«Театрал» дожил до ста, но всё только начинается…

 
В редакции журнала «Театрал» раздаются звонки:
– Дайте телефон Гоши Куценко...
Пришлось отказать.
– В каких спектаклях играет Евгений Миронов?
Ответили.
– Какие премьеры сейчас в МХТ?
Прочли репертуар.
– Когда будет «Звезда Театрала»?
Сообщили.
Но порой бывают и совсем нестандартные просьбы: «Мы всей семьей написали письмо Ивану Охлобыстину, но не знаем адрес, куда отправлять». У редакции есть только один выход из положения: «Ваня, будь другом, сообщи адрес!»

За минувшие восемь лет журнал полюбился столичным читателям. Зарождался он как приложение к «Новым Известиям», но поскольку интерес к театру сегодня, несмотря ни на что, остается на высоком уровне, то и приложение очень быстро зажило самостоятельной жизнью, превратившись в январе 2004 года из «Театральных Новых Известий» в «Театрал».

Тонкая связь


На первый взгляд сто номеров – юбилей смешной и несолидный. Но если учесть, что сегодня в России почти не осталось театральных журналов, а выпуск сопряжен с большими финансовыми затратами, то каждый из этих ста номеров превращается в совершенно особое явление нашей культуры, ведь журнал по сути является главным звеном между артистом и зрителем.

Правда, в прежние времена эта связь была значительно крепче и, несомненно, надежнее. Сколько театральных журналов издавалось в России до революции? Цифру неловко называть – свыше 300! Конечно, все 300 существовали не единовременно: одни журналы закрывались, другие появлялись, но театральные издания были не только в столице, но и в каждом крупном городе. А к началу ХХ века выходили параллельно друг с другом десятки (!) театральных изданий: «Артист», «Театр и жизнь», «Рампа и жизнь», «Театральный мирок», «Театрал», «Новости театра», «Обозрение театров», «Зритель» и многие-многие другие. Выпускались даже ежедневные газеты, посвященные исключительно драматическому искусству.

В советское время эта цифра стала еще значительнее – 500. И процесс вышел далеко за пределы городов – охватил село, уезды, клубную сцену. Конечно, в такой всеохватности были свои минусы, но диалог театра с публикой продолжался не только в зрительном зале. Он проходил ежедневно на страницах журналов и газет. И даже в страшные времена, когда правда о спектакле могла сообщаться лишь в завуалированном виде и только между строк, этот диалог все равно был живым и актуальным.

А сегодня он заметно ослаб.

Сколько театральных журналов может назвать читатель?

Увы, их совсем немного (самые значительные – «Театр» и «Петербургский театральный журнал»). Ориентированы они в первую очередь на профессиональное сообщество, а потому главная их задача – основательный разбор спектаклей, глубокий искусствоведческий анализ репертуара.

Журнал «Театрал» – издание иного рода. Он адресован широкой аудитории – тем самым зрителям, которые смотрят на сцену непрофессиональным взглядом. Возможно, кто-то из них пришел в театр по ошибке или бывает здесь крайне редко. Но «Театрал» из номера в номер стремится сориентировать публику – ответить на вопрос: чем живет сегодня российская сцена?

И потому кроме разговора о премьерах срез дается весьма разнообразный: закулисье, актерские судьбы, планы и мечты худруков, новые имена, громкие события и так далее.

Впереди много замыслов и проектов, которые невозможны, конечно, без взаимного интереса. Но смеем считать, интерес этот исходит не только со стороны зрителей. В редакцию часто звонят и театральные деятели:

– Приходите на премьеру...

– Разыграйте билеты на мой бенефис среди читателей «Театрала»...

– Напишите, что худрук нашего театра ничтожество и бабник...

– Сколько осталось в России народных артистов СССР?

Кстати, ответ на последний вопрос ищите на стр. 5 этого номера.

Несмешной юбилей


И все же почему театральных журналов сегодня совсем мало? Вопрос актуальный и наболевший. Однако он из серии тех извечных вопросов для нашей страны, на которые все знают ответ. Например: почему центральные телеканалы оказались во власти бесчисленных шоу и дешевых сериалов? Почему прокат российских фильмов в десятки раз уступает голливудским? Почему в Госдуме не разработано ни одного нацпроекта, связанного с культурой? Почему во многих региональных библиотеках нет компьютеров, не говоря уже о доступе в Интернет? Почему в провинцию не приезжают на гастроли столичные театры? Почему в России ежегодно гибнут тысячи памятников архитектуры?

Невнимание к театральным изданиям – звенья той же цепи. Считается, что театр – искусство элитарное, адресованное узкому кругу лиц. А потому на журналах (которые, как и театр, заведомо убыточны и не окупятся никогда) сам бог велел экономить. Тут, в самом деле, трудно рассчитывать на финансовую поддержку государства, когда на все нужды российской культуры в 2012 году было выделено всего 86,2 млрд. рублей, что составляет лишь 0,75% от общих расходов (в других странах этот показатель не менее 2%).

