Екатерина Жемчужная: «Карты не врали»

 
В день своего юбилея (28 марта актрисе исполнилось 75 лет) Екатерина Жемчужная сыграла в спектакле «Здравствуй, Пушкин!» постановке, которая для Екатерины Андреевны стала особо знаковой.
 
Главную роль играет ее внук – Андрей Жемчужный, Анну Керн – дочь, Ольга Жемчужная, а поставил спектакль муж Георгий Жемчужный. В театре «Ромэн» всегда работало много династий, но Жемчужные, пожалуй, в числе наиболее известных.

– Отмечать юбилей? Да нет, как-то не думала, – говорит актриса. – Хотя многое в моей жизни часто происходит спонтанно. Лет пятнадцать назад (а, может, и двадцать?) принимала участие в каком-то праздничном вечере (наш театр часто поздравляет высоких гостей). Как раз близился мой юбилей, и один очень успешный предприниматель сказал: «Екатерина Андреевна, а как же так: вы не отметите этот праздник? Деньги, наверное, нужны?» И он перечислил довольно ощутимую сумму, благодаря чему я в сжатые сроки организовала большой юбилейный вечер в Концертном зале «Россия». Было множество гостей, все пели, танцевали. Лучшее воспоминание.

– Подарок судьбы.
– Хотите верьте, хотите нет, но у меня это часто. В юности (а я родилась в Туле в семье артистов) приснился сон: я оканчиваю школу, и Сталин дарит мне роскошное платье. Прошло много лет, и вот картинка из жизни: я стою в Георгиевском зале Кремля, и Борис Николаевич Ельцин вручает мне звание народной артистки России. Я не особо это афишировала, но сюжет показали в «Вестях» и началось… «А Катя-то наша вон уже где!» И начался шквал звонков.

– Ну, а чему удивляться? Слава к вам пришла еще после «Карнавала» и «Вечного зова». В «Ромэне» вы всегда много играли. Ваши концерты показывали по телевидению, на вас ходили, вас знали…
– Понимаете, я долгое время никак не могла привыкнуть к своей популярности. Ну, пела и пела. В начале 1960-х меня пригласил в «Ромэн» Семен Баркан. Я забрала документы из музыкального училища и принесла их в студию при театре, а потом поступила на заочный ГИТИСа. Молодые были, суматошные… А параллельно на очном отделении учились Саша Абдулов и Ира Алферова, о которых уже тогда ходили легенды. Действительно, на редкость красивые, привлекательные люди! Ира к тому времени уже снялась в «Хождении по мукам», а с Сашей мы вдруг оказались вместе на съемочной площадке фильма Татьяны Лиозновой «Карнавал».

Я тогда сценарию не придала особого значения. Ну, «Семнадцать мгновений весны» той же Лиозновой – понятно, великая вещь. А здесь какой-то «Карнавал», мелодрама. Ну, снимаем и снимаем. Деньги-то платят. Да и роль цыганки Кармы, в общем-то несложная.

А там фраза была: «Карма, погадай!» И после того, как фильм вышел на экраны, меня просто замотали. На улице, на курорте, в транспорте – всюду: «О, Карма, погадай!»

– Гадали?
– Нет, скорее отшучивалась, поскольку, ну, что я там умела!

– А как же цыганка без карт?
– Знаете, мама моя всегда умела раскладывать карты, причем, я поражалась: вот произойдет что-то в семье (я по молодости будь как характер проявляла), приедешь к маме: «Кать, как дела?» – «Всё прекрасно». Она начинает раскладывать карты и вздыхает: «Ой, Катя, ты мне недоговариваешь. Тяжело у тебя на сердце-то!» И ведь как в воду глядела. Карты не врали. С годами я тоже немного научилась раскладывать карты, но так чтоб всерьез гадать – никогда не гадала.


И вот подходили зрители: «Карма, Карма, погадай!» – приходилось объяснять, что моя жизнь имеет мало общего с той цыганкой, которую я сыграла в «Карнавале».


