Слава Степнов: «Театр, как и жизнь надо уметь сочинить...»

 
«Театрал» расширяет границы рубрики – с этого номера мы будем рассказывать о русских театрах дальнего зарубежья. И начнем с нью-йоркского театра, которым руководит выпускник ГИТИСа
Уроженец Крыма Слава Степнов основал театр за океаномСлава (Вячеслав Юрьевич) Степнов, режиссер, драматург, педагог, 0гость-профессор Театральной школы «Британико-Институт» (Лима, Перу) и Theatre Workshop в Академии драматического искусства (Веллингтон, Новая Зеландия).

Прослужив несколько лет в разных театрах СССР, в начале 90-х уехал в США. Работал как приглашенный режиссер-педагог в известном американском театре Actors Theatre of Louisville, штат Кентукки, потом создал в Нью-Йорке театральную компанию STEPS, чтобы ставить классику мировой драматургии на английском, русском и испанском языках, занимая в спектаклях актеров из разных стран.

Режиссер рассказал «Театралу», с какими проблемами можно столкнуться при работе с русскими артистами и почему называет своих зрителей «разночинцами».

Мой театр начался давно

– Слава, вашей первой работой в Новом Свете стала чеховская «Чайка» на английском языке. Почему именно Чехов, а не скажем, Островский, Гоголь, или Грибоедов?

– Если представить «сумму смыслов» чеховской «Чайки», как некое «поле битвы», где сражаются амбиции, спорят поколения, сталкиваются полярные философии, где идет борьба между талантом и заурядностью, правдой и ложью – возможно, станет понятно почему, пребывая в экстремальных условиях переезда в Америку, я поспешил на это «поле брани». Скорее всего, таким образом, я искал силы для преодоления каких-то собственных внутренних проблем. Если хотите – спасался Чеховым, окружая себя его персонажами. Думаю, тогда, они мне были очень нужны, они могли подсказать мне, что-то очень важное... Всё закономерно: часто, когда нам хорошо, мы забываем о близких, но стоит чему-нибудь случится – сразу бросаемся к ним...

– Театральной компании STEPS 18 лет. Но в одном из интервью вы сказали, что свой театр создали лет 40 назад.
STEPS - это воплощение прежней концепции, или что-то совершенно новое?


– Мне кажется, здесь не может быть противопоставления... Давайте предположим, что театр STEPS – это авторский проект. Пусть это звучит нескромно, но этот театр появился в результате усилий и логики моих жизненных обстоятельств. Юридический акт, в результате которого, я получил в Нью-Йорке некую абстрактную бумагу об открытии театра – не так важен. Мой театр начался давно и далеко отсюда. Возможно, на южном пляже, когда меня, керченского пацана, приметили работники киносъемочной группы, приехавшие в Крым снимать телевизионный фильм. Искали типажи, я им приглянулся, и они утвердили меня на роль юного подпольщика... Была опасность застрять в «киношных мальчиках» – были предложения и дальше «крутиться в кинематографе», но старшие товарищи вовремя подсказали, что это неверный путь. Родители переехали жить в Сибирь. Закончил школу. Не поступил в театральный институт с первого раза. Начал работать в Омской драме: грузил и монтировал декорации к спектаклям, забил в сцену свой первый гвоздь... Хочется думать, что там – мои профессиональные истоки... Это нормально, когда театр начинается не с приказа министерства культуры, не с формальной концепции, а – «ниоткуда, из небытия». Театр, как и жизнь надо уметь сочинить...
Елена Строганова и Давид Варер в спектакле «Спросите Иосифа» Компания «мультикультурной концепции»

– Можно ли, учитывая репертуар и национальную принадлежность руководителя, сказать, что ваш театр русский?

– Непростой вопрос... По факту: STEPS – это маленький, нью-йоркский театр, который играет свои спектакли на разных языках. Кампания «мультикультурной концепции», которую основали русские. Красиво звучит, интригует, но в этом не было просчитанной стратегии. Разноликий, разноязыкий Нью-Йорк продиктовал нам свои условия. Жизнь, неожиданно, предложила решение. Мы начали играть спектакли на английском, а потом на русском и испанском языках... Спектакли на русском у нас появляются тогда, когда в «наши сети» попадают интересные специалисты из России: актеры, музыканты, художники, драматурги, режиссеры. Знаете, есть такой торт «наполеон». Он состоит из нескольких коржей, которые соединяются кремом. Моя мама замечательно умела печь такой торт. STEPS Theatre, на деле, и есть торт «наполеон» – в нем много составляющих, все перемешано. Например, я, живя в Нью-Йорке, свой день начинаю с российских новостей в интернете. Занимаясь мировым театром, читаю книги русских режиссеров и критиков. Пытаясь говорить на разных языках, думаю по-русски. Во мне, в моей работе, в моих мыслях естественным образом совмещается, как бы, несколько материй... Может быть, это звучит пафосно, но STEPS Theatre – это не «пограничная линия», это – «связующее звено» русского с другим миром...

