«В городе, где я вырос, не было театра»

Памяти Эймунтаса Някрошюса

 
В Вильнюсе за день до своего 66-летия скоропостижно скончался основатель театра «Мено Фортас» Эймунтас Някрошюс. Режиссер не раз становился гостем «Театрала». Напомним несколько фрагментов из его интервью.

О судьбе
…Мне действительно повезло. Как-то все совпало. Как, бывает, выигрываешь в лотерее. Случайно пришел в эту профессию. И оказалось – судьба.

В городе, где я вырос, не было театра. Первый раз я попал туда старшеклассником. На сцене горел маленький костер (до сих пор его помню), крутились колеса, развевались занавески. Я хотел быть инженером, тогда все хотели быть инженерами. Был расцвет химической отрасли. Такие заводы строили! И я решил поступить в Политехнический, но получил двойку по литературе.

Мне посоветовали поехать в Вильнюс и с моими проходными баллами и довольно хорошим аттестатом попробовать пройти в другой вуз, где меньше конкурс. Моя старшая сестра училась в Вильнюсе на юридическом. И она отвела меня в Консерваторию, потому что там еще продолжался прием абитуриентов. Думаю, комиссии понравился мой аттестат. Меня приняли на актерский факультет. Так что, трудно даже объяснить, насколько все это было случайно. Какая-то цепочка случайных событий. Или, иначе сказать, судьба.

Потом стало ясно, что актером мне не бывать, застенчивость не преодолеть. Но я уже придумывал какие-то этюды для однокурсников, фантазия работала. И меня отправили в Москву. Так оказался в ГИТИСе, в мастерской Гончарова.

После института меня забрали в армию. Я уже был женат, был ребенок. Пришли, постучали. И взяли в армию. Я служил в очень дурных внутренних войсках: конвой охраны. Охраняли зоны, охраняли этапы. Армия была сильной школой унижений. Но я ее прошел.
 
О профессии 
…Азарт уходит, и доказывать уже ничего не хочется. Поначалу боишься сделать следующий спектакль хуже предыдущего, разочаровать. Потом понимаешь, что надо жить днем сегодняшним, не загадывая вперед. Надо ценить эту повседневную жизнь.

У меня нет никакого списка и никаких планов. Все получается достаточно спонтанно. Хороший знакомый перевел «Фауста» на литовский. Подарил мне книгу с красивым переплетом. Так и возник «Фауст»…


…Дома лежат целые груды тетрадей размером с хорошие тома – мои записи к спектаклям. К «Гамлету» – целый том. Приходишь с репетиции и тут же начинаешь думать о завтрашнем дне. 

Исписываешь листы бумаги, потом перечитываешь, понимаешь, что все не годится – и начинаешь снова что-то изобретать, пока не появляется что-то, похожее на идею. Театр – искусство физиологическое. И с возрастом в нем работать труднее. Раньше идеи сыпались как молнии, какой-то ворох находок. Теперь все делать сложнее…

…Обо мне как о губителе артистов говорят до сих пор, особенно в Литве. Но ведь это чушь. Хороший артист раскроется и помимо режиссера, если ему есть что раскрывать. А если режиссер ему мешает, он в какой-то момент просто взорвется и уйдет. Плохого артиста можно режиссерски закрыть, но работать с ним неинтересно. 

О кризисе режиссерского театра
Я не очень люблю само это понятие «режиссерский театр». Да, последний век действительно был веком режиссеров. тут никуда не денешься. Но нам всем при этом надо помнить, что режиссура – профессия вторичная, производная. И поэтому надо быть скромнее. Фундамент всего – литература, которая мне вообще кажется главным из искусств. Кто-то считает таковым музыку…
Может быть. Но для меня основа – литература.

