Большая жизнь маленькой сцены

Театру Табакова – 20

 
1997 г. На десятилетнем юбилее «Табакерки».
Студия, рожденная «в года глухие», пережила пик застоя, перестройку и дикий капитализм. Студия стала одним из самых посещаемых в столице театров с мощным репертуаром и сильнейшей труппой. Студия распрощалась со студийным инфантилизмом, но не выросла из «подвала». Сам «подвал» табаковский театр с одной стороны уже компрометирует (взрослые заслуженные и народные артисты, а все в подполье играют), а с другой – не дает усомниться в порядочности художественного руководителя, не приученного к просительным позам. Сами придут и все дадут. А пока «подвал» еще не стал музеем, у нас есть возможность сверить свои зрительские воспоминания с воспоминаниями очевидцев и участников событий двадцати-тридцатилетней давности.
Евгений МИРОНОВ: «Все равно театр – это игра»

(На курс к О. Табакову поступил после окончания Саратовского театрального училища (1986), по окончании Школы -студии МХАТ принят в труппу Театра Табакова (1990). Параллельно работает в МХТ, в антрепризных и частных проектах, с недавних пор сам руководит Театром наций. Спектакли: «Обыкновенная история» (Александр Адуев), «Матросская тишина» (Давид Шварц), «Звездный час по местному времени» (Коля), «Анекдоты» (Лебезятников, Хомутов), «Еще Ван Гог» (Саша), «Страсти по Бумбарашу» (Бумбараш).

В первую очередь Олег Табаков научил меня системе Станиславского, которую сам он просто исповедует, и правде. Потому что все мы, приходя к Олегу Павловичу кто откуда, были нахватаны штампами, представлениями. Знаете, как сейчас дети поют на «Фабрике звезд»: одна похожа на Пугачеву, другой – на Джексона, нет индивидуальности никакой. Табаков делал из нас индивидуальности, он заставлял нас соскребать, причем очень болезненно, то, что все считали достоинствами, – свои штампы. Тем же занимался Авангард Леонтьев – «человек-пароход». Он, кроме того, что занимался с нами актерским мастерством, нас образовывал, загонял в консерваторию, музеи. Потому что только привычка может привить настоящую культуру. Конечно, в начале для нас это было невозможно – мы засыпали на первых концертах. Кстати, Авангард Николаевич музеями и концертами не ограничивался, он водил нас на Новодевичье кладбище, где мы убирали могилы мхатовцев. Однажды, помню, там, на кладбище, я залез на памятник Гоголю – Леонтьев попросил скрести с головы Гоголя птичьи какашки. А в это время подошла экскурсия, и я никогда в жизни в такой ситуации не был: я на голове у Николая Васильевича, а внизу делегация из 20 человек, которые что-то рассказывают про Гоголя, думая, что я, наверное, его родственник. Вот Леонтьев плевал на это наше смущение и тем самым воспитывал. Школа продолжалась уже на сцене. Помню спектакль «Обыкновенная история», я играл вместе с Табаковым, он дядюшку, а я – племянника. У меня до конца не сложилась эта роль. Но большего наслаждения в партнерстве я не испытывал – он хулиган очень большой. И это тоже школа была. Когда ты совсем уже в «серьез» уходишь, такая уже «вампука» наступает! Я так прямо весь в образе, так весь в материале, а Табаков своим хулиганством, каким-то своим отстранением напоминает, что все равно это игра, это театр.



Евдокия ГЕРМАНОВА: «Табаков не подавляет, а заставляет»

(Закончила ГИТИС в 1986 году (курс О. Табакова и А. Леонтьева), в 1987 году была принята в Театр Табакова. Уходила из театра, пыталась заняться бизнесом, вернулась и работает по сей день. Спектакли: «Жаворонок» (Жанна Д’Арк), «Билокси-Блюз»(Дези), «Ревизор» (Анна Андреевна), «Затоваренная бочкотара» (Степанида), «Псих» (Лина), «Когда я умирала» (Адди), «Последние» (г-жа Соколова), «На дне» (Настя).

