Добрый человек из «Маяковки»

Никита Кобелев поставил «Кавказский меловой круг», больше похожий на другую пьесу Брехта – «Доброго человека из Сезуана»

 
Есть в мировой драматургии названия, которые так тесно сплетаются с какой-то одной постановкой, что другую версию и представить себе невозможно. Так вышло и с Брехтом в России, вернее — еще в Советском Союзе. Если «Добрый человек из Сезуана» был визитной карточкой «Таганки» Юрия Любимова, то «Кавказский меловой круг» — непревзойденной вершиной творчества Роберта Стуруа. Этот спектакль Тбилисского театра имени Шота Руставели неоднократно приезжал в Москву, и каждый показ был праздником торжествующей театральнос­ти, свободной стихии игры, которая волшебным образом не убывала с годами. И долгое время на постановку этих пьес был наложен негласный мораторий — ведь невозможно состязаться с легендами.
Но новый век берет свое: и вот уже в Теат­ре им. Пушкина появился свой «Добрый человек» в постановке Юрия Бутусова, а Театр им. Маяковского решился взяться за «Кавказ­ский меловой круг», который здесь тоже шел в 60-е годы, но настоящим событием не стал. Версия Никиты Кобелева тоже вряд ли станет новым словом в истории брехтовского театра, но в репертуаре «Маяковки» займет достойное место.

С Бутусовым все понятно: у него что Брехт, что Чехов, что Тургенев — это все равно преж­де всего Бутусов, его фирменная экспрессивная манера, обморочный танец на краю пропасти. В спектакле Стуруа царствовала его родная Грузия; условная кавказская страна из пьесы Брехта, такая же абстрактная, как Китай в «Добром человеке», обрела плоть и кровь, эпический театр соединился с нацио­нальными традициями — и родился великий спектакль.

Никита Кобелев идет по другому пути, близкому к тому, что выбрал художественный руководитель театра Миндаугас Кар­баус­кис в постановке брехтовского «Гос­по­дина Пунтилы». Никакой Грузии и этнического колорита в спектакле нет, ну почти нет — разве что в деталях костюмов Марии Даниловой или в песнопениях на свадьбе, без которых можно было и обойтись. Декорации Михаила Краменко, главного художника израильского театра «Гешер» и постоянного соавтора последних работ Кобелева, как всегда, лаконичны и красноречивы. Они позволяют режиссеру поставить притчу, которая могла про­изойти где угодно и когда угодно, в любой стране, охваченной войною, злобой и страхом.

Первая, еще мирная сцена разворачивается на фоне алых полотнищ — то ли пасхальное воскресение, то ли Первомай (впрочем, иногда они совпадают). Но лицемерное благочестие почтенного семейства с его мамками, няньками, врачами и адвокатами скоро будет смято вихрем междоусобной вражды. Под упавшими полотнищами окажутся черные, будто обугленные огнем войны помосты, по которым, выбиваясь из сил, будет скитаться судомойка Груше с чужим спасенным ребенком на руках.

В анонсе театра жанр спектакля определяется как джазовое роуд-муви с зонгами Пау­ля Дессау в живом исполнении квартета «Круглый бенд». Но для джазового формата постановке не хватает легкости, она вязнет в деталях и подробностях, многочисленных персонажах и эпизодах, которые артисты отыгрывают честно и подробно, с долей гротеска, но, пожалуй, слишком «зазерняясь». В сценах с героиней Ольги Прокофьевой — ушлой бабой, за деньги выдающей Груше замуж за своего якобы умирающего сына, — смущает жирный, почти антрепризный актерский нажим. А выход Игоря Костолевского в роли судьи Аздака превращается в отдельный бенефисный номер, диссонирующий с общим тревожным, напряженным строем постановки. Нараставший драматизм первого акта, достигший кульминации в сцене перехода Груше через ветхий мост над пропастью, во втором полностью снимается гэгами и фар­совыми кунштюками героя Кос­то­лев­ского. Публика ему, конечно, благодарна за этот роздых, но смысловой посыл здесь несколько теряется.

Спектакль Кобелева продолжает главную тему «Доброго человека из Сезуана» о плате за милосердие, о том, как естественная доброта и сочувствие к ближнему в неправедном мире оказываются непозволительной роскошью, чуть ли не преступлением, и караются по законам военного времени. И о том, какие внутренние силы нужны, чтобы не поддаться страху, инстинкту самосохранения и не потерять человеческое лицо. У простой судомойки Груше, которая спасает чужого ребенка, рискуя собственной жизнью, и жертвует ради него личным счастьем, выйдя замуж за нелюбимого, этот нравственный императив, что называется, в крови. Она просто не может иначе и живет по принципу «делай что должно, и будь что будет».