– Как вы подбираете репертуар для своего театра?

– Честно говоря, никакой стройной системы выбора пьес у меня нет. Американский драматический театр вынужден работать в таком алгоритме, когда многое возникает спонтанно, мотивация подвижна. Выбор предопределен разными факторами: грантами, здоровьем, погодой, людьми, конфликтами, деньгами, даже сексуальными мотивами... Но есть одно важное условие: пьеса – это диалог, и беседа должна быть, прежде всего, интересна содержанием – это главное...

Например, сейчас, в наших планах пьеса болгарского драматурга и критика Майи Праматаровой «Белое на белом». Это история об американской поэтессе 19 века Эмили Дикинсон – женщине талантливой, с драматической судьбой. Необычная, странная пьеса: сюжета нет, действие происходит в ирреальном пространстве, количество персонажей не ясно... Пьеса интересная, но чрезвычайно тревожит меня своей сложностью. Текст существует в трех языковых версиях – болгарском, английском и русском, и это абсолютное попадание в «нашу мультикультурную концепцию». Болгарка Майя Праматарова – талантливый, незаурядный человек, живет в Нью-Йорке, говорит, по-русски... Все эти слагаемые дают основания предполагать, что эта история для STEPS Theatre. Однако, вспоминая алгоритм своего существования, я сразу «скрещиваю пальцы», плюю «через левое плечо», потому что понимаю, как много еще должно совпасть в нашей подготовительной работе, прежде чем этот проект реализуется сполна...

Русские артисты бывают ленивы

– В ваших постановках заняты актеры из Франции, Англии, Сербии, Швеции, Израиля, Перу, Эквадора, Новой Зеландии, России... Можно ли утверждать, что русская театральная школа во многом отличается от театральных школ других стран?

– Если мы говорим о хороших артистах, не думаю, что отличия велики. Разница есть, но скорее, она на ментальном уровне. Хороший артист и в Африке – хороший артист.

Если иметь ввиду, среднего артиста, конечно, отличия есть: актеры западных театральных школ очень техничны и обязательны, но зачастую могут быть только «исполнителями». Русские артисты бывают ленивы и недисциплинированны, но в то же время, могут быть «сотворцами».

Как мне кажется, русские актеры более подготовлены в «технике сценической речи», например. Универсальная методика русской высшей, театральной школы, иногда, приносит свои плоды...

В Америке, профессиональное образование существует по законам «рынка услуг». Здесь, обретение актерской профессии – акт личной инициативы и очень дорогое удовольствие. Не секрет, что в американских университетах, наряду с другими факультетами, есть и театральный, где каждый, почти без конкурса и отбора, может запросто, за свои деньги, получить степень в «театральном искусстве».

Кстати, несколько лет тому назад, я проводил «кастинг» в одном из московских театров и был удивлен низким качеством профессиональной подготовки молодых актеров. Мне кажется, дело в том, что русская театральная школа, сейчас, тоже пытается существовать по законам «рынка услуг», но при этом, теряет свою «избранность» и традиции...

– Какие пьесы на русском языке в текущем репертуаре вашего театра?

– Уже второй сезон мы играем спектакль по моей пьесе «Спросите Иосифа», написанной в соавторстве с Романом Фрейдом. Это новая постановка театра, в которой сцены чеховской «Чайки» неожиданно соединились с эпизодами жизни Нобелевского лауреата, поэта Иосифа Бродского. Премьера спектакля состоялась в 2012 году. Считайте, что это попытка театра STEPS приоткрыть тайну человеческой гениальности, поразмышлять о некоторых стереотипах самоидентификации и языка. Любовь, мистика, адюльтер, скандалы, тайный сыск, смерть – вот некоторые повороты сюжета этой драмы...

Профессионалы знают секретный код

– В своей преподавательской деятельности вы следуете «системе Станиславского», или выработали свою методику?

