Возвращение в будущее

В Александринке поставили самую красивую премьеру сезона

 
Сезон в Александринке начался с «Воспоминания будущего» по драме Лермонтова «Маскарад» и спектаклю Мейерхольда. Постановка худрука Валерия Фокина воскрешает легендарную последнюю постановку императорского театра (одновременно с премьерой Мейерхольда в столице Российской империи началась Февральская революция). И показывает всю мощь новых возможностей главной российской сцены.
Парадный зал Александринки красив ошарашивающе, неотразимо, так, что перехватывает дыхание.

В шедевр Росси легко влюбиться, примерно, как Арбенин влюбляется в свою Нину: взглянул и... пропал. И уже необходимо соответствовать, ты уже не сам по себе. Выстраивая сценическую картинку, ты должен вписать ее в этот зал, в эти боковые зеркала, в эти светильники. Недаром же театрального художника Головина времен Александринки называли Головиным Великолепным. Когда над сценой «Воспоминания будущего» висят красочные арки его занавесей, а на авансцену шествуют из глубины маскарадные маски (и то, и другое воссоздано по эскизам художника и по сохранившимся образцам), вам в зале начинает казаться, что даже театральный воздух дрожит от аплодисментов. А звуки вальса Глинки на последнем балу Нины – всего лишь звуковая материализация мелодии линий и красок.

Завораживает – наверное, самое точное определение воздействия этого спектакля. Завораживает сценическое пространство, выстроенное Семеном Пастухом. Художнику удалось объединить цитаты из сценографии Головина со светящимся полом, ощущением леса театральных механизмов, роскошь старого императорского театра и возможности новой Александринки. Композитор Александр Бакши сумел в акустическом пространстве «Воспоминания будущего» объединить музыку Глазунова и Глинки из мейерхольдовской постановки и шепоты, шорохи, завывания не то загробных голосов, не то радиопомех при сеансе вызова духов.

Завораживает сам замысел спектакля-колодца, спектакля – спиритического сеанса, в котором оживает и легендарная постановка Мейерхольда, и память первого «Маскарада» на сцене Александринки, когда Каратыгин и Читау разыгрывали дуэтные сцены Арбенина и Нины. Валерий Фокин также безжалостно вымарал всю экспозицию трагедии в игорном доме, всю лихую интригу маскарада, не пожалев даже легкомысленной и чувственной баронессы Штраль и глуповатого Звездича. Весь спектакль сосредоточился на взаимоотношениях Арбенина и Нины, Арбенина и Неизвестного.

Замысел-оксюморон «Воспоминания будущего» поставил головокружительные задачи перед сценографом, композитором, режиссером... Но, пожалуй, сложнее всего пришлось исполнителю роли Арбенина.

Демона в сюртуке играют в очередь молодой премьер Александринки Дмитрий Лысенков и приглашенный из МДТ лучший трагик России Петр Семак. Начинает же роль и служит ей камертоном запись голоса любимого исполнителя Мейерхольда Юрия Юрьева. Петр Семак потом будет смирять свой низкий баритон под его напевные и капризные интонации. Одетый в юрьевский фрак, с его кудрявым париком на голове этот Арбенин в первую минуту и впрямь покажется галлюцинацией.

Но выясняется странная вещь: «воскрешение» духов прошлого – такое прекрасное в музыке и в сценографии – в актерском искусстве скорее мешает. Не потому, что Семак – актер куда крупнее Юрьева, про которого маститый критик обмолвился «актер холодный, как собачий нос». Но потому, что невозможно втиснуться в другую индивидуальность: и фасон не подходит, и парик не сидит. «Показать», как Юрьев играл Арбенина, не сползая в пародию, – слишком скромная задача и для Фокина, и для Семака...

Вольтова дуга между актером и зрительным залом возникает в начале второго акта. Сняв парик, скинув фрак, Петр Семак шагнет на авансцену и впервые посмотрит прямо в глаза зрительному залу и с первых же слов возьмет коллективную душу публики в кулак.

Сухо, четко, раздумчиво начнет исповедь сегодняшнего женоубийцы (в тексте прямые переклички с делом ресторатора Кабанова). Артист расскажет, как подкатывала тошнотой ревность, как дразнила и ни в грош не ставила жена. Как хотелось, чтобы она замолчала, а над головой свисала веревка, на которой обычно сушили белье... Как потом запер тело в ванной, чтобы не вошли дети. А потом надо было расчленять, прятать по пакетам. Один вывез и выбросил. Два так и остались в багажнике машины, где их нашла полиция... Не звучит музыка, не кружатся пары, не движутся занавеси... Актер смотрит в упор на нас, а кажется – видит эту кухню, ванную, убитую женщину. И сила его воздействия такова, что ты видишь все произошедшее, и долгие дни до убийства, и ад, бушующий в этой искореженной душе.

  • Нравится


Самое читаемое

Читайте также


Читайте также

  • «Ленком» готовит вечер памяти Николая Караченцова

    27 января в «Ленкоме Марка Захарова» пройдет вечер-воспоминание Николая Караченцова «Прости меня, Земля, что я тебя покинул». Мероприятие, в котором примут участие друзья и коллеги актера, приурочено к 75-летию народного артиста России. ...
  • «Йокнапатофа» как тот свет

    Диковатое для русского уха название «Йокнапатофа» – выдуманное Фолкнером захолустье на американском юге, которое Миндаугас Карбаускис сделал названием своего нового спектакля на Сретенской сцене Театра им. Маяковского. ...
  • В Школе драматического искусства споют арию Фауста

    В субботу, 25 января, в ШДИ состоится премьера спектакля «…свет повсюду гаснет, но виден его след» по мотивам пьесы Дмитрия Данилова «Что вы делали вчера вечером?» в постановке    Александра Плотникова. ...
  • Ася Князева представит спектакль по сказкам Андерсена

    Премьера спектакля «Волшебный театр Андерсена» по сказкам «Пастушка и трубочист», «Стойкий оловянный солдатик», «Директор кукольного театра» и биографии знаменитого сказочника под названием «Сказка моей жизни» выйдет 1 февраля на Симоновской сцене Театра Вахтангова (зал «Амфитеатр»). ...
Читайте также