В Мещанском суде Москвы рассматривают уголовное дело «Седьмой студии»

 
В среду, 7 ноября, в Мещанском суде Москвы рассматривается уголовное дело «Седьмой студии». Корреспонденты «Театрала» передают с места событий. 

Заседание было назначено на 9.30, фигуранты дела уже прибыли, но заседание еще не началось. У входа в суд собралась очередь из желающих пройти на заседание. В том числе журналисты.


Но зал суда уже заполнен до отказа. Для непрошедших в зал заседания организована трансляция в отдельном зале.

Поддержать фигурантов дела пришли их коллеги по театру и кино: худрук РАМТа Алексей Бородин, режиссер Рузанна Мовсесян, художник Павел Каплевич, зам. председателя СТД Дмитрий Мозговой, кинорежиссер Андрей Звягинцев и др.

10.13
Начало заседание задерживается уже на 45 минут. Кирилл Серебренников, Софья Апфельбаум, Юрий Итин и Алексей Малобродский находятся в зале, они сидят рядом.   
В зале также присутствуют адвокаты всех фигурантов:  адвокат Софьи Апфельбаум - Ирина Поверинова,  Алексея Малобродского - Ксения Карпинская, Кирилла Серебренникова – Дмитрий Харитонов, Юрия Итина -  Юрий Лысенко.
Из журналистов в зал заседания пропускают только тех, кто с фото и  телекамерами. 
Судья Ирина Аккуратова озвучила имена участвующих в деле прокуроров: Олег Лавров и Надежда Игнатова.

10.27
Начинается стандартная процедура установления личностей фигурантов. 

10.35
Судья зачитывает права сторон. Никита Слепченков - представитель Минкульта , как потерпевшей стороны, - заявляет иск к подсудимым на 133 млн. рублей. Он хочет, чтобы эту сумму взыскали со всех фигурантов в совокупности. 

10.46.
Все обвиняемые возражают против признания их гражданским ответчиком по иску, потому что не признают своей вины. Адвокат Кирилла Серебренникова Дмитрий Харитонов  говорит о том, что обвинение не содержит данных о конкретных мероприятиях, которые якобы не состоялись, что делает сам иск неконкретным.
Однако судья признает всех гражданскими ответчиками.

10.49
Судья говорит, что в суд поступил ряд запросов от СМИ  о кино и фотосъемке. Суд рассматривает этот вопрос. Никто не возражает.  Кирилл Серебренников говорит: "Ваша честь, пусть все знают".

10.51 
Начинается рассмотрение дела по существу. Выступает прокурор, он зачитывает обвинение, в котором звучат ранее уже озвученные претензии. Создание преступной группы, сдача отчетов с заведомо завышенной стоимостью и числом мероприятий, обналичивание и использование в личных целях.




11.22
Прокурор Лавров продолжает зачитывать обвинение.  Он сообщает, что фигуранты завышали стоимость проектов, а оставшиеся деньги выводили на подконтрольные счета, обналичивали, потом делили и распоряжались по своему усмотрению. А Софья Апфельбаум  вводила в заблуждение коллег по департаменту, оформляя финансовые очеты, содержащие заведомо недостоверные сведения.

Согласно обвинительному заключению, зачитанному Олегом Лавровым, фигуранты обвиняются в следующем:

2011 год. Не позднее 24 марта 2011 года, Кирилл Серебренников разработал экспериментальный проект «Платформа», предполагавший многолетнее создание и демонстрацию под его руководством театральных, музыкальных и иных произведений, финансируемых за счет бюджета.
Участвуя в обсуждении проекта «Платформа» с Министерством культуры, Серебренников договорился с Софьей Апфельбаум об учреждении автономной некоммерческой организации «Седьмая студия». Руководить «Седьмой студией» Серебренников предложил Юрию Итину.
16 мая того же года Серебренников учредил «Седьмую студию», Итина избрали директором и единоличным исполнительным органом организации. В соответствии с уставом, «Седьмая студия» подотчетна учредителю, поэтому Серебренников также на постоянной основе выполнял в ней организационно-распорядительные функции.
В период с 16 мая по 1 августа Итин и Серебренников, зная о том, что на проект «Платформа» выделят деньги, договорились их похитить. Они создали организованную группу, к участию в которой привлекли своих знакомых — Алексея Малобродского, Екатерину Воронову, Нину Масляеву и Софью Апфельбаум. Подсудимые распределили между собой роли и договорились сделать заведомо недостоверный список мероприятий, полученные деньги перечислять на счета подконтрольных юрлиц и обналичивать, а также предоставлять в Минкульт неверную отчетность. Апфельбаум, согласно отведенной роли, должна была отвечать за заключение контракта, выделение средств и отсутствие контроля со стороны Минкульта. Воронова выполняла по указаниям Серебренникова и Малобродского функции продюсера «Седьмой студии и участвовала в финансово-хозяйственной деятельности; Малобродский ей содействовал. Масляева, будучи главным бухгалтером, выполняла организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции.
Апфельбаум поручила главному специалисту-эксперту отдела театрального искусства из Минкульта Соколовой, которая не была осведомлена о преступном характере поручения, разработать и согласовать с Малобродским конкурсную документацию по проекту «Платформа» для того, чтобы у «Седьмой студии» было преимущество. Соколова выполнила поручение и включила в техзадание условие о проведении 10 показов детских и молодежных спектаклей, среди которых был спектакль «Охота на Снарка» по мотивам поэмы Льюиса Кэролла. Спектакль был придуман молодыми артистами и композиторами «Мастерской Кирилла Серебренникова», что создало «Седьмой студии» преимущества. Проект технического задания конкурса был передан консультанту координационно-аналитического отдела департамента Минкульта Махмутовой, которая разместила его на сайте госзакупок. Затем Масляева передала в Минкульт заявку на участие в конкурсе. «Седьмая студия» была признана единственным участником торгов и 2 сентября 2011 года выиграла их.
Следующая часть обвинительного заключения касается событий, которые, по мнению следствия, происходили после заключения госконтракта с «Седьмой студией». В период со 2 сентября по 20 декабря 2011 года Масляева передала в Минкульт сотруднице Соколовой подписанные Итиным промежуточные акты сдачи-приемки оказанных услуг. В актах содержались в том числе сведения о том, что работы по госконтракту выполнял индивидуальный предприниматель (ИП) Синельников. На самом же деле никакой работы проведено не было. Апфельбаум знала о том, что отчетная документация содержит недостоверные сведения, но приняла их и ввела в заблуждение своего начальника, директора департамента Шалашова. Затем Апфельбаум в период с 14 сентября по 29 декабря обманула должностных лиц Департамента экономики и финансов Минкульта Назарову и Морину, которые, рассмотрев акты сдачи-приемки изготовили и направили в Федеральное казначейство заявки на кассовый расход на сумму, указанную в отчетах.
До 30 декабря деньги поступили на счет «Седьмой студии». Затем по указанию Серебренникова часть средств были переведены на счет Синельникова. Не зная о преступных планах обвиняемых, в тот же период предприниматель по указанию Масляевой обналичил эти средства и отдал ей; та передала их остальным подсудимым. Деньги были присвоены.

2012 год. Не позднее 27 февраля 2012 года Серебренников приступил к следующему этапу. Он и другие обвиняемые разработали план финансирования «Платформы» на 2012 год, который подразумевал выделение на это средств. Апфельбаум обеспечила согласование проекта, в тот же день он был подписан. После подписания Апфельбаум направила проект в Департамент экономики и финансов Минкульта упомянутым ранее сотрудницам Назаровой и Мориной. Не зная о преступных планах обвиняемых, 6 марта они изготовили и направили в Федеральное казначейство заявку на кассовый расход. В период с 16 марта по 30 мая обвиняемые перечислили деньги Синельникову, он вновь их обналичил и передал им. В период с 20 марта по 28 мая Масляева изготовила отчет об использовании средств, Апфельбаум приняла его без проведения необходимой проверки. Затем все повторилось по аналогичной схеме: Апфельбаум подписала отчеты и направила их в финансовый департамент, те 30 мая перечислили «Седьмой студии» еще часть денег. Со дня перечисления денег до 3 июля средства были обналичены через Синельникова, Масляева отчиталась, Апфельбаум отчет приняла. По аналогичной схеме состоялся следующий платеж 6 августа 2012 года. Средства были обналичены через знакомых Масляевой по фамилии Педченко и Дорошенко и подконтрольное им ООО «Маркетгрупп». Еще часть обналичил Синельников.

2013 год. Не позднее 14 февраля 2013 года Серебренников разработал план финансирования на 2013 год, подразумевавший выделение средств на проект; план был подписан.
Апфельбаум ввела в заблуждение заместителя директора Департамента экономики и финансов Минкультуры Генерозову и заместителя начальника отдела бухгалтерского учета и отчетности данного департамента Савельеву. 21 февраля они направили «Седьмой студии» деньги, которые были обналичены через Синельникова и через Педченко и Дорошенко и их ООО «Премиум», а также ИП Артемову, 350 тысяч, через Филимонову (ООО «Актив Эйм»), через Иванову (ООО «Нескучный сад»), через подконтрольное членам организованной группы ООО УК «Проект 02». Также средства были обналичены через другую фирму Педченко и Дорошенко ООО «Рилком», ООО «Соло Студио». До 24 мая Масляева изготовила отчет, Апфельбаум его приняла. Затем она направила документы, позволяющие выделить проекту еще  средства, которые 29 мая поступили на счета «Седьмой студии». Часть этой суммы также была обналичена и похищена: через Синельникова, через Филимонову и ООО «Актив Эйм», через Педченко и Дорошенко (ООО «Премиум»). Как и ранее, Масляева изготовила отчет, Апфельбаум его приняла и направила документы на следующий транш в 10 млн рублей; деньги поступили «Седьмой студии» 28 августа.