Однажды, еще в старом Доме актера, где в ресторане после спектаклей собирались артисты – ко мне в фойе подошел какой-то подвыпивший мужик: «О-о-о, Карма! Погадай!» И так совпало, что в этот момент в дверях появился Саша Абдулов и решил, что меня надо спасать. Он бросился к этому мужику, схватил за руку: «Ты что! Это артистка! Какой «погадай»! Извиняйся немедленно!» И мужик действительно как-то смутился и ушел. И сколько еще таких случаев было…

В 1982 году состоялись первые гастроли нашего театра в Японии. Нас проинструктировали: «Вести себя осторожно. Ни с кем не общаться, не улыбаться, ко всему относиться с долей скепсиса и подозрительности».

Мы приземлялись в Токио, а потом еще сутки добирались на пароходике до Йокогамы. Условия были более чем скромные. Мужчин поселили отдельно, женщин – отдельно. Но чувствую, отдельные представители экипажа слишком уж деликатно со мной общаются: «Мы поселили вас, наверное, не очень уютно, но, понимаете, других кают у нас нет» – «Да ничего, всё нормально». Потом подходят снова: «Вы простите, что такие условия». Я насторожилась. Думаю, ну, всё, началась вербовка.

Говорю с мужем: «Гога, что делать?» А Гога умный, рассудительный: «Не поддавайся. И главное, не обращай внимания». Ну, ладно. Потом приходят снова: «Знаете, вот вам, чтобы сэкономить чуточные, масло, джем, яйца, хлеб». Да в чем дело-то? Оказывается, накануне они посмотрели «Карнавал», и меня узнали. Ну, слава богу! Вот причина-то какая.

– А вообще для «Ромэна» такие гастроли были в порядке вещей?
– Да, мы пол мира объездили. И в той же Японии, кстати, произошел случай, который мы по сей день вспоминаем – смеемся.

Советским туристам полагалось ходить по пять человек. С нами был, разумеется, «искусствовед в штатском», как его все называли, который строго за этим следил, писал отчеты и т.д.
Однажды мы подошли к нему: «Николай Иванович, нас трое. Можно мы пройдемся?» – «Идите, ладно. Но только не уходите далеко от гостиницы». И вот мы идем: не улыбаемся, не восхищаемся, на всё смотрим с презрением, как нас учили: мол, подумаешь, Япония, у нас тоже всё есть! И такая же свежая рыба на прилавках, и море самой современной техники, и одежда!

А душа ведь просто клокочет: как хочется всё это купить, привезти, одарить родных и близких. Гога идет со своим другом Колей, я чуть поодаль. Вдруг они заходят в магазинчик, где всё аккуратно развешано в целлофановых пакетах. «Кать, иди посмотри: тут роскошное белое платье!»

Захожу. Действительно, прекрасное платье. Этикетка. Но сколько стоит – не понимаю. За прилавком – японка, которая удивленно на меня смотрит. Я вроде прилично одета, правильно себя веду. Кручусь среди этих вешалок. Заходит какая-то дама, японка с ней беседует, обмениваются пакетами. И вдруг слышу голос моей приятельницы (нашей артистки), которая возвращалась в гостиницу и заметила нас: «Вы что, дурак! Это не магазин, а химчистка!»

Господи, как мы хохотали. И смешно, и стыдно. А до этого Коле с Гогой приглянулись там брюки. Они висели за прилавком, но жестами объяснили японке, что хотели бы рассмотреть их поближе. Они эти брюки и примеряли, и какие-то нитки там дергали (проверяли качество)… Словом, изумительные гастроли были.

Тогда в Торгпредстве работали сыновья первых секретарей: и с кем только мы там не познакомились! Они же нам подсказали, где можно купить хорошие дубленки. Но получалось так, что ассортимент ежедневно менялся, и наши артистки меняли одни дубленки на другие.

– Театр принимали, конечно же, на ура…
– «Ромэн» всегда гастролировал с аншлагами. Мы были в зените славы, нас везде приглашали. И когда перед началом гастролей играл советский гимн, артистов охватывала гордость: вот он, единственный в Союзе цыганский театр!

Теперь, разумеется, совсем другая жизнь. Изменилась эпоха. Поменялись предпочтения. Конечно, хочется, чтобы в труппе было много молодых имен, чтобы происходило то самое бурление, какое довелось пережить моему поколению. Ведь шлейф от советского театра «Ромэн» тянется все эти годы. Однажды у моего мужа родилась идея поставить спектакль «Вива, Кармен!», но планы на сезон были уже распределены и требовалось дополнительное финансирование. Знающие люди мне подсказали, что надо найти спонсорские деньги. Но как? Я никогда в жизни этим не занималась. И вдруг совершенно случайно (опять же – поворот судьбы!) встречаю в Госдуме Александра Карелина, рассказываю ему о нашем замысле, и он говорит: «Давайте письмо».