Поэтому сто номеров для современного театрального журнала – цифра внушительная, дающая надежду, что будет и 200, и 300, и 400, и 1000. Главная заслуга здесь в том, что огромную помощь «Театралу» оказывает инвестор, небезразличный к развитию культуры и театрального искусства, в частности (подробности см. на стр. 4 этого номера).

Долгое ожидание


В «лихие девяностые», когда система СМИ рухнула вместе с советской властью, чиновники сетовали: оставьте нас в покое со своими журналами. Надо сначала село возродить, выплатить зарплаты учителям и врачам, трудоустроить шахтеров... Экстренных проблем, в самом деле, было много. Наверное, журналы могли подождать. Но ожидание слишком затянулось, а вместе с тем исчез и диалог между артистом и зрителем – пропал целый пласт культуры.

Интересно, что столь мощного, как в 1990-е годы, удара по театральной печати не было ни во время Великой Отечественной войны, ни во время революции.

В 1918 году, когда на глазах распадалась огромная империя, журналы росли как грибы после дождя. За окном гремели ружейные выстрелы, белогвардейцы расклеивали по городу листовки «Смерть большевикам!», большевики беспощадно расправлялись с защитниками царизма, а молодой критик Борис Алперс тем временем сидел в редакции журнала «Театральный курьер» и дрожащей от холода рукой писал эссе «Театральные видения Блока».

А еще для журнала он написал материалы «Об актере и зрителе», «Искусство аплодисмента», «Зритель и сценический натурализм», «Об игре Н.Н. Ходотова», «Границы кинематографа», «Роль режиссера в прошлом и настоящем».

Ни слова о политике!


Получается, что театр даже в годы потрясений жил своей духовной жизнью.

Значит, и диалог между артистом и зрителем продолжался. Подчеркнем, что большинство журналов в ту пору издавались на частные деньги – без помощи государства. И в этом революционном хаосе поражала настойчивость издателей, которую иначе как служением театру не назовешь.

Пример вполне характерный для тех лет. В 1920 году в Ростове-на-Дону издавался журнал «Обозрение театров». А поскольку гражданская война на юге России была особо кровавой и город то и дело отбивали друг у друга белогвардейцы и большевики, редакция подвергалась частым захватам.

Буквально на глазах у читателей менялся не только авторский состав журнала, но и его редакторы, журнал печатался на дешевой грубой бумаге, почти без иллюстраций, но выходил несмотря ни на что, поскольку театры в городе продолжали работать. А следовательно, как писал редактор Владимир Брендер (бежавший из столицы на юг от большевиков), «невозможно оставить публику без информации».

Эта традиция – беззаветно служить интересам зрителя – идет, между прочим, из XIX века, когда в каждой городской газете появился отдел, посвященный театру. В конкуренции выигрывало то издание, которое давало свою оценку спектакля первым. Именно поэтому, кстати, рецензенты стремились попасть на генеральную репетицию. А еще порой встречаются приписки: «Ввиду того, что спектакль кончился поздно, подробности читайте в завтрашнем номере». И, конечно, завтрашний номер ждали, он был частью большого диалога.

Разобщены сегодня не только артисты и зрители, но порой артисты и режиссеры. На форумах СТД неоднократно доводилось слышать жалобы на то, что, мол, в российском театре теперь уже нет полноценной ярмарки вакансий – иными словами, артист и работодатель не могут найти друг друга.

Как ни парадоксально, но дореволюционная печать эту проблему решала. Пусть худо-бедно, но явно лучше, чем сейчас. Дело в том, что в 1894 году в Петербурге появилась газета «Справочный листок для сценических деятелей», состоящей из объявлений для актеров, ищущих ангажемента (театр ведь был преимущественно антрепренерский). При этом редакция создала и собственный банк вакансий. Чтобы артисты присылали свои резюме, к газете прикреплялся специальный бланк. Его надо было заполнить и отправить в контору. Газета выходила еженедельно во время великопостного сезона, когда «по преимуществу заключаются ангажементы». Однако «по мере надобности» выпускались и дополнительные номера. Адреса, доставляемые сценическими деятелями, помещались в газете бесплатно.

Непривычный диалог




В советские времена диалог между артистом и зрителем приобрел совершенно иные формы, чем до революции. Журналистика оказалась во власти жуткой идеологической машины, но у театральных изданий все равно было преимущество: они по праву могли говорить о Шекспире и Мольере, о Пушкине и Гоголе, о Лермонтове и Салтыкове-Щедрине... И, конечно же, между строк временами читалось, что говорят критики не столько о европейских странах и не столько о рабстве минувших веков, сколько о жизни своих современников (как ни крути, она угадывалась в классических пьесах).

Все больше и больше читателей это понимало.

Однако почувствовали и в Кремле, что стало одной из причин для начала страшной кампании против космополитов (людей, любящих мир без границ), развернувшейся в 1949 году. Таким образом Сталин намеревался уничтожить и растоптать передовых театральных критиков.