2014 год. 
1 февраля было подписано соглашение на 2014 год, подразумевавшее выделение средств, большая часть которых 13 февраля поступила на счет «Седьмой студии». Часть денег, как и в прошлый раз, была обналичена и похищена. В наличность ее перевел через Филимонову (ООО «Актив Эйм»), через подконтрольный обвиняемым ООО «Бизнесальянс», через ИП Артемову, через подконтрольный обвиняемым ООО «Горизонт», через подконтрольный ООО «Инфостиль», через ИП Синельникова, через подконтрольный ООО «Профконсалтинг». Аналогично предыдущим годам, Масляева написала отчет, Апфельбаум его приняла. 2 июня пришел второй перевод от Минкульта, который  обналичили через Филимонову (ООО «Актив Эйм»), через ООО «Дизайн групп» Педченко и Дорошенко, через подконтрольный ООО «Инфостиль», через Синельникова, через подконтрольный ООО «Профконсалтинг», через ООО «Иствест» Педченко и Дорошенко.  27 августа «Седьмой студии» пришел последний перевод, который  был обналичен через ИП Синельникова и  ИП Артемову.

Всего обвиняемые похитили 133 млн 237 тыс. 920 рублей. Каждый из них совершил преступление, предусмотренное частью 4 статьи 159 УК (мошенничество в особо крупном размере).
 

12.26.
Прокурор закончил чтение обвинения. Судья спрашивает у обвиняемых, понятно ли им, в чем их обвиняют. Юрий Итин отвечает утвердительно, но с обвинением не согласен.

12.30
Выступает адвокат Юрия Итина - Юрий Лысенко. Он говорит о том, что Во-первых, следствие провело знак равенства между обналичиванием денег и их хищением, а это не сооьветствует истине. Перевод  безналичных денег в наличные не образует состава преступления. Во-вторых, В обвинении отсутсвуют конкретные данные о расходах на мероприятия "Платформы". Если  бы была указана сумма гос-субсидии и сумма расходов на мероприятия, то можно было бы предположить,что разница была похищена, но данных этих в обвинении нет.

12. 46
Софья Апфельбаум  говорит: "Обвинение мне непонятно, поскольку обвинительное заключение не отражает моих показаний. Мои показания искажены. Мне непонятно каким образом, я похитила деньги, откуда взята эта [названная в обвинительном заключении] сумма"
Объявлен 10-ти минутный перерыв, для консультации Софьи Апфельбаум со своим адвокатом. 

12. 55
Заседание продолжено.

13:05
Софья Апфельбаум утверждает, что не готовила и не имела отношения к конкурсной документации, а также не вводила в заблуждение сотрудников Минкультуры.

"Мне непонятно, какие мои действия квалифицируются как мошенничество, с кем я вступила в сговор, какие деньги я похитила, - говорит Апфельбаум. - Виновной себя не считаю. Не согласна с тем, что было сказано, ни в какой сговор не вступала, ни о каких о преступлениях не знала. Решение о поддержке «Платформы» принималось не мной, а руководством Минкультуры. Я даже не могла вести межведомственную переписку, я действовала в рамках своих полномочий. Я не готовила и не утверждала конкурсную документацию. Я принимала участие в рассмотрении заявки, но техзадание соответствовало конкурсной документации. Безусловно, я не вводила в заблуждение директора департамента Шалашова, он признанный практик.
Апфельбаум подчеркивает, что не занималась проверкой документов — это делали исполнители в отделе театрального искусства.
"Проект «Платформа» несколько раз проверялся Счетной палатой, но никаких претензий нам никто не высказывал. Я ни о каком преступлении не знала, никаких денег ни от кого не получала. Хочу подчеркнуть, что последний документ я даже не подписывала, это 6,5 млн рублей — я была в отпуске, там подпись моего зама, а финальные документы я не могла проверить, потому что уже не работала в Минкульте. Следствию было так удобно сделать, что в министерстве один человек за все отвечает. Я готова давать показания в начале процесса. Мне нечего скрывать, готова дать подробные показания по всему, что нам зачитали, — говорит Апфельбаум .
Адвокат обвиняемой Ирина Поверинова дополняет подзащитную: в материалах дела отсутвуют какие-либо достаточные достоверные доказательства вины Апфельбаум в совершении какого-либо преступления. "Это добросовестный человек, который выполнял свои профессиональные обязанности, ни о каких деньгах не слышал, ни о каких нарушениях не подозревал и не знал. Мы знаем, что этот проект был с достоинством выполнен. Проект состоялся, никаких доказательств совершения мошенничества ни моей подзащитной, ни ее товарищами по несчастью нет", -  резюмирует Поверинова.

13.17
«Вам понятно, в чем вас обвиняют?», — обращается судья к Алексею Малобродскому .
 
«Нет. Меня обвиняют по части 4 статьи 159 УК, у меня было много возможностей перечитать Уголовный кодекс, комментарии. Я категорически не понимаю, в чем меня обвиняют, отвечает Малобродский. -  Я не понимаю, какое именно хищение я совершил. Не понимаю, чьим доверием я злоупотребил или обманул. Нет ни одного внятного указания. Мне непонятно существо предъявленного обвинения. Обвинительное заключение сводится к многократному повторению эпизодов транзакций со страшилками «выполняя указание Серебренникова» и так далее. Эти заклинания скрывают смысл обвинения».
 