Чтобы сыграть такой сильный, цельный характер, нужна недюжинная актриса, и в Театре Маяковского она нашлась. На­сто­ящим открытием спектакля стала Юлия Соломатина, недавняя выпускница Сергея Женовача (ГИТИС). В прошлом сезоне она сыграла в постановке того же Кобелева по горьковским «Последним», и ее горбунья Люба, бескомпромиссная девушка с жестким характером и сломанной судьбой, была украшением спектакля. Но одно дело — небольшая, хоть и важная роль в ансамблевой пос­тановке, а другое — центральная партия, на которой держится весь спектакль. Груз серь­езный даже для опытной актрисы, но Юлия Со­ло­матина этот вес взяла. Она умудряется быть достоверной каждую минуту — и в игривых свиданиях с будущим женихом, и в опасном путешествии по горным тропам, и в финальном противостоянии с настоящей матерью ребенка, когда на лице актрисы читается подлинное страдание, а в глазах стоят слезы.

Да, это неправильно и против принципов рационального театра Брехта с его эффектом очуждения, не позволяющим актерам сливаться со своими героями. Но в данном случае нарушение правил идет спектаклю на пользу. А за очуждение в нем отвечает хитрый, чуть косоглазый рассказчик (Сер­гей Рубеко), который иронически комментирует происходящее и временами будто подмигивает публике: а вам слабо?


  • Нравится


Самое читаемое

  • «Я не закрою кабинет и буду приходить в театр»

    Художественный руководитель московского театра «Современник» Галина Волчек планирует найти сотрудника, который мог бы вести дела в ее отсутствие. Об этом она сообщила во вторник, 1 октября, на сборе труппы в честь открытия 64-го сезона. ...
  • Константин Райкин: «Я совершенно не согласен с сегодняшним решением суда»

    На сайте «Сатирикона» опубликован комментарий худрука театра Константина Райкина по поводу приговора Павлу Устинову, которому Мосгорсуд изменил наказание с 3,5 года колонии на год лишения свободы условно с испытательным сроком два года. ...
  • «Он прошел в искусстве счастливый путь»

    Во вторник, 1 октября, в московском театре «Ленком» проходит церемония прощания с Марком Захаровым. Художественный руководитель театра, народный артист СССР ушел из жизни 28 сентября. Проститься с ним пришли многие деятели искусства, в числе которых Александр Калягин, Галина Волчек, Александр Ширвиндт, Евгений Миронов, Константин Богомолов, Юрий Бутусов, Марк Розовский, Евгений Писарев, Дмитрий Крымов, Миндаугас Карбаускис, Алексей Бородин, а также тысячи поклонников творчества мастера. ...
  • «Мы должны быть вместе»

    Фото: Михаил Гутерман  Во вторник, 1 октября, Московский театр «Современник» открыл 64-й театральный сезон. По традиции, сбор труппы состоялся в день рождения первого художественного руководителя театра Олега Ефремова. ...
Читайте также


Читайте также

  • «Быть краской на палитре Дмитрия Крымова очень интересно»

    В Музее Москвы состоялась пресс-конференция перед премьерой спектакля «Борис» по мотивам драмы Пушкина «Борис Годунов». С журналистами встретились – продюсер проекта Леонид Роберман, режиссер Дмитрий Крымов, директор Музея Москвы Анна Трапкова, актеры Михаил Филиппов и Паулина Андреева. ...
  • Большой театр объявил прослушивание для мальчиков

    Конкурсный набор мальчиков 6-12 лет для участия в спектакле «Пиковая дама» состоится 9 ноября в Большом театре. Об этом сообщается на официальном сайте ГАБТа.  Требования к конкурсантам: наличие хорошего музыкального слуха и голоса. ...
  • В Театре на Литейном ждут миссис Сэвидж

    Бенефис народной артистки России Татьяны Ткач отметят в Санкт-Петербургском Театре на Литейном 18 октября. В этот день здесь состоится премьера спектакля «Странная миссис Сэвидж».  «Наш спектакль – добрая сказка для взрослых, – говорит режиссер Александр Кузин. ...
  • «Любой переживший травму сможет узнать себя»

    В Центре им. Мейерхольда вышла премьера «За белым кроликом». Наполненная аллюзиями на сказку «Алиса в Стране Чудес» история рассказывает о реальной трагедии убийства в Подмосковье двух девушек. Многосюжетная пьеса Марии Огневой  разворачивается в трех пространственных и временных измерениях, где две девушки ночью садятся в попутку к незнакомцу (а в другом представлении – прыгают в Нору за Белым Кроликом), где их матери расследуют преступление, а близкая подруга, главная героиня истории, никак не может пережить травму, изменившую ее мироощущение и жизнь. ...
Читайте также