Дмитрий Бозин: «Фантасмагория нашей жизни – не такой уж вымысел»

 
В Театре Романа Виктюка прописался «Мелкий бес». Режиссер поставил спектакль по одноименному мистическому роману Федора Сологуба. В роли Ардальона Передонова – Дмитрий Бозин.
 
– Дмитрий, учитывая любовь Романа Виктюка к экспериментам, скажите, насколько узнаваемым в его постановке получился роман Сологуба? 
– Роман Григорьевич, как всегда, любит оказаться внутри персонажа, внутри его подсознания. Пересказывать сюжет Виктюку никогда не было интересно. Поэтому людей, читавших роман, я сразу предупреждаю: вы удивитесь тому, из чьих уст вылетают данные слова. Не держитесь за сюжет. Не за этим вы сюда приходите. В нашем спектакле мы застаем Передонова уже за пределами романа, уже глубоко в сумасшедшем своем мире. И, может, это больше цепочка воспоминаний. В мозгу сумасшедшего все перемешивается: я ли это говорил, или другой, я ли подозревал, или меня подозревали?

С моей точки зрения, здесь очень много Кафки («Превращение») или «Приглашение на казнь» Набокова. Такая кафкианская фантасмагория, как, впрочем, это и написано у Сологуба. Здесь предполагается совсем иная стилистика, отличная от других постановок театра. И, если большинство героев пьес этого театра тоже сходят с ума, то в данном случае безумие не столь эстетично. Не так изысканно. Хотя именно фантазийность пространства дает возможность избежать бытовых деталей. Потому что бытовой театр в данном случае будет не оправдан. Он не даст объемного ощущения того, куда именно провалился Ардальон Борисович.

– На ваш взгляд, наделяя героя таким именем, автор подразумевал какую-то символику? Какой смысл оно несет – стремление Передонова к величию?
– Да, он во многом даже Македонский или Наполеон. Самомнение, особенно в его фантазиях, оно огромное. Но странная вещь. Все почему-то хотят выдать за него замуж своих знакомых девиц. То есть несмотря на то, что все прекрасно понимают, что человек он отвратительный, почему-то все равно он является для них притягательным. При том что он не богатый.

– Возможно, эта отвратительность и манит?
– Вот это самое интересное. Мне кажется, что здесь как раз еще есть и Достоевский. Внутри. Потому что всегда мы идем наперекор логике. Я не имею в виду актеров на сцене, а вообще людей в жизни. Мы действуем не так, как нам было бы хорошо. Знаете, вот это – жить для страдания. Живут не для радости, а для совести, или для постоянного испытания кого-то стресса.

– Это очень по-русски.
– Так говорят, но на самом деле мы видим это везде. И, если мы посмотрим английское кино, немецкое, корейское, шведское или японское, мы увидим этого очень много. Это все внутри человеческого даже не подсознания, а сознания. Оно старательно нас опрокидывает в какое-то несчастье. То есть, нам вроде нравится смотреть фильмы или спектакли про счастье с хорошим финалом. А наслаждение какое-то внутреннее люди получают именно от того, что Ромео и Джульетта покончили с собой.

– А иначе зачем смотреть эту историю? То же самое и Отелло с Дездемоной.
– Вот именно. И выходит, если Отелло с Дездемоной будут старичками в финале, и он ей скажет: «Да, подумаешь, Кассио, симпатичный парень, ты могла в него влюбиться». А она ответит: «Все равно ты лучший». И они расцелуют друг друга и будут жить дальше. Кому это интересно? И люди не пойдут в театр. Им нужны страсти, драма. И, с моей точки зрения, Сологуб ловит нас на этом. На том, что мы не хотим хорошего, нас крутит вот эта бесовщина. И поэтому Ардальон Передонов очень близок нам. Он всегда современен. Фантасмагория нашей жизни не такой уж вымысел. Просто Сологуб называл вещи своими именами.

– Тем более история основана на реальных фактах. И среди знакомых автора был некий учитель, еще безумнее Передонова.
– Если рассматривать различные грани безумия, то, конечно, есть общая система. Но чувственность таких героев, как Федра, Соланж, Саломея, Воланд, Дон Жуан, я воспринимаю, как внутренне положительную. А чувственность Передонова, которая, конечно, присутствует, кажется дикой и  болезненной. На мой взгляд, Сологуб и Достоевский даже Маркиза де Сада переплюнули по вот этому внутреннему ужасу, по нашей тяге к гибели. Чувственность Саломеи или Воланда возносит нас над пропастью, в которую мы все летим. А у Сологуба это глубоко под… У Передонова абсолютно нет внутреннего обаяния. Он во многом прав, и от этого становится только хуже. Этот герой не вызывает сочувствия. Но, как актер, я его слышу и разделяю его боль. Мне безумно жаль человека, перевернувшего все в своем сознании. Я видел много таких людей, и они, к сожалению, могут себя узнать в этом герое. Иначе роман Сологуба не был бы столь притягательным. Здесь есть антитеза – определенный свет в балансе. Свет в конце тоннеля.

И этот свет окажется прожектором приближающегося поезда...
– Вы правы. Вот кажется, что это свет, а на самом деле это фонарь поезда, летящего навстречу. И вы даже услышите это в музыке, которая сопровождает спектакль. И окажется, что это не свет в конце тоннеля, а шахта, куда проваливается Передонов – в пространство, которое рождает Недотыкомок. И сам он уже этакий превращенный Замза. То есть, это уже какое-то насекомое, а не человек. И мы живем в больной фантазии этого насекомого, и как бы наблюдаем за жизнью в его воспоминаниях. На самом деле вопрос не в том, кто хотел погубить Передонова, а в том, что он сам себе это придумывал. Как и в жизни – мы сами все себе придумываем. Не так уж мы сильно отличаемся от Передонова. Все живут внутри своих подозрений, своих фобий.