Малобродский объясняет, что не может узнать из материалов дела и обвинительного заключения, когда, на какую сумму и при каких обстоятельствах он кого-то обманул.
«Что касается обвинений, - говорит Алексей Малобродский, - то я отрицаю, что участвовал в противоправном обращении средств в свою пользу. Не признаю и подозрения в том, что совершал противоправные действия. Я хочу также обратить внимание, Ваша честь, на то, что касается лично меня. В обвинительном заключении несколько десятков раз упоминается мое имя в контексте «Серебренников путем дачи указаний Малобродскому сделал нечто». Это повторяется в случаях всех транзакций. В то же время прокуратуре, как и следствию, известно, что в «Платформе» я работал лишь до августа 2012 года. Неоднократно в показаниях я обращал внимание на это обстоятельство и просил снизить объем материалов, которые мне предлагают рассмотреть. Хочу заверить уважаемый суд, что моя позиция остается неизменной с момента первого допроса в июне 2017 года. Неизменны останутся мои показания. Поэтому я безусловно готов быть допрошенным в суде и дать свои показания в любом удобном порядке.
 
Адвокат Малобродского Ксения Карпинская говорит, что сложно защищать человека, которому предъявлены обвинения в мошенничестве, а в сущности все сводится к другому: якобы он вступил в преступный сговор и помогал готовить отчеты в Минкульт. «Не указано, кого и когда Малобродский обманул, что он получил, в чем его преступная заинтересованность, и сколько он денег похитил у уважаемого потерпевшего. Обвинение является непонятным и неконкретным, — завершает адвокат.

13.30
Выступает Кирилл Серебренников:  «Я не признавал и не признаю себя виновным. У них там сломался принтер, и они там одно и тоже печатают. Ты понимаешь слова, но связать это в смысл не можешь. Эту мантру «Серебренников дал указания превратить что-то во что-то» — я не понимаю, как эта фраза относится ко мне как к худруку, который всегда сторонился финансовой деятельности. Обвинение сводится к тому, что мы предоставляли в Минкульт ложные данные о количестве мероприятий, а я утверждаю, что как худрук следил за мероприятиями, которыми проект знаменит.
Мне кажется логичным, чтобы Минкульт бы сформулировал претензии к проекту «Платформа»: каких мероприятий не было, где была завышена стоимость. Призываю Минкульт не бояться, не тушеваться, и выступить в суде, объяснить всем людям, что его не устроило в проекте «Платформа». Если Минкульт не найдет в себе сил, то я как худрук готов дать показания первым в начале процесса".

Выступает адвокат Серебренникова Дмитрий Харитонов. Он говорит о нарушении права на защиту и вспоминает, что первоначально обвинение утверждало, что спектакля «Сон в летнюю ночь» не было. От этого было просто защищаться, так как спектакль идет до сих пор, нынешнее обвинение же не содержит никаких сведений о том, каких мероприятий якобы не было, и стоимость каких мероприятий была завышена.
 
«Следствие повторяет фразу, что похищенные 133 млн рублей использовали по собственному усмотрению. Мой подзащитный на допросе сказал, что использовал их по усмотрению на проект «Платформа». Непонятно, кто средствами завладел. Все сводится к тому, что главбух Масляева отправляла деньги на счета подконтрольных ее друзьям компаний. Обвинение в хищении должно содержать указание на то, каким образом денежными средствами распорядились; в обвинении этого нет. Очевидно, что проект «Платформа» состоялся, было 340 мероприятий, он шел три года, и все это есть в материалах дела. Мы считаем, что обвинение непонятное и неконкретное, — завершает адвокат.

13.40
Стороны определяются с порядком исследования доказательств. Прокурор Игнатова предлагает сначала исследовать письменные материалы, затем заслушать свидетелей, затем — защиту. Судья спрашивает у представителя Минкульта, какой порядок его бы устроил — он отвечает, что ему все равно.  Апфельбаум, Малобродский и Серебренников готовы дать показания до исследования материалов, Итин — после.

Серебренников обращается к представителю Минкульта и просит его «рассказать о том, как они пострадали», а затем хочет первым выступить в самом начале.

Судья Аккуратова устанавливает такой порядок: сперва допрос Серебренникова, Малобродского и Апфельбаум, затем — доказательства, свидетели, потерпевший, и, наконец, Итин.

14.00.
Показания Кирилла Серебренникова:

Кирилл Серебренников:  Этот проект был придуман, потому что было горько за родину, здесь не развивалось искусство на стыке разных искусств – театра, танца, музыки, медиа. Возникла идея сделать проект на грани разных видов искусства. Это дает возможность создать произведения, которые прежде не существовали в нашей художественной практике. Я сформировал художественную заявку. Это было, кода меня позвали на встречу с президентом в Мульти Медиа Арт музее. Надо было внести предложения. Я высказал президенту идею этого медиакультурного проекта.  Был широкий разговор о   культуре.