– Всё, что я делаю в театре – ставлю спектакли или преподаю, конечно, имеет отношение к Станиславскому. По-другому быть не может. Станиславский сумел сформулировать гениальную формулу современного психологического театрального искусства – «учение о сверхзадаче». Это секретный код, его обязаны знать профессионалы...

Но это не значит, что каждый вечер я молюсь «своему богу» и распеваю псалмы. Я пытаюсь идти своим путем, осваивая новые «техники», но не забывая о прежнем опыте. Каждый практик, «пользует» то, что ему понятнее. Всякое настоящее преподавательское дело – это всегда эксклюзив – из рук в руки. В одних случаях это делают талантливо и добросовестно в других – нет.

Мои усилия в педагогической практике направлены на то, чтобы воспитать универсального актера, который может думать и действовать на сцене. Поверьте, добиться этого очень сложно.

К сожалению, в театральной педагогике много шаманства и мошенничества. В Нью-Йорке, например, больше половины театральных педагогов «клянется» именем Станиславского. Но это ничего не значит. На пальцах одной руки можно пересчитать места, где действительно, учат актерскому ремеслу.

К нам приходят «разночинцы»

– Кто ваш нью-йоркский зритель? Это американцы, или выходцы из других стран, в частности из бывшего СССР?

– К нам приходит очень разная публика, я их называю «разночинцы». Долгие годы наша театральная «база» находилась в Гринвич-Виллидже – там мы играли свои спектакли. В Нью-Йорке, этот район называют центром «некоммерческой культуры», Это старая часть города, где находится много маленьких театров, экзотических магазинчиков, музыкальных клубов, несколько университетов и огромное количество ресторанов и кафе. Здесь всегда многолюдно, молодежно, разноцветно и разно-поло-ориентированно... Это – район небогатых интеллектуалов и амбициозной молодежи. Здесь, на этих улицах, повсюду уходящая аура прошлого: кривые улочки, скверы, барельефы, кое-где даже, булыжник на мостовой. Кстати, в Гринвич-Виллидже, на улице Мортон, поэт Бродский прожил свои последние дни...

Большая часть нашей аудитории – это молодые люди, свободно говорящие на русском и английском. Это дети эмигрантов из бывшего СССР. Они полностью встроены в местную жизнь, работают в мировых компаниях, занимаются бизнесом, рисуют, строят, или пишут. У них нет проблем посетить «Метрополитен оперу» или пойти в «Линкольн-центр». Они – жители Нью-Йорка. Они готовы смотреть спектакли и на русском, и на английском, и на испанском. Круг их театральных симпатий широк и наш театр – часть их интереса. Наверное, можно еще сказать, что театральная компания STEPS помогает американцам лучше узнать русских, а русским предоставляет возможность «не забыть» родной язык. Мне кажется, это важная миссия, но не главная. В театр идут разные люди, разных национальностей, чтобы наглядно, через потрясение, при помощи театральных знаков и смыслов лучше понять себя. Или, как говорит по утрам, мой друг, художник Виктор Пушкин (кстати, он имеет прямое отношение к созданию STEPS Theatre), – надо настроить свои коммуникативные связи с близкими людьми и окружающим миром...

  • Нравится


Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Татьяна Тарасова: «Главное в актерском труде - любопытство»

    На фестивале «Мир русского театра», который по инициативе «Театрала» прошел в июне в Берлине, педагог ГИТИСа Татьяна ТАРАСОВА провела актерские мастер-классы, адресованные русским артистам, которые уже не первый год работают за рубежом. ...
  • Параллельная Россия

    Идея формирования русскоязычного культурно-интеллектуального пространства носится в воздухе – нам вновь не хватает разнообразия и диапазона информации на родном языке. Изоляционизм – понятие метафизическое. Для того, чтобы отгородиться от мира, не обязательно строить стену или закрывать границы. ...
  • «Фестиваль нас объединяет»

    В заключительный день фестиваля «Мир русского театра», который проходил в Берлине с 8 по 12 июня, наша редакция устроила «круглый стол», предложив худрукам поделиться собственным опытом: как выживать театру в столь непростых условиях дальнего зарубежья. ...
  • Чем запомнился фестиваль «Мир русского театра»

    Камертоном «Мира русского театра» для меня стала беседа сидящих рядом в ожидании приглашения на посадку в самолет бабушки и внучки. Бабушка разговаривала с внучкой на смеси английского и русского: сколько days in а year? How many minutes в часе? Потом попросила внучку сбегать посмотреть на расписание. ...
Читайте также