии мы со всеми творческими людьми в театре всё обсуждаем. Я, конечно, согласен со своим мнением, но со мной можно дискутировать.
 
Почему в «Новой опере» нет должности художественного руководителя?
– Я очень люблю оперу. И если бы в театре появился художественный руководитель, на следующий день здесь не было бы директора Сибирцева, потому что я профессиональный музыкант, пришел сюда не только за крышей следить.  
 
Ваш контракт действует до какого года?
– Он возобновляется ежегодно. И в этом вопросе я абсолютно согласен с московским Департаментом культуры. Нет ничего более стимулирующего, чем краткосрочный договор.
 
У вас есть попечительский совет? Как обстоят дела со спонсорской помощью?
– Над этим надо работать и работать серьезно. Сейчас, скажем так, многие к нам присматриваются.
 
Вы в театре уже почти пять лет. Что удалось и что не удалось сделать?
– Столько всего не успели… Увы, не со всеми замечательными дирижерами удалось сотрудничать. Пришлось из-за кризиса и спектакля в Большом театре отказаться от новой постановки «Пиковой дамы». Жаль, что некоторые артисты от нас уходят, хотя очень многие и приходят. Удалось сделать возможные конфликтные ситуации в театре неинтересными для общества. Перевести интерес публики в творческую плоскость. Радостно, что звезды европейской оперы, выходцы из «Новой оперы», про нас не забывают. Гастрольная жизнь театра перешла на новый уровень. И каждый день происходят какие-то нужные, важные вещи. Удачный дебют артиста в партии – это так здорово!
 
  • Нравится

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи

Также вы можете войти, используя аккаунт одной из сетей:

Facebook Вконтакте LiveJournal Yandex Google Mail.ru Twitter Loginza MyOpenID OpenID

Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Никита Высоцкий: «Отец всегда щедро раздавал комплименты»

    25 июля – день памяти Владимира Высоцкого (блистательный поэт и актер ушел из жизни в 1980 году). В связи с годовщиной напомним читателям одно из недавних интервью «Театрала» с директором Центра-музея Высоцкого на Таганке Никитой Высоцким. ...
  • Константин Райкин: «Театр как спасение»

    Художественный руководитель театра «Сатирикон» Константин Райкин выступил с речью на XXXV Всемирном конгрессе Международного института театра в Сеговии (Испания). «Театрал» приводит целиком его выступление, которое в понедельник,24 июля опубликовала пресс-служба театра. ...
  • «Всегда в движении»

    24 июля празднует юбилей Ирина Мирошниченко. Со страниц «Театрала» актрису поздравили ее коллеги.  Игорь Верник: - Ирину Петровну я знаю с того момента, как пришел во МХАТ. С ней я провел много лет не сцене в спектакле «Татуированная роза». ...
  • «Мои успехи и неудачи зависели только от МХАТа»

    24 июля Ирина Мирошниченко отмечает юбилей. Сегодня она одна из немногих актрис Художественного театра из числа, так сказать, мхатовских корифеев. Здесь Ирина Петровна работает со дня окончания Школы-студии в 1965 году. 27 июля Ирина Петровна отпразднует красивую дату концертом «Встречая юбилей…» на сцене театра «Русская песня» п/р Надежды Бабкиной, а в Художественном театре торжества пройдут уже 23 сентября. ...
Читайте также