Адвокат Харитонов: Какое решение было принято?

К.С. Никакого решения не было. Было сказано: «Интересная идея». Когда президент уходил, я ему дал листки с предложениями. Я тогда работал с Олегом Павловичем [Табаковым ] в МХТ. И тут приходит  резолюция: «Проект «Платформа» - рассмотреть».

- Какой предполагаемый срок?

К. С. Я написал: три года. Потому что меньше не получится, надо чтобы люди узнали, публика пошла.

- Как государство планировало поддерживать проект платформа?

К. С. Я указал б.джет не самого лучшего театра.

- Было ли заведомо известно, что предложенный проект будет отдобрен?

К.С. Нет, конечно. Прошло несколько месяцев, прежде чем пришла бумага от Медведева.

- Наверное, вас вызывали в Министерство культуры? Это было совещание, где решался вопрос, как будет проект делаться? Кто участвовал в совещании?

К.С. Итин, которого я к тому времени позвал директором на "Платформу". 

- Кто предложил АХО?

К.С. Министерство культуры. Чтобы рассчитываться наиболее привычным удобным способом. 

- В обвинительном заключении сказано, что вы договорилис с Апфельбаум. 

К.С. Мы с Софьей Михайловной не были тогда знакомы. Это именно Минкульт в виде дяденьки в сером костюме из финансового отдела. С Апфельбаум мы не договаривались. 

- Кто занимался организацией АНО, регистрацией?

К.С. Юрий Итин, которого я пригласил работать директором. 

- Кто еще принимал участие?

К.С. Малобродский. Итин меня познакомил с Малобродским. Потому что проект огромный, требоваолись квалифицированные люди. Это был оычный устав, я не помню, чтобы мы как-то над ним работали, я получил эти типвые документы, да и всё. 

- Какова ваша роль в "Седьмой студии"?

К.С. Я был учредителем.

- Занимали вы какую-то административную должность?

К.С. Административную - нет, я был худруком. 

- Что входило в ваши обязанности?

К.С. Составлять всю художественную программу.Государство выделяет средства под этот список мероприятий. И еще следить потом за их реализацией. 

- Организационные и финансовые функции были у вас?

К.С. Полномочий не было.  Я был худруком.
 
- Правление было?

К.С. Это была формальная необходимость, чтобы избрать директора, худрука. Это часть формальных процедур. 

- Имели вы как худрук полномочия давать обязательные финансовые указания?

К.С. Нет,  Моя территория ответственности - это художественные процессы.

- Я говорил о ведении хоз. деятельности.

К.С. Мои все указания - это программа проекта "Платформа"

- Давали ли вы указания по бухгалтерии?

К.С. Не давал никогда.

- Отчитывались ли перед вами Итин и Масляева по финансово-хозяйственной деятельности? 

К.С. Я не отвечал за финансовую часть. И мы друг перед другом не отчитывались. 

- Было ли вам известно о поступлении средств?

К.С. Конечно. И когда не поступали это еще больше известно. Все подходили и говорили — стоит в графике мероприятие, а у нас гонорары не перечислены, артисты плачут и уйдут. Разумеется, я всегда знал, пришли деньги из Минкультуры или нет. Вся жизнь проекта "Платформа" зависела от того, как быстро придут деньги от Минкультуры.

- Подписывали финансовые документы?

К.С. Я несколько документов подписал, они асаются соглашения с Минкультуры, потому что я творческое лицо проекта. План мероприятий - я смотрел. 

- Когда познакомились с Итиным?

К.С. Нас познакомила покойная мать Итина. В 2011 году, когла проект мог состояться. Я предложил ему должность, потому что у него репутация человека сведующего в экономике театральных проектов. Надо было с нуля образовать театр. Нужен был хороший специалист. Я рассказал ему все, что знал, что все это будет на Винзаводе, а Итин сказал, что как проект это ему интересно.

- Какая зарплата?

К.С. Порядка 100 тысяч за эту работу без выходных.

- Почему вы не приняли на себя обязанности директора?

К.С. Ну, потому что я в этом ни черта не понимаю. Я - режиссер, всегда занимался творческими проектами. Я не контролировал деятельность Итина так как все мероприятия идут в срок, публика приходит, у меня не было нужды и полномочий контролировать Итина. 

- В течение Какого времени Итин выполнял обязанности директора?

К.С. Все годы существования "Платформы". 

- Совмещал работу?

К.С. Да, Итин был назначен директором Ярославского театра. Я ему сказал: "Юра, пожалуйста, не уходите, потому что "Платформа" только на три года, а найти директора очень сложно". 

- Когда Итин был директором Ярославского театра, как он занимался "Седьмой студией"?

К. С.  Юрий очень часто присутствовал в Ярославле, но когда возникали проблемы "Платформы", я ему звонил, и он их решал. Проект был уже запущен, работали продюсеры.

- За три года были основания предъявлять претензии?