К моменту моего знакомства с Табаковым, меня шесть раз отфутболивали из института. И я, будучи в очередной раз отфутболенной, в отчаянии пошла к Табакову, который тогда являлся продолжением несправедливого отношения ко мне. Со временем, конечно, все изменилось в прямо противоположную сторону. Олег Павлович стал олицетворением противоположных несправедливости качеств, стал человеком, который сублимировал всю мировую несправедливость. Именно Табаков научил меня верить в себя, а не выполнять чью-то волю. Пример того, как он учил меня верить, – спектакль «Жаворонок», судьбоносный для меня. Потому что в этой работе единственный раз в своей жизни Табаков сделал исключение: он поставил спектакль на актрису, а не наоборот, как всегда делает, – подбирает под репертуар актеров. Для меня это была Роль, потому что она заставила мои глаза повернуться внутрь, заставила задать себе 35 миллионов вопросов и на них найти ответы. По-моему, успех Табакова-педагога в том, что он не подавляет, а заставляет с помощью каких-то разумных советов расцвести вашу индивидуальность, ваши таланты, все в вас, пышным цветом. А если говорить о тех, кто, кроме Табакова, сильно повлиял на меня, – это режиссер Владимир Храмов. Он тоже научил меня думать не репликами, не тем, что написано, а думать своим сердцем. А уметь думать сердцем опять же меня научил Олег Павлович.



Виктор ШЕНДЕРОВИЧ: «Студия сделала меня мною»

(В 16 лет поступил в студию Табакова, в 1980 году окончил Московский государственный институт культуры по специальности «режиссер самодеятельных театральных коллективов», в 1988 году окончил ассистентуру-стажировку в Высшем театральном училище им. Щукина по [%8153%]специальности «педагог по сценическому движению». В течение семи лет преподавал в ГИТИСе сценическое движение, был постановщиком пластики в спектакле «Маугли». В репертуаре театра – пьеса Шендеровича «Два ангела, четыре человека»)

Весна 74-го года. По всей Москве развешены объявления: «Идет набор школьников 9–10-го классов в театральную студию». Ну, я и пошел на прослушивание в старое здание «Современника» на площади Маяковского, там, где сейчас автомобильная стоянка возле гостиницы «Пекин». И на этом прослушивании я впервые живьем увидал и молодого Райкина, и Марину Неелову, и Авангарда Леонтьева, и Валерия Фокина, и Олега Павловича. А потом, осенью 74-го года, был уже 3-й тур, тогда мы пришли во дворец пионеров в переулке Стопани. И вот с 29 октября 74-го года начала существовать студия, и было ей до театра еще 14 лет. С тех пор я был в студии во всех качествах. Сначала студийцем я занимался в режиссерской группе Валерия Фокина. Потом я не поступил в ГИТИС, учился в другом институте, но все равно участвовал в массовках, бегал в спектаклях «Маугли» и «Две стрелы». В конце концов, первую студию благополучно разогнали, а я ушел в армию. Вернувшись, я стал педагогом студии вместе с другими первыми студийцами Табакова – Газаровым, Селиверстовым, Хомяковым. Позже какое-то время я был там даже пожарным! А сейчас я, можно сказать, драматург Театра Табакова, там идет моя пьеса. Так что далеко от этого подвала на Чаплыгина я не уходил всю жизнь. Я со студией прожил юность. Если студию из меня вынуть, то очень мало что останется в то время. Они, педагоги студии (я бы не отделял Табакова от педагогов), сделали для меня столько, что можно сказать: студия сделала меня мною в значительной степени. Я читать книжки начал, я начал работать, я был совсем другим до прихода в студию. Педагоги нас научили очень многому, в первую очередь уважению к театральному труду. Нас учили уважать профессию, уважать звучащее русское слово, литературу. Я был в 10-м классе, когда Табаков нам читал «Две стрелы» Володина. Это один из важнейших дней в моей жизни, я испытал то ощущение, когда тебя переворачивает художественное произведение, делает другим. Это сладчайшее время для меня и важнейшее. Для всех, кто прошел студию, она осталась главной в жизни.



