Такой у него дар: смешить не смеша

Александр Ширвиндт отмечает юбилей

 
Друзья и коллеги поздравляют артиста, художественного руководителя Театра сатиры.

Александр Калягин, председатель СТД РФ:

Дорогой Александр Анатольевич! Я счастлив со всем почтением и уважением поздравить Вас с юбилеем!
 
Я представляю, сколько слов восхищения и любви, мой дорогой друг, ты услышишь в этот день, сколько добрых пожеланий получишь.
 
Ты по обыкновению отнесешься ко всем этим посланиям с иронией, и, конечно, будешь прав, хотя, я думаю, что тебя действительно очень любят – твои коллеги, друзья, миллионы зрителей и даже власть предержащие.
 
А действительно, ведь тебя нельзя не любить.
 

Тебя любишь за твой уникальный актерский талант, за сумасшедшее обаяние, за фантастическое чувство юмора, за великодушие и доброту, за щедрость души и большое сердце. А еще ты необыкновенно красив, и возраст тебе не помеха.

 
Дорогой Александр Анатольевич!
 
Я тебя очень люблю и очень хочу, чтобы ты был здоров – это самое главное!
Чтобы не терял своего оптимизма и хорошего настроения! Продолжай играть – только сцена держит артиста! А ты Артист с большой буквы!
 
Пусть все будет так, как ты хочешь! Обнимаю, твой Саша Калягин.
 


 
Дмитрий Крымов, режиссер:
– Александр Анатольевич очень точно рассказал в своей книжке про то, как я был на гастролях вместе с папой. Мне тогда было лет восемь или девять. Столько лет прошло, я уже не помню многого, но случай, когда он меня в Киеве водил гулять, а потом выпустил на сцену попить водички, которая была в водочных бутылках, не забыл.  Но в основном, запомнилась чудесная атмосфера в театре «Ленком», а она в это время была, действительно, чудесная.
 
И папа был молодой, и актеры все были молодые. Это было такое счастье совместности. Я почти на все летние гастроли с ними ездил. И в Кисловодск, и в Киев... Я помню эту атмосферу какого-то молодого драйва и юмористический настрой. Ширвиндт, Державин, Каневский …
 
 
Он и тогда по части юмора очень выделялся, и этим своим козырем умело пользовался. Такой у него дар: смешить не смеша. То есть специально не смешить, но чтоб все помирали со смеху. 
 
Папа как-то пришел на репетицию и рассказал новый анекдот, который услышал. Ну, все улыбнулись, а Саша говорит: «Анатолий Васильевич, а сейчас я вам покажу, как нужно рассказывать этот анекдот». И то же самое просто пересказал, но все упали! Это редчайшая способность даже не быть комиком, а просто своим юмором помогать жить. Это не просто юмор, а некий скепсис по поводу серьезных вещей, это юмор более глубокий, еврейский в высоком смысле.
 
Саша даже в критические моменты продолжает воспринимать всё через призму этого юмора. Я помню один такой случай, который он не описал в своей книжке.
 
Когда папу выгоняли из «Ленкома» и лишали этого счастья, ему разрешили взять с собой десять человек на Малую Бронную. И у нас в квартире на улице Горького творилось настоящее столпотворение много дней подряд. Актеры приходили, составляли списки, просились, умоляли.  Ширвиндт тоже приходил. Атмосфера была накаленная, состояние бури, которая разразилась совершенно неожиданно. Помню, как я смотрел из коридора и видел в щелочку, огромную гору пальто на кресле. В какой-то вечер, когда все разошлись, и дома остались мы одни – мама, папа и я, – вдруг раздался телефонный звонок. Трубку взяла мама, и ей сказали: «Это квартира Эфроса? Мы за вами наблюдаем. Сейчас десять или пятнадцать человек вышли из вашей квартиры…» И разговор был такой, будто это звонят из милиции или КГБ. Вдруг мама по голосу узнала звонящего. «Шура!» – сказала она и заплакала, потому что нервы были на пределе.
 
А папа выхватил трубку и начал Ширвиндта очень сильно ругать: «Шура, ты что же делаешь!» Это мне мама уже потом рассказывала. А у него юмор «не отключался» даже в такой ситуации. В этой истории нет правых и виноватых, он просто так воспринимает жизнь, и таким образом хотел «разрядить» обстановку.
 
Шура очень хороший, очень добрый человек. Несмотря на то, что он ушел когда-то с Малой Бронной, и папа довольно болезненно переживал его уход, как вообще переживал, когда актеры от него уходили, но всё равно любил его, так что Шура мне по наследству достался. Вот он мне на день рождения подарил шарф и каждый раз, когда я его надеваю, я думаю: «Ширвиндт...»
 
Мы общаемся редко, но я испытываю к нему нежность. Я ему желаю здоровья и не переставать скептически шутить. А себе желаю – знать, что он у меня есть!



Юлия Рутберг, актриса Театра им. Вахтангова:
– Мне очень повезло, потому что, когда я училась в Щукинском училище, одним из моих педагогов был Александр Анатольевич. Должна заметить, что каждого педагога мы называли, конечно, по имени и отчеству. Катин-Ярцев – это Юрий Васильевич, Авшаров – Юрий Михайлович и так далее. А Ширвиндт был единственный человек, которого за глаза студенты называли дядей Шурой или, позже, папой Шурой. И это ни в коем случае ни амикошонство, это – свидетельство безграничной любви.
 