– Чтобы передать все чувства такого сложного персонажа, нужен огромный актерский опыт…
– Конечно. Сначала ты создаешь некий рисунок, он должен уплотниться и тогда он пропустит в себя что-то новое. Сейчас мы обрабатываем костяк, скелет спектакля и в том числе скелет для персонажа. То, как персонажи в этом спектакле рождались, это уже другой способ создания. Мы их не снаружи придумываем, а изнутри выслушиваем. Мы много лет этим занимаемся, потому что Роман Григорьевич позволяет нам такие изыскания. Когда ты можешь просто отпустить свое тело, свое сознание – и в тебя заберется это существо. На следующем спектакле ты можешь выстроить совершенно другую мизансцену, и Роман Григорьевич будет думать, как построить пространство вокруг этого нового существа. Это очень здорово, когда твой режиссер настолько объемно все воспринимает. Виктюк – тот режиссер, который радуется после спектакля, увидев, что мы привнесли в него что-то новое. Он приходит и говорит: «Вы же все поменяли, вы же все перевернули. Как это прекрасно!» Его как режиссера это восхищает. И таких людей я больше не знаю. Он уникален.

Справка
Дмитрий Бозин
Родился: 6 ноября 1972 года в городе Фрунзе
Образование: ГИТИС (курс Павла Хомского, 1994)
Театральная карьера: с 1995 года – актер Театра Романа Виктюка. На его счету десятки ролей, в числе которых: Саломея, Альфред Дуглас («Саломея»); Алекс («Заводной апельсин»); Воланд («Мастер и Маргарита»); Рудольф («Нездешний сад. Рудольф Нуреев»); Дон Жуан («Последняя любовь Дон Жуана»); Соланж («Служанки»); Маркиз де Сад («Маскарад Маркиза де Сада») и др.
Кинокарьера: впервые снялся в кино в 1992 году, сыграв жениха в фильме «Исполнитель приговора». Снимался в фильмах: «Ростов-папа» (Никита); «Ангел на дорогах» (Маугли); «Бедная Настя» (отел Павел); «Грехи отцов» (Распутин); «Веревка из песка» (Георгий Сырцов); «Гамлет» (актер) и др.
Звание: Заслуженный артист России.
 

Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы.


  • Нравится


Самое читаемое

  • Скончалась актриса Театра армии Ольга Вяликова

    Актриса ЦАТРА Ольга Вяликова скончалась в понедельник, 15 июля на 66-м году жизни. О скоропостижной утрате сообщила пресс-служба театра. «Ольга Петровна работала в нашем театре с 1980 года. С 1993 по 1995 гг. была занята в знаменитой постановке «Орестея» выдающегося немецкого режиссера Петера Штайна», - говорится в некрологе. ...
  • «Счастлив, что свободен»

    На минувшей неделе в Театре драмы им. Федора Волкова в Ярославле произошли кардинальные перемены: от должности директора решением Министерства культуры был освобожден назначенный в декабре Алексей Туркалов, а следом по собственному желанию уволился и худрук Евгений Марчелли, возглавлявший театр с 2011 года. ...
  • Ушла из жизни Джемма Осмоловская

    Актриса театра и кино Джемма Осмоловская скончалась в понедельник, 15 июля, после продолжительной болезни на 81-м году жизни. Об этом сообщает пресс-служба РАМТа, в котором актриса работала с 1964 года (была принята в труппу сразу по окончании Школы-студии МХАТ). ...
  • Кирилл Крок: «Ситуация для российских театров чудовищная»

    Круглый стол, состоявшийся 8 сентября в Большом театре, был посвящен опыту Дирекции императорских театров – точнее, тем лучшим его достижениям, которые можно применить и сегодня. При этом некоторые участники дискуссии коснулись и острых проблем нынешнего дня. ...
Читайте также


Читайте также

  • Кирилл Серебренников встретится со зрителями

    В следящий четверг, 25 июля, режиссер Кирилл Серебренников встретится со зрителями. Паблик-ток о том, какие изменения произошли сегодня в профессии режиссера, пройдет во дворе института дизайна «Стрелка». Об этом сообщается на сайте организации. ...
  • Его голос звучит нам из космоса...

    18 июля выдающемуся поэту Евгению Евтушенко могло бы исполниться 87 лет. Но уже два года его нет с нами. Остались лишь стихи, фотографии, фильмы, воспоминания. И его голос, который звучит нам из космоса. С нами, с редакцией журнала «Театрал», он словно и не расставался. ...
  • Зураб Церетели подарил студентам ГИТИСа звезду

    В среду, 17 июля, Зураб Церетели подарил Российскому институту театрального искусства (ГИТИС) свою композицию «Монумент будущим звездам». Ее установили во дворе института в Малом Кисловском переулке. Скульптура выглядит как большая золотая звезда на темном фоне и выполнена в технике выколотки из меди. ...
  • Сергей Чонишвили: «Мы живём во власти стереотипов»

    Больше всего в театре Сергей ЧОНИШВИЛИ опасается однообразия и говорит, что ради интересного эксперимента согласится на любую работу. Главное, чтобы она сопровождалась творческим поиском и расширяла актерский диапазон… – Сергей, вы актер, который не перестает удивлять своей разноплановостью: столько у вас премьер и проектов… – На сцене, конечно, интереснее существовать, когда ты ставишь над собой эксперименты, хотя и не знаешь, каков будет результат – плюсовой или не плюсовой. ...
Читайте также