К.С. Нет, потому что проект состоялся. 

- Доверенность была выписана на ваше имя для какой цели?

К.С. Это чтобы я подписал рамочные соглашения с Минкультом.

- Когда вы познакомились с Малобродским?

К.С. Итин познакомил, когда решил быть директором "Платформы". Раньше мы не пересекались. 

- Как Малобродского рекомендовал Итин?

К.С. Хороший специалист, работал в нескольких театрах. 

- Что входило в обязанности Малобродского и кто их определил?

К.С. Генпродюсер - это человек, который аккумулирует знания обо всех проектах, должен общаться с линейными продюсерам. Связующее звено между художественой частью и бухгалтерией, и контролирует выполнение пректов. Работаем в тесном контакте, потому что от решения зависит художественный уровень проекта, а я за него отвечаю. 

- Обсуждали ли размер вознаграждения?

К. С. Мы обсуждали. Алексей Аркадьевич попросил сумму, которая показалась достаточно большой. Себе такого платить не можем тоже, давайте сократим зарплату. Согласился на сумму, которая тоже была в районе 100 тыс. Получал в бухгалтерии в кассе и расписывался в приходных ордерах. Малобродский работал на проекте 8 месяцев, потом в "Гоголь-центр" я его позвал. 

- Совмещал работу в АНО?

К.С. Ни с чем не совмещал. С утра до ночи работал только на "Платформе". Я был против, чтобы он совмещал.

- Когда познакомились с Вороновой?

- К.С. Знаю давно, как молодого театроведа. Работает как организатор театрального дела. Решил ввести продюсера в разные проекты. Очень порядочный, влюбленный в театр человек. Предложил в качестве продюсера. 

- До момента приглашения какие были отношение?

К.С. У нас товарищеские рабочие отношения. 

- Что такое линейный продюсер?

К.С. Это человек, который выпускает мероприятие. Дело в том, что все мероприятия имеют разную окраску. В организации спектакля свои особенности, концерта - свои. У этих мероприятий должны быть линейные продюсеры, мы искали специалистов, их было мало. Воронова была.

- Кто определил зарплату Вороновой?

К.С. По поводу зарплат линейных продюсеров вел разговор Итин.

- Вместе с Вороновой участвовали в мероприятиях?

К.С. Она была линейным продюсером театрального направления, а я был куратором. "Метаморфозы", "Сон в летнюю ночь", "Охота на снарка". Все театральные спектакли делала Катя. 

- Кто предложил должность генпродюсера Вороновой?

К.С. Я. После того, кк Малобродский ушел в "Гоголь-центр"

- Кто определил ей условия работы и должностные обязанности?

К.С. Итин, я с ней не разговаривал.

- Контролировал ли вы деятельность Вороновой?

К.С. Конечно, потому что от ее действий зависел уровень качества выпускаемых мероприятий. Я не мог не обращать внимания на то, как работает линейный и генеральный продюсеры. Мы всегда были в нервном состоянии по поводу того, чтобы выпустить спектакль. Финансирование было крайне нерегулярным, поэтому постоянно обсуждалось, как выпустить проект, как это все реализовать?

- Получала ли Воронова зарплату?

К.С. Думаю, что точно получала. Я знал, когда люди не получали - я тут же про это узнавал. А если люди молчат и работают...

- Передавала ли Воронова [вам] 300 тысяч рублей для покупки квартиры в Берлине?

К.С. У меня периодически была задолженность по зарплате. Я заходил в бухгалтерию и стоял в гигантской очереди. И тогда я подошел к Итину и спросил, можно ли мне "по блату" получать деньги вне очереди, приносить деньги на проект. Мне приносили наличные деньги, я расписывался в ведомости на Винзаводе в цехе белого.  На квартиру в Берлине ничего мне не надо было предлагать, потому что ее я купил до проекта «Платформа». Она была куплена на средства, которые скопились на моем счету в Сбербанке — там помесячно скапливались гонорары в течение нескольких лет из премиальных фондов нескольких фестивалей. Это не связано никак с проектом «Платформа».

- Когда и при каких обстяотельсвах вы познакомились с Масляевой?

К.С. Привел ее Итин, познакомил нас на Винзаводе, сказал — это будет у нас главный бухгалтер. Видел ее пару раз в жизни, когда организовывали аудит.

- Знали, что она ранее судимая?

К.С. Нет, конечно не знал, иначе бы не согласился.

- Вы сказали, Масляеву представил Итин? Он пригласил ее?

К.С. Да.

- Как Итин охарактеризовал Масляеву?

К.С. Сказал, что это опытный бухгалтер, они где-то работали, пересекались в другом театре.

-  Вам было известно, где Масляева работала до «Платформы»?

К.С. По-моему, Итин говорил, что она работала в театре «Модерн».

-  Посещали ли ее в театре «Модерн»?

К.С. Нет, ни компанией, ни порознь, ни частями тела. Я там был один раз на спектакле.

- Когда Масляева начала работать на проекте «Платформа»?

К.С. В 2011-м году после учреждения [«Седьмой студии»], с датами плохо.