При этом попасться ему на язык для нас казалось страшнее атомной войны, потому что он мог растереть тебя в порошок, причём ни каким-то унижением, а своим абсолютно точным высказыванием. У него как будто встроенный сканер, которым он пронизывает тебя насквозь. Но вскоре мы поняли, что за этим скрывается нежное, любящее сердце и перестали бояться.

В нём поражает всё: и то, как он относится к студентам, и то, как любит своих друзей и коллег, и то, насколько предан театру.

 
Я влюблена в него навсегда. Поздравляю с юбилеем, хотя для меня все его юбилеи кончились давно, поскольку, мне кажется, дяде Шуре максимум – пятьдесят, ну, может быть, от силы пятьдесят пять.



Юрий Васильев, актёр Театра сатиры:
– Однажды на юбилей театра я подготовил шуточный монолог в духе героя Ширвиндта из «Маленьких комедий большого дома». И там были такие слова: «Александр Анатольевич, посылаю вам звуковое письмо. Это ваш ведущий артист или, как выражаетесь вы – «талантливое животное». Конечно, я мог сказать вам это лично, но когда? В театре вы не бываете, худсовет вы упразднили…» И так далее.
 
Номер пользовался успехом. А позже на банкете Сергей Степашин меня похвалил: «Васильев, молодец, всю правду художественному руководителю не побоялся сказать!» Александр Анатольевич, стоя у барной стойки произнёс: «Конечно, не побоялся. Тем более что я это сам ему и написал!» 
 
Предсказать нашего худрука невозможно. Но совершенно меня он потряс в 1987 году, когда не стало Андрея Александровича Миронова. Я таким его никогда не видел! После похорон в Москве мы летели обратно в Ригу продолжать гастроли, я видел, как он переживал, был не похож сам на себе и когда мы прилетели, он сказал артистам одну лишь фразу: «Вы мне понравились». Он, таким образом, выразил признательность тому, с каким пониманием театр отнесся к этой трагедии.
 
Мы с ним всё-таки, как друзья.  Я могу поплакаться ему в жилетку. Он всегда меня успокаивает: «Не суетись». Чувства иронии и самоиронии ему никогда не изменяют. Этому у него нужно поучиться.  



«Театрал» сердечно поздравляет Александра Ширвиндта с юбилеем! И желает успехов, счастья, гармонии и новых побед!


  • Нравится


Самое читаемое

  • Александр Ширвиндт: «Хочется выскочить из повседневности»

    Недавно Театр сатиры отметил свое 95-летие спектаклем, который Александр Ширвиндт называет «милым баловством», «лёгким хулиганством». И это – очередная изобретательная выдумка Александра Анатольевича. Впрочем, в интервью «Театралу» речь зашла не только о торжествах… – Александр Анатольевич, сейчас всюду – сплошные перемены. ...
  • Владимир Машков: «К этому спектаклю мы шли долго и трудно»

    Театр Олега Табакова готовится представить новую редакцию спектакля «Ревизор» по пьесе Гоголя. Как и в случае со спектаклем «Матросская тишина» это будет возвращение на сцену «Табакерки» знаменитой постановки прошлых лет. ...
  • Ушел из жизни артист театра Et Cetera Петр Смидович

    После продолжительной болезни в возрасте 67-ми лет скончался ведущий актер театра Et Cetera Петр Смидович.   «Он долго болел, но мы все верили, что он победит, – говорится в некрологе на сайте театра. – Все надеялись, что ему поможет операция, но… Очень горько, очень больно, очень тяжело. ...
  • Пятнадцать спектаклей о войне

    В преддверии Дня Победы «Театрал» собрал постановки, созданные в память о Великой Отечественной войне.    «Минуты тишины» Режиссер: Александр Баркар РАМТ, Черная комната Участвуют: Рамиля Искандер, Денис Баландин, а также Максим Олейников (фортепиано), Николай Мохнаткин (баян), Ксения Медведева (гитара). ...
Читайте также


Читайте также

  • Владимир Машков: «Мы очень зависим друг от друга»

    Театр Олега Табакова представил публике новую редакцию спектакля Сергея Газарова «Ревизор». Как и в случае со спектаклем «Матросская тишина», это будет возвращение на сцену «Табакерки» легендарной постановки прошлых лет. ...
  • «Ваша музыка звучит на протяжении многих десятилетий»

    Многоуважаемая, дорогая, любимая Александра Николаевна! Сегодня у Вас красивый, яркий, прекрасный юбилей!   Сегодня, впрочем, как и всегда, в Ваш адрес звучит великое множество добрых и теплых пожеланий. Уверен, Вас спешат поздравить артисты, певцы, государственные деятели, политики, и каждый старается найти самые главные слова, чтобы выразить свое уважение, почтение, благодарность за Вашу музыку, за талант, рассказать о своей любви и восхищении. ...
  • Катрин Денев поправляется после госпитализации

    Здоровье известной французской актрисы Катрин Денев постепенно приходит в норму после перенесенного малого ишемического инсульта, сообщил 9 ноября телеканал BMF, ссылаясь на окружение знаменитости. «Как и было объявлено ранее, никаких нарушений в двигательной активности нет. ...
  • Александр Ширвиндт: «Хочется выскочить из повседневности»

    Недавно Театр сатиры отметил свое 95-летие спектаклем, который Александр Ширвиндт называет «милым баловством», «лёгким хулиганством». И это – очередная изобретательная выдумка Александра Анатольевича. Впрочем, в интервью «Театралу» речь зашла не только о торжествах… – Александр Анатольевич, сейчас всюду – сплошные перемены. ...
Читайте также