«Правила у нас меняются по десять раз на дню»

Алексей Гуськов

 
Алексей ГУСЬКОВ –  актер и продюсер. Родился 20 мая 1958 года в городе Бжег (Польша). Начинал актерскую карьеру в Московском драматическом театре им. Пушкина, в котором проработал два года. В 1986–1988 годах работал в Театре на Малой Бронной, в 1988–1991 годах – в театре «Детектив», затем – в Театре им. Гоголя. В настоящее время – актер Театра им. Вахтангова. Играет в спектаклях «Евгений Онегин», «Улыбнись нам, Господи», «Люди как люди». Преподает актерское мастерство в Школе-студии МХАТ. Сыграл более чем в 50 картинах. Самой известной работой актера на телевидении стала роль Никиты Голощекина в сериале «Граница. Таежный роман». Лауреат Государственной премии России, народный артист России.
Мы знаем Алексея Гуськова по ролям в фильмах «Волкодав», «Классик», «Мусорщик», «Рагин», по роли Никиты Голощекина из сериала «Граница. Таежный роман»... Но это в прошлом. За последние несколько лет актеру удалось по-настоящему заблистать на съемочных площадках Европы. Его фильм «Концерт» получил национальную итальянскую кинопремию «Давид ди Донателло» (итальянский аналог «Оскара»). Недавно он сыграл Папу Римского Иоанна Павла Второго опять-таки в итальянской картине «Он святой, он человек», снялся в фильме Дэнниса Берри «Мата Хари». В интервью «Театралу» Алексей ГУСЬКОВ рассказал о том, как русские анекдоты понимают за границей, чему он учится у своих студентов и зачем он решил освоить «смежную профессию».
– Алексей, прошлой осенью вы привезли в Россию комедийный триллер немца Штефана Кромера «Пингвин нашего времени». В этой картине вы не только исполнитель одной из главных ролей, но и продюсер. Почему вы взялись ее продюсировать?

– Актер, как известно, профессия зависимая, он полностью зависит от предлагаемого ему материала. Так что мое продюсерство – это восполнение чего-то не случившегося в моей актерской судьбе. Сценарий Даниэля Ноке – очень интересного молодого сценариста из «новой немецкой волны» – показался мне очень неожиданным и понравился своей неординарностью.

– О чем этот фильм?

– Как и все кино – о любви! В данном случае о немецкой девушке, которая, не зная языка, едет искать любимого на Север России. Там у каждого из героев, волею судьбы встретившихся на краю света, есть своя определенная идея, которая ими движет... Девушка мечтает о любви русского парня, его жена маниакально стремится выиграть Олимпийские игры... Единственный герой, который проиграл, это тот, кто просто хотел денег.

– А ваш персонаж – Всеволод Старыч, довольно странный олигарх, помешанный на пингвинах и экологии...

– (Смеется.) Если точнее – олигарх в бегах. Сейчас все наши олигархи в бегах... Он тоже одержим идеей – решил для себя, что человеческое общество обречено, что мир наш гибнет, и решается послать своеобразный месседж – предупреждение о грядущей катастрофе.

– Даже в трейлере фильма вас не все узнавали. Вас специально старили?

– Артисту всегда хочется что-нибудь с собой сделать. В этом и суть профессии – прожить миллион жизней. Ну да, отрастил бороду. Заодно посмотрел, как я буду выглядеть в старости.

– Последние годы вы много снимаетесь в Европе. Что вы там для себя открыли?

– Очень много. Во-первых, я стал много ездить, окунулся в другую культуру. Не как турист, а как «работник» познакомился с французами, итальянцами, с их повседневной жизнью. Это фантастически интересно! А с фильмом «Концерт» где только не был, начиная от их вотчины в Каннах до Токио и Рима, а потом в обратном направлении. Поверьте, встречаться с публикой – это самое-самое интересное из всех занятий. Если бы я был олигархом, то в какой-то момент, посчитав, что все, уже хватит денег (так бывает – что хватит!), я бы, знаете, занимался только благотворительной деятельностью и путешествовал по миру. Бесконечно. Учил бы языки, общался... Язык – это невероятная штука!

