Жизнь человеческого тела

В Et cetera открыли другого Островского

 
Такой заголовок к пьесам Островского только на первый взгляд кажется неуместным, ведь писатель-моралист больше заботился о крепости духа. Но стоит перечитать внимательнее многие его произведения, как на поверхность всплывут и страсть, и чувственность, и любовные томления.
Правда, великий драматург не забывал напоминать своим героям, чтобы «себя помнили». Они и старались, правда, получалось не всегда…

Петербургский режиссер Григорий Дитятковский вернулся на московскую сцену, поставив в театре Et cetera не самую хрестоматийную из пьес Островского – «Сердце не камень». Причем сделал абсолютно зрительский спектакль, который оказался и умен, и легок, и свеж. Его постановка кристально чиста, наполнена юмором, но без грубоватых «поддавков» и избавлена от классического занудства. А «жизнь человеческого тела» относится не только к смыслу пьесы, но и к актерской манере исполнения. «Сердце не камень» порой напоминает изящно сделанный «драмбалет», где все находится в движении, а мысли и чувства персонажей выражены не только в словах, но в виртуозно поставленной пластической партитуре Сергея Грицая.

Оставив героям подходящие эпохе Островского костюмы, художник Владимир Фирер, придумал вневременный и выразительный образ спектакля, в котором очень важна работа художника по свету Евгения Ганзбурга. Ряды массивных деревянных дверей, способных открываться в какую угодно сторону, то охотно впуская героев, то отрезая им путь к отступлению, создают ощущение громадного дома-лабиринта, где легко заблудиться, как в собственной жизни.

Приметы этой скудной на события жизни собраны тут же, в пространстве авансцены: разномастные стулья, конторка и стремянка, керосиновые лампы и даже уличный фонарь. Устав заглядывать в окно, он, кажется, решил вторгнуться прямо в пределы жилища. Тускло светящие люстры могут обернуться церковными светильниками, а стремянка изобразит повозку. Дитятковскому по душе откровенно игровые приемы. У него даже фабричные рабочие (Евгений Тихомиров, Федор Бавтриков и Артем Блинов) порой исполняют роль театральных дзанни: то воплотятся в роли подсвечников, то станут дорогу указывать, то вклиниваются в монологи Ераста – Федора Урекина, трансформируя их в диалоги. Действие то стремительно несется вперед, то застывает в прямом смысле этого слова, а неподвижные артисты «складываются» в замечательные жанровые картинки. Тут же вспомнится «Сватовство майора» или «Неравный брак». И эпоха соблюдена, и сделано остроумно и красиво. А потом начнут двигаться как в рапидной съемке, укрупняя эпизод с какой-нибудь дракой, но стулья при этом не ломая и носы друг другу не расквашивая.

Режиссер, оставляя текст в неприкосновенности, с персонажей пытается сбить привычный налет «типажности». Вот богатый купец Каркунов – Петр Смидович извелся весь, как бы по правильному адресу отписать свои движимые и недвижимые сокровища. То ли верной жене Вере Филипповне – Анне Артамоновой, то ли непутевому племяннику Константину – Кириллу Лоскутову. А зритель-то видит, что купчина по русской привычке «куражится», потому что помирать ему еще рановато: всегда готов и к цыганам, и в картишки, да и вообще мужик крепкий. Поневоле задумаешься, почему в такой ситуации несчастная супруга страдает неудовлетворенной телесностью?

Впрочем, Анна Артамонова в роли Веры Филипповны совсем не нудная «монашка», озабоченная лишь благотворительностью, хоть и затянута поначалу в черные одежды. Но каждая встреча, каждый разговор словно открывает ей глаза на то, что есть и другая жизнь. Так вот сядешь за стол с Аполинарией Панфиловой – Натальей Благих, да пропустишь с ней рюмочку-другую мадеры, да послушаешь веселую трескотню зрелой красотки, так глаза и откроются понемногу. А уж когда в дело вступает Ераст – Урекин, тут вся жизнь готова провалиться в тартарары.