-  Вы сказали, что видели Масляеву несколько раз. Можете подробнее?

К.С. Один раз нас представили, потом второй раз я пришел в очередь, где я попросил, чтобы мне приносили зарплату отдельно. Было совещание — как делать проект, когда деньги из Минкульта не пришли. Потом, когда проект заканчивался, Катя предложила сделать аудит, потому что у нас не хватает денег — а выяснилось, что Масляева уволилась и не подходит к телефонам. Мы стали ее искать. С трудом Итин ее пригнал, и она очень недовольная выслушивала результаты аудита.

- Состояла ли Масляева в отношениях подчиненности с вами?

К.С. Нет. Более того, постоянно были жалобы Малобродского и Вороновой, что Масляева не очень-то всех слушает, и на нее нет управы.

-  Давали ли вы Масляевой указания в связи с ее должностью?

К.С.  Никогда, ни в какой связи.

- Может, передавали через третьих лиц?

К.С. Нет.

- Обсуждали размер заработной платы и порядок?

К.С. Нет. Из материалов уголовного дела я узнал, что она больше меня получала. Ну ладно.

-  Контролировали деятельность Масляевой как главбуха?

К.С. Нет.

-  Она отчитывалась вам?

К.С. Нет, она рассылала по электронной почте какие-то письма, там было что-то прикреплено, но я даже не в курсе того, что там было.

- Проводились ли в АНО совещания, на которых обсуждались бы финансовые вопросы?

К.С. В начале проекта было несколько совещаний: «денег не хватает, как нам быть». Потом, когда запустились, отпала необходимость

- Когда познакомились с Апфельбаум?

К.С. В 2011-м году, когда нас позвали в Минкульт обсуждать проект «Платформа».

-  Вы с ней бывали вместе в служебных командировках или путешествиях?

К.С. Нет, никогда, даже после того, как познакомились.

-  Как часто вы встречались с Апфельбаум?

К.С. Апфельбаум регулярно посещала премьеры «Платформы», и мы были рады. Она постоянно приходила смотреть, что выпускается на проекте.

-  Может, вы с Итиным где-то были в командировке?

К.С. Не были.

- Обсуждали с Апфельбаум вопросы получения денег из бюджета на «Платформу»?

К.С. На том первом совещании, когда сидели все вместе, и представитель департамента экономики [Минкульта] там был.

- В Петербруге такого не было?

К.С. Нет.

- Знакомы с [бывшим] министром культуры [Александром] Авдеевым?

К.С. Да, мы виделись до реализации «Платформы» несколько раз, по «Территории» была какая-то встреча. Он пришел на открытие «Платформы», говорил какие-то слова и был доволен тем, что увидел.

- Когда официально стартовал проект?

К.С. В октябре 2011 года. Стартовал он раньше, потому что за несколько месяцев нужно было начать подготовку.

- Какие действия были совершены для этого?

К.С. На винзаводе у нас был в распоряжении абсолютно пустой цех белого. Нужно было поставить стенки, найти свет, акустику, поставить стулья, амфитеатр.

- Еще какие-то действия были предприняты?

К.С. Я пригласил на работу кураторов, которые вместе со мной составляли программу. У каждого направления были кураторы.

- Какие-то мерпориятия до открытия проекта «Платформа» готовились?

К.С. Да, мы репетировали все. Проект начинался проектом "Арии", нужно было пригласить огромное число певцов, это было мультижанровое мероприятие. Это титульное мероприятие, в нем участвовали все линейные продюсеры и все направления. Это было на тему двенадцати месяцев, поэтому было двенадцать разных сцен, эпизодов. Надо было декорации строить, костюмы делать.

- Был к началу проекта сформирован штаб проекта?

К.С. К открытию да — артисты, продюсеры, обслуживающий персонал.

- Когда получили средства из бюджета?

К.С. Субсидия пришла в марте следующего года — надо было запустить программу фактически без средств Минкульта. Когда стало ясно, что чтобы не потерять сезон, надо было открыться осенью, мы стали искать деньги: мы с Итиным дали свои деньги — я получил гонорар, он свои нашел, плюс я искал возможности какого-то кредита, и товарищи пообещали дать кредит.

- Какая сумма была вами передана в долг «Седьмой студии» для реализации «Платформы»?

К.С. По полтора миллиона мы давали [с Итиным], три вместе я передал Малобродскому.

-  Вам известно, эти деньги были учтены в бухгалтерии?

К.С. Этого я не знаю.

- Были возвращены?

К.С. Мне они были возвращены наличными, я раписывался.

-  Если вам известно, Итин кому передавал деньги, и были ли они возвращены?

К.С.  Я знаю, кому я передал, а кому Итин — нет.

- Вы упомянули кураторов. В чем их функция?

К.С. Для запуска проекта с инновационными яркими смыслами нужно иметь связи. Я владел связями в мире театра, в медиа не очень, в танце — хуже. Поэтому я позвал лучших людей, предложив им поработать творческими советниками для реализации своих авторских идей.