– Мы все время говорим и слышим: «великая русская школа перевоплощения», «система Станиславского»... Французы, немцы, итальянцы сильные партнеры?

– Природа актерская везде одинакова. Хороший артист играет хорошо, а средний артист – средне и т.д. И действительно, русская актерская школа превосходна. Мы многое можем сделать глубже, лучше и быстрее, чем они. Но у иностранных артистов – свои плюсы.

– Вы как-то признались, что вас поразила их реакция на русские анекдоты...

– Нам было легче всего найти контакт, рассказывая анекдоты. Я упражнялся в этом на съемках, и нас, как партнеров, это сближало. Вообще юмор, наверное, самая сложная вещь для понимания. Потому что природа трагического – понятна, она одинакова для всех. Могу сказать, что из десяти «рашен джок» итальянец смеялся раз семь, француз – пять, англичанин – два раза. Такая странная природа! Но и, соответственно, с их стороны, вероятно, тоже была какая-то забавная статистика: что мне, русскому, смешно, а что нет. Вообще люди хотят смеяться. И я заметил: если ты нащупал эту точку соприкосновения в юморе, понял то, над чем собеседник улыбается, ты чуть-чуть становишься ближе.

– По-вашему, чем вы так привлекаете иностранных режиссеров?

– Кстати, я тоже задумывался: отчего вдруг так охотно стали снимать русских актеров. Мне кажется, в их представлении мы – люди с огромным энергетическим запалом (который они даже называют «чуть варварским»): не очень исполняющие законы, не очень любящие порядок, стихийные, спонтанные... А прелесть наша в том, что в нас есть некий «страдательный залог» – нам бы пострадать, покаяться, извиниться... На Западе даже есть такое выражение – «загадочная славянская душа». Собственно говоря, почти во всех моих западных картинах я вот эта «загадочная душа».

– А вас что в европейском кино привлекает?

– Уж не деньги точно! Это не те финансовые масштабы, за которые можно продаться с потрохами. Мой интерес – это только культура, новые впечатления – неизведанное, неиспробованное... Дело вот в чем. В определенный момент познание мира вокруг становится крайне важным. У меня, наверное, сейчас такой период. Тяжело бесконечно строить коммунизм. А я его с 17 лет строю, и всё оказывается не так. Только сдал научный коммунизм, а наутро сказали: все неверно, сейчас будем капитализм строить. Один построили, теперь объявили, что он неправильный – «олигархический». В общем, правила, которые меняются у нас на дню по десять раз... Да, с одной стороны, – объективная реальность, потому что у нас молодая демократия. Но с другой – жизнь у меня одна, другой не будет. Не будет других сорока лет, и пятидесяти не будет других, и шестидесяти, как не было тридцати. Сейчас меня волнует только одно: успеть сделать как можно больше того, что задумано. А время летит, летит, летит...

– Зрители вас любят за роли в лентах «Граница. Таежный роман», «Мусорщик», «Классик», «Рагин», «Отец»... Есть в вашей памяти «роли, которые забыть невозможно»?

– Только, если напоминают... Я искренне говорю: как только картина выходит на экран, я про нее сразу забываю. Я свое дело сделал, а дальше уже зритель судит, как я это сделал. Ничего нет позади. Есть то, что сейчас.

– Судя по всему, для России в очередной раз настали нелегкие времена. Что лично вам необходимо для комфорта? Без чего не можете и не хотите обходиться?

– Да я сейчас больше ценю «поле» вокруг. Это не связано с комфортом. Знаете, как говорят: «Он не любил ситуации, где было применено насилие над его природой». Вот чем дальше, тем дольше я стараюсь избегать ситуаций, где мне приходится себя ломать, где мне нужно быть не собой. Валерий Семенович Фрид в годы перестройки вырастил фактически всех сегодняшних сценаристов. Его дом был открыт всегда, туда приходили не только его ученики, но и друзья учеников, друзья друзей. Удивительный человек! Я провел с ним столько времени... Когда расставались, я ведь видел, как он со всеми прощался, а кому-то, улыбнувшись, говорил: «Спасибо. Но мы с вами виделись последний раз!» И ничего в этом унизительного и оскорбительного не было. Это и называется, наверное, уважение себя, своих принципов и своей территории, своего личного пространства. Иначе тебя просто растащат, раздербанят на огромное количество кусочков. Ведь, по большому счету, кроме родных и совсем близких, никого не интересует, какой я и что у меня болит. Воспринимают через свои представления, через роли, через... слово такое «имидж». И так со мной пытаются строить отношения. А это в корне неверно.

