И это всё о нем

В преддверии юбилея режиссера друзья и коллеги рассказали о «своем» Гинкасе

 
Сергей Юрский:
– Гинкас человек абсолютно самостоятельный. В искусстве это есть большое достижение.

Анализировать его давние спектакли не могу. Это будет притворство, потому что я тогда ничего не видел. Когда я жил в Ленинграде, он работал в Красноярске, а потом я уехал из Ленинграда. Встретились мы с ним на сцене Театра Моссовета, когда он приехал ставить «Гедду Габлер». Если говорить об этой нашей совместной работе, то она для меня памятна по всем статьям. В связи с этим я даже опубликовал большой аналитический материал «Гедда Габлер и современный терроризм», потому что это был спектакль чуть больше, чем художественное представление. Это делал Кама Гинкас. Однако должен заметить, что эта постановка исключение в его жизни, потому что это был реалистический, психологический спектакль. Это победа Ибсена, а Кама Гинкас есть утверждение победы самого Камы Гинкаса. Его лучшие, самые знаменитые спектакли это те, в которых драматурга побеждает Гинкас или сам является драматургом на чьем-то материале. Поверьте, я так говорю, потому что в этом понимаю.
 
Вера Бабичева:
– Приехав из Ереванского драматического театра в Москву, в Театр Маяковского, я была растеряна. Мне было сложно вписаться в совершенно другую систему координат, каким был театр Гончарова. Был момент, когда казалось, что у меня профессия уходит из рук, и тут я получаю распределение в спектакль «Блондинка», который ставил Кама Гинкас. Когда-то давно, еще не будучи студенткой, я посмотрела в Ленинграде спектакль «Люди и мыши». Для меня Кама Миронович и Генриетта Наумовна остались навсегда самыми любимыми людьми, хотя лично я не была с ними знакома.
 
Репетировать я начала очень плохо. Кама Миронович, промучившись со мной несколько дней, оставил после одной из репетиций и спросил: «Что происходит? Я знаю, вы были ведущей, успешной артисткой в Ереванском драматическом театре, играли там главные роли, но сейчас я ничего не могу понять. Как мне с вами работать?»
 
Я рассказала ему все, и он начал мне помогать, возвращая веру в себя. Причем делал это так педагогически грамотно, что я этого не замечала. На этих репетициях я потихоньку приходила в себя. Я доверилась ему, потому что это был человек из моей юности, моего института и моего города. Он открыл во мне новые актерские качества, буквально втащил меня обратно в профессию. То, что он тогда для меня сделал, неоценимо.
 
Недавно я посмотрела спектакль «К.И. из «Преступления», в котором играет мой студент Калимулин. После спектакля мы долго сидели, разговаривали, и я подумала, как все-таки все переплетается в этой жизни. Девчонкой я смотрела «Люди и мыши», потом встреча с Гинкасом в трудный момент моей жизни, а сейчас уже мой студент играет у него. Я бесконечно благодарна Каме Мироновичу. Желаю ему здоровья, долгих лет жизни.
 
Оксана Мысина:
– Кама Гинкас – не просто режиссер или человек. Это режиссер и человек, выполняющий на Земле миссию. С ним можно замечательно дружить, но он не терпит панибратства. Все эти годы он со мной по-питерски на «вы», и я очень радуюсь, когда он сбивается. Он строг, но щедр! Его доверие актеру вызывает ответное чувство и двойное внимание к его замыслу.
 
Как режиссер, он может загнуть любую форму, но это не его конек. В центре его спектаклей всегда человек – пронизанный копьем времени насквозь, прямо через сердце. С душой, полной противоречий. С поведением, вызывающим противоречивые чувства. Человек живой, не литературный, не припудренный, иногда – гадкий и колючий, но не боящийся себя.
 
Я вижу в Гинкасе отчаянного мальчика, экспериментатора, новатора. Не замечаю его седых волос. Гинкас мне открыл роль моей жизни. Такой ролью стала для меня его Катерина Ивановна с детьми. Моя Библия – Гинкаса неветхие заветы. Спустя двадцать два года, я уже не сожалею, что роль у Гинкаса у меня одна. Библия тоже одна, говорю я себе, но от этого она не скудеет смыслами. А роль, сочиненная Гинкасом для «К. И. из «Преступления», удерживает диалог со временем и через столько лет!
 
Для театра спектакль, идущий двадцать два года – это редкость. Для работ Камы Гинкаса – тоже рекорд. И я этим горжусь. Обычно об этом не думаю, а сейчас горжусь. Когда выхожу на сцену в «К. И.», на моих плечах Кама и Федор. В смысле, Достоевский. Они для меня, как близнецы-братья. Оба они мне одинаково дороги, потому что они друг друга достойны.
 
Один раз пришлось отменить спектакль по моей вине. У меня была высокая температура, и Кама, как сын врача, мне запретил играть. Зрителей отправили домой, а Генриетта Наумовна с Камой Мироновичем приехали к нам с Джоном с лекарствами, клюквой, курицей с рынка и фруктами. Оба вошли, поставили все у порога, шутили и приговаривали, что и как надо мять, сколько кипятить и какими глотками пить. Аки ангелы.
 
