Константин Богомолов: «Табаков был очень счастлив, играя»

 
На творческой встрече в ЦДЛ, которая состоялась в среду, 14 марта, режиссер Константин Богомолов рассказал о своей работе и общении с Олегом Павловичем Табаковым.
 
- Мой спектакль на Малой сцене Театра Гоголя увидел ближайший соратник, друг и помощник Олега Павловича Анатолий Миронович Смелянский, бывший тогда художественным руководителем Школы-студии МХАТ. Он рекомендовал меня Олегу Павловичу.  В то время я делал спектакль в Театре на Малой Бронной, в тот год этим театром руководил Трушкин, и туда на спектакль пришел Олег Павлович. Был июнь, ужасная жара, и он не досидел до конца спектакля. То ли он не очень хорошо себя чувствовал, то ли ему просто было скучно, но Табаков был мега-опытный человек, он позвал меня в кабинет на Малой Бронной, и сказал: «Старик, я уйду, потому что не очень хорошо себя чувствую».  Но вскоре вслед за этим от него пришло приглашение в «Табакерку».

У меня из детства осталось такое воспоминание – был в моей жизни еще один удивительный человек, которого я хорошо помню, хотя, когда я его видел, возраст у меня был совсем юный. Это Виктор Борисович Шкловский. Мои родители на лето снимали дачу в Мичуринце, в поселке рядом с Переделкино, и мой отец приносил книги Виктору Борисовичу. Мы ходили пешком к нему на дачу. Я помню этот дом белый, где мы поднимались на второй этаж, он лежал в кровати и со скоростью света пролистывал эти книги и потом отдавал их.

Я потом у отца спросил: «Как этот дядя читает с такой скоростью?», а папа сказал: «Понимаешь, он столько видел и столько знает, что ему достаточно на одной странице увидеть одно слово, через десять страниц - другое, еще через десять – третье, и он понимает, о чем книжка и как она написана».  Вот и Олег Павлович тоже с какой-то дикой скоростью все воспринимал, просто мгновенно.


Когда он позвал меня в «Табакерку», и я, молодой режиссер, естественно сразу - ни много, ни мало - принес «Процесс» Кафки, но Табаков сказал: «Это может быть интересно».  Мы сформировали прекрасную команду, и я стал работать.

Потом я там же сделал  еще «Отцов и детей», это был очень хулиганский, странный спектакль, какой-то дикий, который страшно разгромили критики, которые меня потом нежно полюбили. Олег Павлович и этот спектакль тоже как-то спокойно воспринял.

А потом был «Старший сын», его любимая пьеса Вампилова, и он очень ценил этот спектакль. Высший знак его признания был в том, что он, когда летел в Новосибирск на гастроли (надо сказать, что у него была масса приятелей - богатых людей, которые хотели с ним дружить и помогать, и очень много помогали ему и его театрам), сказал: «Старик, полетишь со мной». И мы полетели на каком-то частном самолете…

Затем началась череда спектаклей, и очень разных взаимоотношений. Я помню даже такой момент, когда мы, стоя в его гримерке, спорили по поводу эпизода спектакля «Год, когда я не родился» по пьесе Розова «Гнездо глухаря». Мы оба красные стояли и кричали друг на друга. Я кричал, что «Вот так должно быть!», а он кричал, что «Так не будет!». Так что всякое было…

Когда я ставил спектакль «Идеальный муж», он был уверен, что я репетирую оригинальную пьесу Оскара Уайльда, и помню, как он спрашивал меня «А кто же – Мэйбл?». «Старик, вот я тут девочку нашел, которая может быть Мэйбл», - говорил он, а я ему овечал: «Да, Олег Павлович, хорошая девочка, попробую», хотя у меня Мэйбл уже давно был мальчик и совершенно другой актер, я к этому моменту уже сюжет переписал.


Потом он пришел на прогон пьесы Оскара Уайльда «Идеальный муж» и увидел то, что он увидел… Там была сцена из «Трех сестер», где они сидят в кафе и с каким-то диким акцентом говорят: «Надо рботать, рботать надо»… Надо сказать, что он на эту сцену приходил смотреть раз десять, садился в ложе, страшно хохотал, приглашал друзей… И это человек, который всегда рассказывал, как приехал в Москву и потратил все деньги на билет на тех самых мхатовских «Трех сестер» Немировича, как он сидел где-то на ярусе и наслаждался. И этот же человек специально приходил на этот хулиганский кусок в «Идеальном муже», смеялся и был счастлив.  

