Павел Каплевич

«Я не знаю, как мне дальше жить!»

 
Своим успехом недавний «Борис Годунов» Большого театра в постановке Александра Сокурова во многом обязан сценическому оформлению – чудесным декорациям Юрия Купера, неординарному световому решению Дамира Исмагилова и удивительным костюмам Павла Каплевича. Человек-оркестр, Каплевич с равным успехом занимается буквально всем – создает костюмы, строит дома и кинотеатры, продюсирует театральные и кинопостановки. При этом Каплевич с его репутацией бунтаря и скандалиста – необыкновенно домашний, уютный человек, с комфортом расположившийся в своем обширном, но уютном мире.
– С чего началось ваше сотрудничество с Сокуровым?

– С того, что я очень хотел этого. У меня в жизни было две мечты: сделать в Большом театре оперу и поработать с Сокуровым. В результате, на одном проекте это как-то вдруг соединилось. Все что он делал, мне было интересно. Я давно мог бы быть с ним знаком, но так получилось… ну, наверное, время не пришло еще тогда нам встретиться. Теперь оно пришло, и вот – соединились, и работаем вместе.

– Вы сразу нашли общий язык?

– Ну, так не бывает… Когда серьезно что-то делаешь, то сразу не бывает. Сразу бывает только что-то поверхностное, быстрое, как в мячик поиграть. Как Сокуров говорит: «Не хочу давать черновиков». Кстати, мне очень понравился этот термин. Я не понимал до этого, до непосредственной встречи с ним в работе, что это значит. Он ведь не разговаривает просто так. Помню, как на моем дне рождения он встал и тост сказал. И после этого изменилось течение вечера, все гости стали по-другому общаться, по-другому друг на друга смотреть, потому что он вдруг – раз и развернул все. Он умеет так. С ним сложно. С ним нужно, чтобы было сложно. Он провоцирует, чтобы было сложно. Хотя с ним очень просто. Наша с ним работа так строилась – я привозил огромное количество каких-то эскизов, ходов предлагал очень много. И, как будто бы, все это принималось. Но при этом я понимал, что десятки нет. Ну, семерка, шестерка – где-то там мы зависаем. Пока в один день… Я так понимаю, что это закономерно именно в работе с ним, и такие процессы будут происходить. Случилось открытие. Я проснулся рано утром. А моя спальня находится прямо в двух шагах от мастерской. Проснулся, сделал эти два шага в мастерскую и что-то начал производить. Не понимал, что я вообще делаю. У меня были два изображения монахов, которые я почему-то вырезал вечером накануне из какого-то православного журнала, совершенно не зная, для чего. Потом почему-то наклеил на какую-то рамочку. А рядом оказался каталог спектакля Ростроповича про Ивана Грозного. И я наложил эти рамки на иллюстрации. Вот из этого потом и получился спектакль. Я показал все это Юре Куперу, и он сказал, что, по его мнению, меня пробило. Потом мы показали Сокурову, и он это совершенно со страстью принял. А дальше технология. А как тебе показались эти костюмы в «Годунове»?

– Не знаю… Наверное впервые меня не раздражали русские исторические костюмы. Мне было комфортно…

– Абсолютно точное ощущение. А знаешь, никто даже не заметил, что Ксения была в белом. А я не мог иначе, потому что вся сцена была решена как хрусталь, так мы с Сокуровым договорились. Что это – идея о счастье, которое и есть в этом тереме. Вот дом, вот ребенок, вышивает дочка, лошадки, игрушки – семейный круг, они вместе. И мы сделали ей белое платье. Но знаешь, когда ты на верном пути, ошибку ты все равно не совершишь – оказалось, что в это время траурный костюм русский белым был, представляешь?