– На одном из зрительских форумов прочитал такую фразу: «Герои Алексея Гуськова сексуальны и обладают фантастическим обаянием...» И похожих оценок там множество. Приятно ощущать себя кумиром российских женщин?

– Если честно, я вообще об этом не думаю. А то, что мои персонажи нравятся женщинам, – замечательно. Я – мужчина и должен нравиться прекрасной половине зрительного зала. И то, что узнают на улицах, улыбаются, автографы просят – это хорошо. Надо же понимать, что поклонники – часть профессии. И не самая худшая, кстати...

  • Нравится


Самое читаемое

  • «Я не закрою кабинет и буду приходить в театр»

    Художественный руководитель московского театра «Современник» Галина Волчек планирует найти сотрудника, который мог бы вести дела в ее отсутствие. Об этом она сообщила во вторник, 1 октября, на сборе труппы в честь открытия 64-го сезона. ...
  • Голая правда

    Новый спектакль «Гоголь-центра» взбудоражил публику и прессу задолго до первых показов, когда стало известно, что в нем участвуют Сати Спивакова, Константин Богомолов и около двадцати обнаженных перформеров. Театр же позиционировал свою премьеру, как запоздалое пришествие на отечественную сцену немецкого драматурга Хайнера Мюллера, которого у нас хоть и ставили, но весьма эпизодически, тогда как в Европе он был одной из знаковых театральных фигур конца прошлого века, а в 90-е возглавлял «Берлинер Ансамбль». ...
  • «Ленком» перенес вечер памяти Николая Караченцова

    Московский театр «Ленком» перенес дату вечера, приуроченного к 75-летию Николая Караченцова, на 27 января. Как сообщал «Театрал», мероприятие должно было состояться 21 октября – в преддверии дня рождения актера. ...
  • «Мы должны быть вместе»

    Фото: Михаил Гутерман  Во вторник, 1 октября, Московский театр «Современник» открыл 64-й театральный сезон. По традиции, сбор труппы состоялся в день рождения первого художественного руководителя театра Олега Ефремова. ...
Читайте также


Читайте также

  • Наталия Опалева: «Мы придумали особый жанр – «изо-сериал»

    Проект Музея AZ «Свободный полет», посвященный Андрею Тарковскому и художникам неофициального искусства второй половины ХХ века, с успехом прошел в Западном крыле Новой Третьяковки. «Театрал» побеседовал с генеральным директором Музея AZ Наталией Опалевой. ...
  • «Эта великая книга еще не прочитана»

    Молодежный театр на Фонтанке продолжает программу международного сотрудничества. В апреле Шведский театр из города Турку представит на этой сцене спектакль «Женщины – 3» финской писательницы и режиссера Туве Аппельгрен, а недавно здесь состоялась премьера испанского театра «Трибуэнье» «Полет Дон Кихота». ...
  • Сергей Скрипка: «Наше кино движется в правильном направлении»

    В субботу, 5 октября, художественный руководитель и главный дирижер Российского государственного симфонического оркестра кинематографии Сергей СКРИПКА отмечает 70-летие. В преддверии праздника «Театрал» побеседовал с юбиляром. ...
  • Олег Басилашвили: «Товстоногов занимался жизнью человеческого духа»

    В эти дни в БДТ им. Товстоногова всё связано с именем Олега Басилашвили: на фасаде театра появился огромный баннер с фотографией из премьерного спектакля «Палачи», в котором народный артист СССР играет главную роль, а в фойе устроили масштабную выставку, где фотографии из семейного архива, кадры из фильмов, сцены из спектаклей перемежаются с цитатами юбиляра. ...
Читайте также