Марина ЗУДИНА: «Табакерку» мы создали как ребенка»

(Закончила ГИТИС в 1986 году (курс О. Табакова и А. Леонтьева). В Театре Табакова работает с 1987 года. Спектакли: «Жаворонок» (Агнесса), «Полоумный Журден» (Люсиль), «Крыша» (Света), «Обыкновенная история» (Елизавета Александровна), «Билокси-Блюз» (Ровенна), «Матросская тишина» (Таня), «Дядя Ваня» (Елена Андреевна), «Идиот» (Настасья Филипповна), «Сублимация любви» (Паола).

Впервые я увидела Олега Табакова на улице Щусева, когда поступала в ГИТИС. Трудно вспомнить те моменты в деталях - я так хотела поступить, что в голове был сумбур. Одно точно – Олег Павлович был очень энергичный, чувствовалось, как от него энергетика исходила, он существовал в ускоренном ритме. Позже, когда я поступила и мы начали заниматься, ощущалась его отдача и любовь к ученикам, он почти каждый день был с нами. Из педагогов не меньше сделал для нас Авангард Леонтьев. Я была из любимых учениц Авангарда Николаевича.

Знаковый спектакль для «Табакерки» – это «Матросская тишина», любимая нами всеми работа. Мне кажется, он был настолько же важен для нас, как «Чайка» для МХАТа.

А вообще «Табакерка» – это то, что мы создали, как ребенка.



Авангард ЛЕОНТЬЕВ: «Нам очень хотелось сделать что-то свое»

(Окончил Школу-студию МХАТ в 1968 году (курс П. Массальского) и был принят в труппу Театра «Современник», возглавляемого Олегом Ефремовым. По приглашению Олега Табакова преподавал мастерство актера сначала в драматической студии для старшеклассников при Бауманском районном дворце пионеров (1974-1976 гг.), затем в ГИТИСе и Школе-студии (ВУЗ) при МХАТ (1976-1990 гг.) на руководимых Табаковым курсах, составивших основу труппы Московского театра п/р. О. Табакова. В Театре Табакова играл Журдена («Полоумный Журден (Мольериана)» М. Булгакова, 1987), Бобчинского-Добчинского («Ревизор» Н. В. Гоголя (реж. С. Газаров, 1990)). Режиссерские работы: «Полоумный Журден (Мольериана)» М. Булгакова (совместно с О. Табаковым, Театр Табакова, 1987), «Не все коту масленица» А. Островского (Театр п/р. О. Табакова, 1999 г.).

Слово «студия», применительно к театру, придумал Мейерхольд, который сам основал студию Художественного театра на Поварской в 1905 году. Таких студий за историю МХАТ было несколько и, кстати, «Табакерку» можно также считать одной из студий Художественного театра. Вообще, что такое студийный дух? Это когда много само-деятельности, когда всё делается своими руками. Главное, что было в самом начале театра-студии для нас, педагогов, - это очень большая самостоятельность, предоставленная нам Олегом Табаковым. Полный карт-бланш. Мы занимались индивидуально, чувствовали большие возможности и могли пробовать все, что нам приходило в голову и считалось нужным. Хотя, с другой стороны было чувство ответственности, поскольку все зависело уже от тебя самого, и нужно было ответить за конечный результат, за подготовку экзамена или зачета, той или иной роли. Эта самостоятельность касалась всего. Например, в самом начале мы сами обустраивали помещения, делали декорации, шили костюмы. Да и вообще, до 87-го года даже штатного расписания не было. Всё зиждилось на энтузиазме - от уборки помещений, заготовки мыла, полотенец в санузлах, до мелкоремонтных работ, которые надо было проводить – подвал был очень ветхий. Можете представить, одно из помещений этого подвала на Чаплыгина было завалено углем еще со время оно. И ребятам надо было на своих руках, плечах выносить оттуда этот уголь. Центнеры угля там были, может быть даже тонны. Такой энтузиазм был потому, что нам очень хотелось сделать что-то своё. К тому же все мы были молодые, малосемейные, у нас было свободное время и можно было его с удовольствием потратить.