- Кто были кураторами направлений?

К.С. Первый год творческим куратором театрального направления был я, затем — другие люди [перечисляет их фамилии].

-  Получали ли кураторы вознаграждение?

К.С. Да. Я говорил им: «Ребята, вы будете получать большую зарплату, пойдемте работать». Они приходили к генпродюсеру, и тот их обламывал: «Нет, получать вы столько не будете, иначе мы не запустимся». Ну и они там договаривались.

- Известно ли вам, как им производились выплаты?

К.С. Думаю, так же, как и нам — наличные, ведомости.

- Теперь о линейных продюсерах. Кто это?

К.С. Их было достаточно много. Помню Дарью Коваль по танцевальному направлению, Анну Махову, Марью Цзо, Аню Шалашову...

- Как их приглашали?

К.С. Искали через социальные сети, собеседовали.

- Как им выплачивались зарплаты?

К.С. Зарплата артистов состояла из нескольких частей — несгораемая часть, не самая большая, и поспектаклевые выплаты. Несгораемая часть нужна была, чтобы артисты репетировали. Эта система существует практически во всех театрах.

- Выплачивалась ли артистам заработная плата и поспектаклевые выплаты?

К.С. Наверное, выплачивались так же, как и нам. Они приходили, подписывали документы, стояли в очередях.

14.50. 
Продолжение заседания суда перенесено на 8 ноября на 9.30.

Напоминаем, один из фигурантов – художественный руководитель Гоголь-Центра, Кирилл Серебренников, который настаивает на своей невиновности. Виновными себя не признают и другие фигуранты дела (Софья Апфельбаум, Алексей Малобродский, Юрий Итин) за исключением бывшего главного бухгалтера Нины Масляевой.


Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы.  

  • Нравится


Самое читаемое

  • В Мещанском суде Москвы рассматривают уголовное дело «Седьмой студии»

    В среду, 7 ноября, в Мещанском суде Москвы рассматривается уголовное дело «Седьмой студии». Корреспонденты «Театрала» передают с места событий.  Заседание было назначено на 9.30, фигуранты дела уже прибыли, но заседание еще не началось. ...
  • «Куда ни глянь, везде одна глупость»

    Для переезда в историческое здание на Чистых прудах «Современник» готовит премьеру спектакля «Дюма» по пьесе Ивана Охлобыстина. Этот материал предложил для постановки Михаил Ефремов, который сам при этом выступит режиссером. ...
  • Диана Вишнева провела открытый мастер-класс

    В воскресенье, 11 ноября, прима-балерина Мариинского театра Диана Вишнева впервые в своей творческой карьере провела большой мастер-класс «Наследие классического балета» в студии Context Pro в Санкт-Петербурге.   «Диана Вишнева впервые проведет мастер-класс «Наследие классического танца» в формате открытой репетиции на примере одной из самых известных вариаций классического репертуара — Маши из балета «Щелкунчик» (третий акт) в постановке Василия Ивановича Вайнонена», — цитирует РИА сообщение пресс-службы студии. ...
  • Кирилл РАЗЛОГОВ: «Гибнет великий замысел»

    Киноцентр «Соловей» – один из самых престижных кинотеатров Москвы, имеющий культурную и историческую ценность, заявил в беседе с «Театралом» кинокритик Кирилл Разлогов. Ранее газета «Ведомости» сообщила о том, что знаменитый Киноцентр на Красной Пресне собираются перестроить в гостиницу. ...
Читайте также


Читайте также

  • Ветеранам сцены добавят

    Министр труда и соцразвития Анатолий Силуанов по просьбе председателя СТД Александра Калягина увеличил объем субсидий на оказание материальной поддержки театральным деятелям – ветеранам и тем, кто оказался в сложной жизненной ситуации. ...
  • В Мещанском суде состоялось пятое заседание по делу «Седьмой студии»

    В Мещанском суде Москвы состоялось пятое заседание, на котором дело «Седьмой студии» слушалось по существу. Обвиняемыми по делу о хищении 133 млн бюджетных средств, выделенных в 2011-2014 годах Министерством культуры на проект «Платформа», проходят основатель «Седьмой студии» режиссер Кирилл Серебренников, бывший директор студии Юрий Итин, экс-генпродюсер организации Алексей Малобродский и бывшая сотрудница Минкульта Софья Апфельбаум. ...
  • В Мещанском суде продолжится рассмотрение дела «Седьмой студии»

    В пятницу, 16 ноября, продолжится рассмотрение дела «Седьмой студии». В пятый день процесса по делу «Седьмой студии», как ожидается, будет продолжен допрос Алексея Малобродского, который начался на заседании во вторник, 13 ноября. ...
  • Мединский заступился за кинотеатр «Соловей»

    Министр культуры Владимир Мединский обещал разобраться с ситуацией вокруг киноцентра «Соловей». Об этом он заявил на площадке Санкт-Петербургского международного культурного форума. Ранее сообщалось, что знаменитый киноцентр на Красной Пресне собираются перестроить в гостиницу. ...
Читайте также