А наутро он позвонил – сказал, что нашел деньги на постановку. Так в нашем репертуаре появился интересный спектакль, где моя дочь играла Кармен.


Гога поставил зарубежную классику. Виктор Гюго, Гарсиа Лорка, Проспер Мериме. И сделал литературно-сценическую редакцию по пьесе Ивана Ром-Лебедева «Здравствуй, Пушкин!»

– Там играет ваш внук?
– Андрей Жемчужный, продолжатель династии. Ему уже тридцать лет. Он ученик Валерия Беляковича. И роль, мне кажется, получилась интересной, неожиданной, многогранной. В прежние годы о «Ромэне» много писали, сейчас критики дорогу к нам почему-то забыли. Хотя, мне думается, работа получилась славной. Тут есть о чем поговорить. К вопросу о юбилее: вот этим я и живу! А что еще надо? Разве я не права?
 

  • Нравится


Самое читаемое

  • Скончалась актриса Театра армии Ольга Вяликова

    Актриса ЦАТРА Ольга Вяликова скончалась в понедельник, 15 июля на 66-м году жизни. О скоропостижной утрате сообщила пресс-служба театра. «Ольга Петровна работала в нашем театре с 1980 года. С 1993 по 1995 гг. была занята в знаменитой постановке «Орестея» выдающегося немецкого режиссера Петера Штайна», - говорится в некрологе. ...
  • «Счастлив, что свободен»

    На минувшей неделе в Театре драмы им. Федора Волкова в Ярославле произошли кардинальные перемены: от должности директора решением Министерства культуры был освобожден назначенный в декабре Алексей Туркалов, а следом по собственному желанию уволился и худрук Евгений Марчелли, возглавлявший театр с 2011 года. ...
  • Инну Чурикову экстренно госпитализировали

    Народную артистку СССР Инну Чурикову госпитализировали вечером в четверг, 18 июля, в Институт им. Склифосовского. Актриса получила травму на сцене театра «Русская песня», где в этот вечер она играла антрепризный спектакль «Старая дева». ...
  • Ушла из жизни Джемма Осмоловская

    Актриса театра и кино Джемма Осмоловская скончалась в понедельник, 15 июля, после продолжительной болезни на 81-м году жизни. Об этом сообщает пресс-служба РАМТа, в котором актриса работала с 1964 года (была принята в труппу сразу по окончании Школы-студии МХАТ). ...
Читайте также


Читайте также

  • На ВДНХ прочтут пьесы современных авторов

    Совместный проект фестиваля драматургии «Любимовка» и фестиваля искусств «Вдохновение» стартует в пятницу вечером в Доме культуры ВДНХ. В течение трех вечеров – с 19 по 21 июля – зрители смогут послушать читки пьес современных авторов. ...
  • Такой у него дар: смешить не смеша

    Друзья и коллеги поздравляют артиста, художественного руководителя Театра сатиры. Александр Калягин, председатель СТД РФ: Дорогой Александр Анатольевич! Я счастлив со всем почтением и уважением поздравить Вас с юбилеем!   Я представляю, сколько слов восхищения и любви, мой дорогой друг, ты услышишь в этот день, сколько добрых пожеланий получишь. ...
  • Ирония Судьбы, или Профессия Ширвиндт

    Народный артист России, худрук Театра сатиры, не первый год подряд является и постоянным автором «Театрала», не переставая удивлять редакцию и читателей своими ироничными, полными остроумия и мудрости колонками. В преддверии знаменательной даты мы попросили сына артиста Михаила ШИРВИНДТА рассказать о малоизвестной стороне жизни юбиляра. ...
  • Юмористический гипноз

    Александр Ширвиндт… Вот написал я имя нашего автора-юбиляра и остановился. Как о нем рассказать? Иронизировать – невыгодно и бесполезно. Повторять известные истины – банально. Ставить себе в заслугу наше довольно продолжительное сотрудничество – цинично…   Что ни говори, а очерк об Александре Анатольевиче – задача такая же непростая, как и работа с ним в кадре или игра в спектакле. ...
Читайте также