Сначала выступила «Правда» (затем подхватили и остальные издания), сфабриковав на своих страницах липовое обвинение.

Например, замечательному театроведу Юзовскому ставили в вину преклонение перед историей театра, будто бы он стремится доказать, что «современники великого Сталина, строители коммунизма, по существу, лишь являются воплотителями «гуманистических идеалов» Шекспира». По нынешним временам – чистый бред, но Юзовский стал изгоем. Редакция журнала «Театр» извинялась перед своими читателями за то, что еще недавно «этот автор» печатался едва ли не в каждом номере.

Жестокой критике была подвергнута деятельность профессора ГИТИСа Бояджиева как автора учебника «История западноевропейского театра». Бывший редактор журнала «Театр» Альтман был обвинен в том, что ставил рассуждения Лессинга в пример советским критикам. А один из основоположников театроведения Алперс подвергся унижениям за то, что разработал собственную теорию, помогающую раскрепостить актера – помочь ему легче относиться к пьесам великих драматургов.

Можно привести еще множество подобных примеров. Десятки театральных критиков обвинялись в предательстве родины и прочих советских грехах. Но даже в этом случае многие читатели понимали, что верить обличительным статьям нельзя. И несмотря ни на что, диалог между артистом и зрителем продолжался. Он продолжался с оглядкой на окружающую действительность, порой велся едва слышно, почти шепотом, но именно в нем (а вовсе не в конъюнктурных директивах и постановлениях) отразилась реальная жизнь театра, живая история страны.

P.S.


Сегодня театральных изданий осталось совсем мало. Но «Театрал» может с уверенностью сказать, что интерес артистов и зрителей к журналам по-прежнему велик, поскольку без отраслевой прессы театральный процесс выглядит столь же неполноценно, как гримуборная без зеркала. Если бы в это зеркало хотели вглядеться не только артисты, но и чиновники, у России появилось бы много новых предметов для гордости.

  • Нравится


Самое читаемое

  • В новогодние праздники музеи Москвы работают бесплатно

    Несколько десятков музеев москвичи и гости столицы смогут бесплатно посетить в период со 2 по 8 января. Выбор широк – от усадеб и мемориальных квартир до исторических, краеведческих и литературных музеев. Новогодним игрушкам посвящена выставка в Центре Гиляровского. ...
  • Владимир Машков готовит «Ночь в отеле»

    Первая постановка Владимира Машкова в статусе художественного руководителя Театра Олега Табакова увидит свет 25 декабря (сцена на Чистых прудах). Режиссер выбрал пьесу современного британского драматурга Терри Джонсона Insignificance («Незначительность»), однако спектаклю дали другое название – «Ночь в отеле». ...
  • Зрители выбрали лучший спектакль сезона

    В номинации зрительской премии «Звезда Театрала» были представлены спектакли «Как важно быть серьезным» Виктора Шамирова (Театр им. Моссовета), «Макбет» Антона Яковлева (Театр на Малой Бронной), «Сережа» Дмитрия Крымова (МХТ им. ...
  • «Я бы хотела, чтоб это был захаровский спектакль»

    В «Ленкоме» – 2 и 3 декабря состоится премьера спектакля «Капкан», вольной сценической фантазии по мотивам сочинений Владимира Сорокина, сценарных разработок Марка Захарова и документальных источников. Накануне премьеры Александра Захарова, которая завершает начатую ее отцом постановку, рассказала о том, как шла работа над этим спектаклем. ...
Читайте также


Читайте также

  • В Москве начался снос киноцентра «Соловей»

    В среду, 4 декабря, в Москве начался снос киноцентра «Соловей» на Красной Пресне. Об этом сообщается в группе «Спасем «Соловей» в Facebook, которую ведут люди, выступающие за сохранение кинотеатра. Напомним, собственник земли и находящегося на ней кинотеатра Вадим Меркин (АО «Киноцентр») намеревается построить на месте «Соловья» 21-этажный гостиничный комплекс. ...
  • «К людям не очень прислушиваются»

    Киноцентр «Соловей» связан с историей нескольких поколений москвичей, поэтому владельцу кинотеатра следует прислушаться к мнению людей, выступающих против сноса здания. Такую позицию в беседе с «Театралом» высказал режиссер-мультипликатор Гарри Бардин. ...
  • «Грустно, что голоса людей не были услышаны»

    Днем в воскресенье, 1 декабря, возле Киноцентра на Красной Пресне состоялась акция в защиту кинотеатра под названием «Обними «Соловей». Напомним, собственник «Соловья» АО «Киноцентр» в лице Вадима Меркина намеревается снести здание и вместо него построить 21-этажный гостиничный комплекс. ...
  • «Соловей» должен петь!»

    Днем в субботу возле кинотеатра «Соловей» на Красной Пресне не протолкнуться. Зрители поднимаются по высокой лестнице, и это напоминает паломническое восхождение. В воскресенье, 1 декабря, легендарный кинотеатр, существующий с 1989 года, откроет свои двери в последний раз. ...
Читайте также