Андрей СМОЛЯКОВ: «Многое уже ушло»

(Окончил ГИТИС в 1980 году (первый выпуск О. Табакова), был первым и единственным исполнителем главной роли в спектакле «Маугли», работал в театре им. Н. В. Гоголя, в «Сатириконе». С 1987 года служит в Театре Табакова. Спектакли: «Матросская тишина» (Одинцов), «Смертельный номер» (Черный), «Еще Ван Гог…» (Доктор), «Отец» (Ротмистр), «Бег» (Хлудов), «Лицедей (Брюскон), «На дне» ( Актер)

Табаков научил нас, в первую очередь, простому, человеческому взаимоотношению между учеником и учителем. Он был, в хорошем смысле этого слова, и в правильном понимании, демократичен. Олег Павлович хотел сделать театр, поэтому он жил с людьми, и собирался жить с ними долго. А когда собираешься жить с людьми долго – иными словами их любишь, - то всё по-человечески. Так было и у нас. Конечно, многое из того, что было тогда, в самом начале студии, уже ушло. Во-первых, в силу того, что студия стала государственным театром. Студийный дух – это студийный дух, а государственное предприятие – это государственное предприятие. А во-вторых, люди просто повзрослели.


  • Нравится


Самое читаемое

  • «Я не закрою кабинет и буду приходить в театр»

    Художественный руководитель московского театра «Современник» Галина Волчек планирует найти сотрудника, который мог бы вести дела в ее отсутствие. Об этом она сообщила во вторник, 1 октября, на сборе труппы в честь открытия 64-го сезона. ...
  • Голая правда

    Новый спектакль «Гоголь-центра» взбудоражил публику и прессу задолго до первых показов, когда стало известно, что в нем участвуют Сати Спивакова, Константин Богомолов и около двадцати обнаженных перформеров. Театр же позиционировал свою премьеру, как запоздалое пришествие на отечественную сцену немецкого драматурга Хайнера Мюллера, которого у нас хоть и ставили, но весьма эпизодически, тогда как в Европе он был одной из знаковых театральных фигур конца прошлого века, а в 90-е возглавлял «Берлинер Ансамбль». ...
  • «Ленком» перенес вечер памяти Николая Караченцова

    Московский театр «Ленком» перенес дату вечера, приуроченного к 75-летию Николая Караченцова, на 27 января. Как сообщал «Театрал», мероприятие должно было состояться 21 октября – в преддверии дня рождения актера. ...
  • «Мы должны быть вместе»

    Фото: Михаил Гутерман  Во вторник, 1 октября, Московский театр «Современник» открыл 64-й театральный сезон. По традиции, сбор труппы состоялся в день рождения первого художественного руководителя театра Олега Ефремова. ...
Читайте также


Читайте также

  • Наталия Опалева: «Мы придумали особый жанр – «изо-сериал»

    Проект Музея AZ «Свободный полет», посвященный Андрею Тарковскому и художникам неофициального искусства второй половины ХХ века, с успехом прошел в Западном крыле Новой Третьяковки. «Театрал» побеседовал с генеральным директором Музея AZ Наталией Опалевой. ...
  • «Эта великая книга еще не прочитана»

    Молодежный театр на Фонтанке продолжает программу международного сотрудничества. В апреле Шведский театр из города Турку представит на этой сцене спектакль «Женщины – 3» финской писательницы и режиссера Туве Аппельгрен, а недавно здесь состоялась премьера испанского театра «Трибуэнье» «Полет Дон Кихота». ...
  • Сергей Скрипка: «Наше кино движется в правильном направлении»

    В субботу, 5 октября, художественный руководитель и главный дирижер Российского государственного симфонического оркестра кинематографии Сергей СКРИПКА отмечает 70-летие. В преддверии праздника «Театрал» побеседовал с юбиляром. ...
  • Олег Басилашвили: «Товстоногов занимался жизнью человеческого духа»

    В эти дни в БДТ им. Товстоногова всё связано с именем Олега Басилашвили: на фасаде театра появился огромный баннер с фотографией из премьерного спектакля «Палачи», в котором народный артист СССР играет главную роль, а в фойе устроили масштабную выставку, где фотографии из семейного архива, кадры из фильмов, сцены из спектаклей перемежаются с цитатами юбиляра. ...
Читайте также