Кама веселый и остроумный. Никогда плохо не говорит о своих коллегах. Всегда интересуется, что нового происходит в других театрах. Но как только ему становится неинтересно, или когда разговор исчерпан, он может резко попрощаться и выйти из кадра. Его искренность многих пугает, а меня восхищает.
 
Два раза я падала с большой высоты у Гинкаса. В Москве и в Киеве. Ничего, спустя десять лет прооперировалась и с новым тазобедренным бегаю, прыгаю, летаю. Гинкас и не через такое прошел. Две операции на сердце.
 
Храню, как реликвию, его письмо из реанимации. Накануне Авиньонского фестиваля.
 
«Во Франции с вами будет репетировать Маша (т.е. Генриетта Наумовна. Это ее ник-нэйм). Она очень талантливая. Намного лучше меня. Слушайтесь Машу». В Авиньоне, накануне спектакля, Генриетта Наумовна заглянула ко мне в гримерку и увидела, как я держу в руках карандашиком написанное письмо Камы Мироновича из палаты реанимации. «Ой, простите, – сказала Маша, – вижу, вы с Гинкасом репетируете».
 
Таких людей в Москве больше и нет. Они стоят особняком и держат Театр, прямо как Атланты. Сегодня видела их во дворе театра глубокой ночью, в половине первого. Он галантно держит Ей дверь и подает руку, когда Она спускается по лестнице. Аристократы духа.
 
Кама – единственный, редкий экземпляр. Я ценю каждое его замечание. Они на вес золота. Записываю за ним в тетрадь, как ученица. Почему? Потому что я и есть его ученица.
С днем рождения, непоседливый Кама Миронович! Желаю Вам такого же вдохновенного бега на самую длинную дистанцию!
С любовью – Мискина (а это мой ник-нэйм, только для Гинкаса).

  • Нравится


Самое читаемое

  • Скончался актер Андрей Харитонов

    Известный актер театра и кино Андрей Харитонов скончался в воскресенье, 23 июня, на 60-м году жизни, похоронят актера в Киеве.   «Андрея сегодня не стало… Ушел из жизни всеми любимый, талантливый и необыкновенно красивый человек. ...
  • Театр кукол им. Образцова просит о помощи

    В редакцию «Театрала» поступило письмо от коллектива Театра кукол им. Образцова: - Дорогие друзья, 12 июня в 14.30, в День России, куклы Театра Образцова вместе с коллективом выходят на улицу. Под символом нашего театра, под знаменитыми часами мы собираемся записать театрализованное обращение на горячую линию президента. ...
  • «Это назначение грозит гибелью»

    В День России, 12 июня, коллектив Центрального театра кукол им. Образцова вышел на улицу, чтобы выразить своего рода протест против назначения заместителем директора ГЦТК Юрия Шерлинга, из-за которого, по, словам артистов, в театре сложилась «нездоровая обстановка», обусловленная «угрозами увольнения» и «обвинениями в некомпетентности». ...
  • Умер Франко Дзеффирелли

    Итальянский режиссер Франко Дзеффирелли ушел из жизни в возрасте 96 лет. Об этом сообщил мэр Флоренции Дарио Нарделла. «Я хотел, чтобы этот день никогда не наступил, – написал Нарделла в своем блоге в Twitter. – Франко Дзеффирели ушел сегодня утром». ...
Читайте также


Читайте также

  • Антон Шагин: «Чтобы не потеряться за лицедейством…»

    Весной вышла новая книга стихов актера Антона Шагина  - «Антоновки». В поэтической рубрике «Театрала» представлем стихи из этого сборника. – Я всегда пишу. Даже если я не пишу физически, то внутри всё равно идет работа. ...
  • Трагик и комедиант

    Народный артист России Сергей Степаненко 18 июня отмечает юбилей. Ведущего актера «Ленкома» поздравляют коллеги.   Александр Лазарев: – Для меня Серёга, Сергей Юрьевич Степанченко, он же Серёжка, он же Степан – невероятно близкий человек в театре и в жизни. ...
  • Франко Дзеффирелли: «Моду на страдание изобрели русские»

    Франко Дзеффирелли, скончавшийся в ночь на 15 июня в Италии на 96-м году жизни, в 2008 году дал интервью «Театралу». В память о маэстро напомним этот материал читателям. – Вы считаете себя большим художником? – Человек, который думает о себе «я большой художник» – кретин. ...
  • «Бутусов дает почувствовать себя свободным»

    С актрисой Московского драматического театра им. Пушкина Александрой Урсуляк мы встречаемся поздно вечером, после спектакля «Гедда Габлер», когда монтировщики сцены разбирают декорации. – Александра, вы только что отыграли спектакль, на который, судя по всему, приходит довольно разнообразная публика. ...
Читайте также