– Вы делали этот проект в Большом театре, первый раз в Мастерских Большого…

– В Мастерских Большого в том числе. Дело в том, что костюмов больше 900, и одни мастерские не потянули бы. Понимаешь, мы начали делать в октябре, а в апреле уже была премьера. В Питере работали несколько мастерских, а самые серьезные позиции, конечно, делались в Большом театре. И я в полном восторге от этих мастерских и от того, как там все организовано. Мне было очень легко. Здесь талантливые люди работают. На каждом участке есть очень хорошие мастера, а есть феноменальные – Наташа Федосеева в мужском цехе, Оля Удод – в женском. Есть прекрасные портные, закройщики, а есть отделочники, которые всему нашему бессмысленному такому кружению над вещью придают законченный вид, ставят последнюю точку. Потрясающий цех росписи, просто потрясающий! Даже выделять кого-то трудно, целая группа прекрасных художников работает. Головные уборы – Лена Торобова, феноменальные просто. Я не знаю, понимаешь, как мне дальше жить! Вряд ли я подпишусь теперь на что-то без них! А они так завалены работой, что просто не смогут. Плюс к тому – в Большом театре есть такая волшебница, зовут ее Лена Зайцева, заведующая художественно-костюмерной частью. Она сама художник, прекрасный художник. Только что она работала с Черняковым в Мюнхене, сделала костюмы к «Хованщине», сейчас делает «Корсара» – ее будут костюмы. А со мной она работала как ассистент, ну, это счастье просто! Не представляю, как я теперь буду работать без нее. Я ей уже предложение сделал, на все работы мои.

– Вы все время говорите о Сокурове и о работе в настоящем времени. Что за проект?

– Сейчас я жду от Александра Николаевича решения. Мечтаю, чтобы он в драме что-то сделал, мечтаю. Знаешь, срок съемок фильма и подготовительный период – они огромные. Цикл гораздо больше, чем цикл в театре. И сейчас вот я Александра Николаевича напряг по полной…

– Вы будете продюсировать? Постановка будет в Москве?

– Да. В Москве, надеюсь. Надеюсь, надеюсь. Пока он не дал согласия, он в размышлении находится.


  • Нравится


Самое читаемое

  • Римас Туминас: «Все хотят счастья, а его нет»

    В эти дни в Китае продолжаются гастроли Театра им. Вахтангова со спектаклем Римаса Туминаса «Евгений Онегин». Позади семь спектаклей в Гуанчжоу и Шанхае. Недавно труппа переехала в Пекин, где с 16 по 19 мая «Евгений Онегин» пройдет еще четыре раза. ...
  • Прощай, Расстрига!

    Не стало Сергея Доренко. Ужасная и шокирующая весть пришла 9 мая, в самый разгар гуляний, когда, казалось, ничего плохого просто не могло случиться. Но случилось. Погиб Доренко. Поверить в это было невозможно. Верить не хотелось. ...
  • Умер создатель Концептуального театра Кирилл Ганин

    Создатель и режиссер московского Концептуального театра Кирилл Ганин скончался на 53-м году жизни. Об этом сообщили его коллеги в социальных сетях. «Прощание с Ганиным состоится в пятницу 24 мая в 11:00 на Николо-Архангельском кладбище. ...
  • «Смоленск может лишиться единственного театра»

    На базе Смоленского драматического театра им. Грибоедова планируют создать филиал Мариинского театра. Об этом заявил губернатор Алексей Островский на встрече с Валерием Гергиевым.  «Театрал» дозвонился директору театра Людмиле Судовской, но она отказалась что-либо комментировать по поводу данной инициативы. ...
Читайте также


Читайте также

  • «Речь об объединении сейчас не идет»

    Александринский и Волковский театр готовят ряд совместных творческих проектов, однако речи об объединении коллективов на данном этапе не идет. Об этом «Театралу» сообщил художественный руководитель Театра драмы им. ...
  • Закон о борьбе с перекупщиками билетов могут принять в 2019 году

    Министерство культуры надеется, что закон, ограничивающий деятельность билетных перекупщиков, будет принят уже в 2019 году. Об этом сообщает пресс-служба ведомства. «Министерством культуры разработан и принят Госдумой в I чтении законопроект о продаже билетов в целях устранения возможностей для спекуляции. ...
  • Театр МИРТ покажет в Москве особенный спектакль

    В Международный день защиты детей, 1 июня, театр МИРТ покажет в Москве спектакль «Мои жены» с участием подростков с физическими и ментальными нарушениями. А затем эту постановку представят в Германии в рамках программы «Русских сезонов». ...
  • Марина Брусникина готовит новый проект

    В МХТ им. Чехова 1 июня представят новый проект «Память места», посвященный истории и традициям Художественного театра. Автор и режиссер - Марина БРУСНИКИНА:  - Художественный театр начинался как театр новаторский. ...
Читайте также