Всю жизнь завидовал людям, которые умеют писать книжки, сочинять истории… Гете, Данте, Шекспир, – огромный мир, и театр только его часть и его производная… Что же касается полезности мастер-классов. Наверное, надо спрашивать не меня, а молодых режиссеров: что они им дают? Мне мастер-классы очень полезны. Чужие молодые глаза, которые смотрят на твои репетиции, на твою работу, – они заставляют как-то подтянуться, посмотреть на себя со стороны, что-то переформулировать, что-то сформулировать впервые… Я много провожу мастер-классов в Европе, и рад российскому опыту. Благодарен Фонду Станиславского за это предложение. А тут еще сказали, что в Любимовке со времен Станиславского никто и никогда не репетировал… Мы – первые. Это здорово.

О пьесах
Почему-то стало скучно с пьесами… Может быть, потому что очень хорошо себе представляю, как их ставить, какие приемы использовать. А как ставить «Божественную комедию» – не знаю. И от этого возникает азарт. Ведь я всегда старался и стараюсь делать в профессии только то, что мне самому интересно. Это такой эгоизм, наверное. Но у меня так. Я и молодым советую – не думать о том, как и что получится, как это оценят. А работать для себя.
 
О зрителях
…Очень приятно, когда слышишь умные аплодисменты в зале. Не на реплику или трюк. А на режиссерский ход, на какую-то мысль, на нечто новое и только найденное. Я всегда ценил балетную публику, которая замечает тонкости исполнения, а не просто следит за сюжетом.

Наверное, плохо, когда ты не интересен другим. Но страшнее, когда ты неинтересен самому себе… Что касается публики… У меня было, когда однажды на «Гамлете» в зале было 20 человек… Неприятно. Но это надо перетерпеть. А потом были тысячные залы... Конечно, каждый сам выбирает, что ему важнее. Но, мне кажется, с самых первых шагов в профессии надо научиться верить себе, настаивать на собственном видении, а не «прогибаться» перед публикой или начальством. По молодости я был очень категоричным. Помню, когда только начинал, то решил заменить в роли заслуженного актера, потому что он мне не подходил. Это был большой скандал. Сейчас понимаю, что меня могли уволить из театра, куда я только что пришел, и идти мне бы было некуда (в Вильнюсе тогда всего было три театра, и кто бы взял скандалиста-дебютанта)… Но я стоял на своем. Видимо, мне повезло с театральным начальством, оно приняло мою сторону. Умение стоять на своем – одно из важнейших качеств в нашей профессии.


Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы.  

  • Нравится


Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • Елена Санаева: «Родителям я давала шороху»

    Перед спектаклем «Подслушанное, подсмотренное, незаписанное» за кулисами «Школы современной пьесы» звенели детские голоса. Двое сыновей актрисы Екатерины Директоренко играли с дочкой Светланы Кузяниной, пока обе мамы готовились к выходу на сцену. ...
  • Алексей Франдетти: «Хочу создавать другую реальность»

    Кажется, совсем недавно в Большом театре состоялась премьера «Кандид», а режиссер Алексей Франдетти уже с головой окунулся в новый проект: в Театре наций начались репетиции «Стиляг». В его жизни всё по графику: планы расписаны на два года вперед. ...
  • Римас Туминас: «Никогда не считай себя первым»

    Вечером в пятницу труппа Театра Вахтангова вернулась из Милана, где в рамках проекта «Русские сезоны» представила спектакль «Евгений Онегин». Постановку сыграли дважды (28 и 29 ноября) на сцене театра «Пикколо ди Милано» Джорджо Стрелера. ...
  • Постпенсионный взгляд на предпенсионную реформу

    Поэт когда-то воскликнул: «Времена не выбирают, в них живут и умирают!» Умирать стали очень дисциплинированно, с жизнью сложнее.   Ряды редеют. Что сделаешь – возраст. Прежде вечная проблема бренного людишкинского существования скрашивалась песенной бодростью типа «пока я ходить умею» или «возьмемся за руки друзья». ...
Читайте также