Молодой артист свою роль «протанцовывает» почти бенефисно, умудряясь предстать в разных жанровых обстоятельствах. Тут тебе и бедный сиротка-приживал, семенящий и сутулящийся. И цинично-бесцеремонный любовник чужой жены Ольги – Кристины Гагуа. И превосходный комедиант, когда пускает в ход все свои обольстительные качества для соблазнения «святой» Веры. Но желание выбиться в люди любой ценой идет в его сценической жизни параллельно с обретением человеческого достоинства.

Последние эпизоды спектакля, когда Каркунова – Смидовича и впрямь валит с ног болезнь, тоже решены режиссером не в дидактическом, но в игровом ключе. А последний монолог на тему «не в деньгах счастье» не столько нравоучителен, сколько простодушен. И зритель вроде смеется, но зернышко понимания в его ощущения подспудно закладывается. И совсем, оказывается, не мешает легкости и ясности всей постановки.

  • Нравится


Самое читаемое

  • В Грузии устроили протест против гастролей театра «У Никитских ворот»

    В Кутаиси вечером в  субботу, 19 октября, около двух десятков членов неправительственной организации вышли на акцию протеста, стихийно устроенную перед знанием Театра им. Месхишвили. Участники акции показали администрации кутаисского театра и московской труппе «красные карточки», заявив тем самым, что для них неприемлемо нахождение российского театра в Кутаиси. ...
  • «В Москву, в Москву»

    В четверг, 10 октября, в Музее Москвы состоялась премьера постановки режиссера Дмитрия Крымова и продюсера Леонида Робермана «Борис». Еще не начался спектакль, а сразу становится жаль мальчиков. Вот они побросали портфели и играют в футбол. ...
  • «Ленком» готовит премьеру последнего спектакля Марка Захарова

    Творческая команда «Ленкома» продолжает работу над спектаклем «Капкан» по произведениям Владимира Сорокина, который не успел закончить Марк Захаров. Первоначально премьера намечалась на 2 декабря. Эту дату дирекция «Ленкома» решила не менять. ...
  • «Вы открыли нам новую эру!»

    Двенадцать вечеров подряд в самом центре французской столицы на сцене театра «Мариньи», расположенного на Елисейских полях, вахтанговцы играли «Евгения Онегина» и «Дядю Ваню». Почти десять тысяч зрителей побывали за это время на топовых спектаклях Римаса Туминаса, принимая их чрезвычайно эмоционально и восторженно. ...
Читайте также


Читайте также

  • «Мы восстановили этот спектакль в память об Олег Табакове»

    В субботу, 19 октября, в Московском Губернском театре состоялась премьера по пьесе Александра Островского «На всякого мудреца довольно простоты» - спектакля Олега Табакова, восстановленного в память о нем Сергеем Безруковым и Аллой Решетниковой. ...
  • Путь грешного человека

    Юрий Бутусов в прошлом сезоне стал главным режиссером Театра им. Вахтангова, и первой его постановкой стал «Пер Гюнт» Генриха Ибсена. Заглавную роль сыграл Сергей Волков, перешедший на московскую сцену из Театра им. ...
  • Добро пожаловать к палачам

    Первым спектаклем Кирилла Серебренникова в «Гоголь-центре», сделанным после почти двухлетнего домашнего ареста режиссера, стал «Палачи» по пьесе Мартина МакДонаха. Логичный выбор материала предлагает зрителю поразмыслить на непопулярную, но важную тему. ...
  • В МХТ представят «Царя Федора Иоанновича»

    Трагедия Алексея Толстого «Царь Федор Иоаннович» временно возвращается на подмостки МХТ им. Чехова. Этим произведением 26 октября 1898 года открывался Московский Художественный Общедоступный театр, а сейчас, более века спустя, пьесу представят в рамках проекта «Память места», посвященного истории и традициям МХТ. ...
Читайте также