Я прекрасно помню, как мы до трех часов ночи сидели в его гримерке (у него была большая гримерка, где он в пять-шесть часов обычно ложился поспать, его день разделялся на две части, и это давало ему много сил, и он мог еще долго-долго потом быть заведенным, полным огромной энергии). И вот мы сидели полночи с ним и Анатолием Мироновичем Смелянским, у которого волосы встали дыбом от того, что он увидел, и он говорил: «Костя, как это? Что это?!» и обращался к Табакову: «Олег, ну скажи!», а Олег Павлович сидел как-то так спокойно и отвечал «Ну…», потому что он наслаждался живой жизнью, которая происходила на сцене…

Был момент, когда я ушел из театра, и мы поссорились. Из-за «Карамазовых». Это известная история. Через полгода я вернулся в театр, я ушел в декабре, а в июне я вернулся. Мы помирились. Собственно, мы с ним и не ссорились, мы помирились с театром. И он дал мне пьесу «Юбилей ювелира». Это многое говорит о том, каким был, есть и будет этот актер. Он взял для своего юбилея пьесу об умирающем человеке. Она была более комедийная, но я ему предложил ее сократить и превратить в более драматическую историю. И он это сыграл. Это такое мужество, такая невероятная мощь!  Он был очень счастлив, играя в этом спектакле. И, я надеюсь, это отчасти продлило ему жизнь.


Подписывайтесь на официальный канал «Театрала» в Telegram (@teatralmedia), чтобы не пропускать наши главные материалы
 

  • Нравится


Самое читаемое

  • Александр Ширвиндт: «Хочется выскочить из повседневности»

    Недавно Театр сатиры отметил свое 95-летие спектаклем, который Александр Ширвиндт называет «милым баловством», «лёгким хулиганством». И это – очередная изобретательная выдумка Александра Анатольевича. Впрочем, в интервью «Театралу» речь зашла не только о торжествах… – Александр Анатольевич, сейчас всюду – сплошные перемены. ...
  • Владимир Машков: «К этому спектаклю мы шли долго и трудно»

    Театр Олега Табакова готовится представить новую редакцию спектакля «Ревизор» по пьесе Гоголя. Как и в случае со спектаклем «Матросская тишина» это будет возвращение на сцену «Табакерки» знаменитой постановки прошлых лет. ...
  • Ушел из жизни артист театра Et Cetera Петр Смидович

    После продолжительной болезни в возрасте 67-ми лет скончался ведущий актер театра Et Cetera Петр Смидович.   «Он долго болел, но мы все верили, что он победит, – говорится в некрологе на сайте театра. – Все надеялись, что ему поможет операция, но… Очень горько, очень больно, очень тяжело. ...
  • Пятнадцать спектаклей о войне

    В преддверии Дня Победы «Театрал» собрал постановки, созданные в память о Великой Отечественной войне.    «Минуты тишины» Режиссер: Александр Баркар РАМТ, Черная комната Участвуют: Рамиля Искандер, Денис Баландин, а также Максим Олейников (фортепиано), Николай Мохнаткин (баян), Ксения Медведева (гитара). ...
Читайте также


Читайте также

  • Владимир Машков: «Мы очень зависим друг от друга»

    Театр Олега Табакова представил публике новую редакцию спектакля Сергея Газарова «Ревизор». Как и в случае со спектаклем «Матросская тишина», это будет возвращение на сцену «Табакерки» легендарной постановки прошлых лет. ...
  • «Ваша музыка звучит на протяжении многих десятилетий»

    Многоуважаемая, дорогая, любимая Александра Николаевна! Сегодня у Вас красивый, яркий, прекрасный юбилей!   Сегодня, впрочем, как и всегда, в Ваш адрес звучит великое множество добрых и теплых пожеланий. Уверен, Вас спешат поздравить артисты, певцы, государственные деятели, политики, и каждый старается найти самые главные слова, чтобы выразить свое уважение, почтение, благодарность за Вашу музыку, за талант, рассказать о своей любви и восхищении. ...
  • Катрин Денев поправляется после госпитализации

    Здоровье известной французской актрисы Катрин Денев постепенно приходит в норму после перенесенного малого ишемического инсульта, сообщил 9 ноября телеканал BMF, ссылаясь на окружение знаменитости. «Как и было объявлено ранее, никаких нарушений в двигательной активности нет. ...
  • Александр Ширвиндт: «Хочется выскочить из повседневности»

    Недавно Театр сатиры отметил свое 95-летие спектаклем, который Александр Ширвиндт называет «милым баловством», «лёгким хулиганством». И это – очередная изобретательная выдумка Александра Анатольевича. Впрочем, в интервью «Театралу» речь зашла не только о торжествах… – Александр Анатольевич, сейчас всюду – сплошные перемены. ...
Читайте также